Чтение онлайн

Седой посмотрел на приятеля. Причина ему нужна. Почему никто не верит на слово? Почему всем нужны какие-то объяснения? Даже друг и тот что-то требует.

–  Я говорил, что общался с Хозяевами?
– понизив голос, спросил Мунлайт и продолжил, не дожидаясь ответа: - Мне обещали свободу, если я уберу генерала. Нам обещали свободу.

–  То есть?
– напрягся Снейк.
– А разве у тебя ее нет? Допустим, сейчас тебя ведет чувство долга. Но потом, когда военных вышибут с Агропрома… Кто или что сможет тебя здесь удержать?

Снейк поглядел пристально, словно пытался заглянуть глубже в душу. Мун отвел взгляд.

–  Помнишь, сколько обещал за работу генерал? Если я уберу генерала, Хозяева положат нам в три раза больше.

Бородатый поморщился.

–  Ну вот теперь все ясно. Опять бабло побеждает зло.

–  А ты имеешь что-то против?

Снейк не ответил. На бородатой физиономии была целая гамма противоречивых чувств, которые с трудом поддавались описанию.

–  С каких пор, бородатая твоя харя, ты начал пренебрегать деньгами?

–  Деньги деньгам рознь, - буркнул Змей.

–  Да. Бывают мелкие деньги, а бывают большие. Это очень большие. И в отличие от генеральских они не грязные.

–  Бывают в жизни ситуации, когда деньги брать не стоит.

–  Значит, ты со мной завтра не пойдешь?
– рассердился Мун.

Снейк мотнул головой.

–  Пойду, - пробормотал мрачно, - но сегодняшний вечер предпочту провести в другой компании.

–  Да пожалуйста, - фыркнул седой.
– Твоя компания там за домом ножи в тополь швыряет.

–  Адепт хаоса, - как-то безнадежно махнул рукой Снейк. Без злости, без обиды.

Развернулся и пошел прочь.

Мунлайт скрежетнул зубами. Да какого хрена? Еще один Иисусик выискался. Куда ни плюнь, все честные, идейные и бескорыстные. Радиоактивный мусор с магическим действием собирать за копейки они все могут. А взять за правое дело большие деньги не могут. А что тут такого? Тем более что он этой суммы не просил, сами предложили. И надо быть ослом с длинными ушами, чтоб от такого предложения отказываться.

Или что, грохнуть старого хрена в генеральских погонах за идею - это правильно, а сделать то же самое и получить за это деньги - уже убийство?

Он почувствовал, что сам себя накручивает, но остановиться уже не мог. Убийца - тот, кто убивает. Много в Зоне найдется тех, кто ни разу не стрелял в человека? Нет, наверное, встречаются идейные придурки, но отклонение т нормы не берем. И девяносто девять процентов сталкеров нажимало на спусковой крючок с желанием лишить жизни. Убийцей человек становится в тот момент, когда нажимает на спуск и отправляет пулю в себе подобного. А вовсе не тогда, когда ему за это платят. И если не платят, он все равно убийца, как ни верти.

Мун запрокинул голову, посмотрел на небо с низкими тяжелыми облаками и блеклой луной и пробормотал еле слышно, не то себе, не то кому-то там сверху:

–  Достало все.

–  Эй, - окликнул сзади женский голос.

Мунлайт опустил голову и повернулся, нацепляя ухмылку. К нему, как и накануне, шла Наталья.

–  Привет, камси-комса, - ухмыльнулся Мун.
– Ты опять по мне скучала?

–  Вроде того, - отозвалась Наталья.
– Ты сегодня герой дня.

–  И ты снова меня любишь, - ухмыльнулся седой.
– А вчера я был врагом народа, и ты меня ненавидела. Смешные вы ребята, что вам сверху скажут, то и будете правдой считать. А головой подумать не судьба? Самому поковыряться, поискать если не правду, то хоть что-то, на нее похожее?

–  Хочешь сказать, что ты уже не герой?
– с легкой иронией поинтересовалась Наталья.

–  Я устал, - честно признался Мунлайт.
– От человеческой глупости и желания все поделить на белое и черное. Я не герой и не враг народа. Я человек. Не плохой и не хороший. Хотя могу быть и хорошим, и плохим. Потому что судить можно только по поступкам. А не по словам, которыми каждый окутывает себя сам, и не по ярлычкам, которые навесят на тебя другие. По ярлычкам только бараны судят. И пока вы ведете себя как бараны, на каждого крупнорогатого будет находиться свой Резаный, который соберет стадо и поведет его куда-то за собой. В светлое будущее или на бойню - не важно. Среди стада даже найдется пара умных баранов, которые начнут строить предположения о том, куда их гонит пастух. Только эмпирически он в этом разобраться не рискнет, что с него взять - баран, но интуитивно поблеет. Вам еще повезло, что вам в качестве пас туха Резаный достался.

Наталья посмотрела с сомнением.

–  Это ты сейчас так изящно наехал?

–  Самка человека, - безнадежно отмахнулся Мунлайт и полез за спичечным коробком в карман.

Наталья потопталась на месте, но не ушла. Только заметила между делом:

–  Хам.

–  Пох, - отозвался Мунлайт.
– Меня все равно прощают. Тебе чего надо-то?

Глаза Косы вспыхнули, словно она только и ждала этого вопроса. Причем ждала как минимум половину сознательной жизни.

–  Мне нужна защита, - скороговоркой выпалила она.

Седой поперхнулся. Спичка выскочила изо рта и спикировала в снег. Мун чертыхнулся и недовольно посмотрел на женщину.

–  От кого тебя защитить, душа моя?

–  Ты не понял, - взвилась Наталья.

–  Все я понял, - оборвал Мунлайт.
– Женщина тоже может быть сталкером, бла-бла-бла… Дура, куда ты собралась?

–  На Агропром.

Мун поглядел на Наталью с прищуром. Вот ведь блин. Дура, но искренняя.

–  У тебя ребенок, женщина. Его воспитывать надо.

–  Вот именно, - упрямо повторила Коса.
– Причем своим примером. А чему я смогу научить сына, если в такой момент буду картошку чистить?

–  Дура, - покачал головой седой.

–  Я ведь все равно пойду, - не отставала Наталья.
– И никто меня не удержит. Так что если ты о ребенке печешься, то дай защиту. Целее буду.

–  А Резаный знает? Что он тебе на это сказал?
– сдался Мун.

–  К тебе послал, - нехотя отозвалась Наталья.

–  Вот иди к Резаному, он там на раздаче. А у меня даже своей защиты нет.

Наталья развернулась было, чтобы идти, куда послали, но остановилась в нерешительности и косо глянула на Муна.

–  А Резаному чего сказать?

–  Что я тебя к нему послал, - рыкнул седой.

Ночью снова вернулось тепло, и снег стаял. Утро встретило черными облетевшими раскоряками деревьев и раскисшей, хлюпающей под ногами землей.

Лагерь Резаного они покинули еще в сумерках. Деревенька вдруг ожила, наполнилась суетой, словно ее жители готовили библейский исход. А потом вмиг стала совсем мертвой.

Мунлайт бросил на покосившиеся домишки прощальный взгляд. Где-то там внутри остались трое парней и мальчишка. Но четырех человек, вероятно, было мало, чтобы заполнить и без того унылую деревушку жизнью.