Чтение онлайн

«Увидеть Париж – и умереть!», ну что вы: увидеть Париж и возродиться к жизни! Именно такое впечатление произвел на меня этот город.

Хотя жить бы я там не хотела. Многочисленные туристы, говорящие на всех языках мира, торговцы со связками брелоков в виде Эйфелевой башни. Шум и толкотня. Кстати о брелоках, я конечно же, купила их в подарок коллегам.

Париж – это здорово, но надо добираться до Нормандии. А это ни много ни мало, а четыре часа пути. Машина, правда у Пьера отличная – Мерседес. Едем. Город остался позади, вокруг леса и поля. Я почему-то никогда не представляла Францию такой: с бескрайними полями и лесами. Какой мы знаем Францию? – Страна – законодатель моды и кулинарных изысков, производитель известных марок автомобилей и вин.

За разговорами и разглядыванием пейзажей за окном, время пролетело незаметно. И вот мы в Нормандии. Коровы, коровы и еще раз коровы. Такое впечатление, что они повсюду. Но, удивительное дело, их не было на дорогах.

– У вас коровы дрессированные что-ли? – спрашиваю я Пьера, смеясь. – Почему они на дорогу не выходят? – У нас нет-нет да собьют какую-нибудь блуждающую по дороге. Особенно ночью.

– Нет, просто пастбища окружены проводом под током. Животные его чувствуют, поэтому не подходят близко. Убить их, конечно, не убьет, но в памяти электрошок отложится.

На какой-то автостоянке останавливаемся выпить кофе. Здесь тоже фигура коровы, с которой я и сфотографировалась.

Нормандия – молочный рай, родина камамбера, сидра и кальвадоса. Известная также своими морепродуктами. Все это мне еще предстоит попробовать.

– Уже восемь вечера, нужно остановиться где-то поесть, а то скоро все закроется, – говорит Пьер.

– В смысле закроется? – не понимаю я, зная что наши рестораны работают чуть ли ни до трех часов утра. Ну уж в девять часов тебе точно никто не откажет в обслуживании.

– У нас здесь все по расписанию! – смеется Пьер.

Перекусили, едем дальше. Проезжаем небольшие города, как две капли воды похожие друг на друга. Вечер, все ставни на окнах закрыты. На улицах никого. Города-призраки, по-другому не скажешь. Вот и наша деревня, десять минут от одного из таких городков. Из достопримечательностей: кладбище и церковь. В соседнем городке, к которому относится наша деревня, достопримечательностей ненамного больше: две булочные, мясная лавка, три парикмахерских, медицинский кабинет, медиатека, две школы: частная и государственная, один продуктовый магазин и один мини-маркет. И, конечно же, мэрия, кладбище и церковь. Кстати, кладбища располагаются не на окраинах города, а вполне так себе недалеко от центра. Церкви удивили петухами на куполе. Я сначала подумала, что это Галльский петух – символ Франции. Вспомнила наши лекции по страноведению: «Галльский петух – символ Галлии и галлов, так как, если перевести с латинского, «галлус» имеет два значения: «петух» и «галл». Древние римляне называли французов галлами. Для них петух был символом заносчивости, задиристости. Так как они считали галлов забияками, они вкладывали в слово «галлус» оба смысла». Но я ошибалась. Позже прочитала, что это символ петуха из Святого Евангелия. Когда Христос говорит апостолу Петру, что тот трижды отречется от Него, прежде чем пропоет петух. Что и произошло в ночь ареста Христа. Фигура петуха на крыше церкви является напоминанием о человеческой слабости и покаянии. Вот такая вот история с петухами.

…

У Пьера двухэтажный дом с большой застекленной верандой, барашки, куры и теплица. Деревня, что ж. А ещё огромная зеленая лужайка перед домом. Красота!

Что я помню из моего первого пребывания у Пьера? – Немного, самое значительное событие – свадьба его сына. Но сначала знакомство с детьми – вежливо-холодное. Дочь замужем. Она на десять лет младше меня, сын на двенадцать. У дочери трое девочек. У сына детей пока нет. Кто меня принял хорошо и от души, так это сестра Пьера – Клодин. Она была на два года младше моей мамы. Полная, но энергичная красивая женщина.

Кстати о полноте. Во Франции очень много полных мужчин и женщин. Журнальных красавиц и красавцев днем с огнем не сыщешь.

Подготовка к свадьбе. Едем выбирать мне платье. Нет, не свадебное. Просто то платье, которое я привезла – легкое. Конечно, Франция: там же тепло! Эх, Люда, тебя бы сейчас сюда! Холод страшенный, ветер и дождь – нескончаемый нормандский дождь! Сырость, к которой невозможно привыкнуть.

Как и сложно привыкнуть к тому, что все действительно по расписанию, даже дома. С восьми до девяти утра завтрак, с полудня до двух часов обед и с семи до девяти вечера ужин. Строго как в армии. Что ел Пьер на завтрак? – нет, не круасаны. Я их, конечно, попробовала, но не полюбила. На завтрак был хлеб с нормандским слабосоленым маслом, варенье и кофе с молоком. Хрустящий багет с маслом и вареньем опускается в горячий кофе… Наверное, это вкусно, но я так и не смогла этого сделать. Ну не могу я хрустящий хлеб с маслом макать в горячий кофе.

Обед отличается от нашего тем, что первого нет, да и вообще супов в нашем понимании нет. Здесь суп – это суп-пюре, и едят они его обычно вечером на ужин.

Так вот на обед готовят мясо или рыбу, картошку или макароны – ничего необычного. После основного блюда – сыр. Догадались какой? – Большей частью камамбер. После сыра десерт – фрукты или йогурт. Завершает все это чашка кофе.

На ужин очень часто зимой суп-пюре и сыр. Летом салат и сыр, десерт и кофе.

А вот еда для гостей – это другое. Независимо от того обед или ужин.

Конечно же, сначала аперитив: два часа минимум стояния на ногах, с выбранным тобою напитком в руках и поглощением всевозможных печенюшек, орешков, канапешек, помидорок-черри, чипсов и остальной ерунды. Ты действительно это поглощаешь, потому что к этому времени ты обычно страшно хочешь есть. Затем

входящее блюдо: это могут быть салаты, те же супы-пюре (зимой), креветки с вареным яйцом, устрицы или дыня в паре с сырокопченым вяленым окороком. Кстати, необычно, но очень вкусно. Ко входящему обычно подают белое вино. Затем Нормандская дыра. Мы же в Нормандии! Почему дыра? – Потому что считается, что яблочное мороженое с кальвадосом помогает переварить съеденное ранее. Настоящий домашний кальвадос может быть крепостью до пятидесяти градусов. Просто так его не пьют. После Нормандской дыры идет основное блюдо – это что-то обязательно с мясом, в сопровождении красного вина. Затем сырная тарелка. Тут уж набор сыров зависит от вкуса и кошелька хозяина, но камамбер на тарелке всегда!

Время десерта. Очень часто ри о ле. И да, он у Пьера самый вкусный! Честно сказать, первый раз я не очень оценила – сладкая холодная рисовая каша. Но со временем распробовала и полюбила Пьеру на радость. На десерт, конечно же могут быть всякие торты, ну или нормандский пирог с яблоками. Чем отличается нормандский яблочный пирог от других своих собратьев? – Тем, что яблоки, выложенные на песочное тесто, заливаются смесью из яиц, сахара, миндальной пудры, сливок и кальвадоса. Очень вкусно! Особенно с шариком ванильного мороженого. На последок кофе. Первое время было трудно привыкнуть есть десерт всухомятку. Завершает все это дижестив – напиток помогающий пищеварению, это может быть коньяк или всевозможные ликеры. Я для себя открыла напиток под названием «Сорок четыре». Почему такое странное название? – Потому что для его приготовления нужно: один апельсин, с сорока четырьмя кофейными зернами, сорок четыре кубика сахара; все это заливается литром крепкого (здесь это был кальвадос, но думаю, что с водкой тоже будет неплохо) напитка и выдерживается сорок четыре дня.

…

Но вернемся к свадьбе сына! Никаких выкупов и конкурсов. Знакомлюсь с первой женой Пьера – матерью его детей. С родителями невесты. Меня представляет как знакомую из России. Прикладываемся щеками два раза – поцеловались. Сколько еще таких прикладываний мне предстоит сделать сегодня!? Церемония венчания в местной католической церкви как кадр из фильма. Папа ведет дочь к алтарю – очень трогательно и красиво!

После венчания традиционная фотосессия. Под проливным дождем и зонтами.

И вот, наконец, долгожданная возможность укрыться в тепле и поесть. Но вот согреться получается не сильно. Свадьба в старинном замке. Холодном и сыром.

Свадьба немаленькая: сто пятьдесят человек. Не отстаю от Пьера, здороваемся с каждым, с кем-то прикладываемся щеками, кому-то просто подаем руку. Все повторяю за Пьером, так как никого не знаю и почему такая разница в приветствии не понимаю. С чего начинается праздник? – Естественно с аперитива. Что ж стоим пьем, закусываем. Люди вокруг о чем-то говорят, я молчу. Я понимаю, что я ничего не понимаю: к нормандскому акценту добавился нормандский диалект! Слова, которые я вообще никогда не слышала. Но вот одно слово знакомо до боли. И повторяется оно уже бесчисленное количество раз: «О, ла ваш! О, ла ваш!» – Корова».