5-ый пункт, или Коктейль «Россия»
Шрифт:
И концовка «Декларации»:
«На основании всего этого мы самым решительным образом осуждаем антисемитское движение в печати, перешедшее к нам из Германии, как безнравственное по существу и крайне опасное для будущности России».
Естественно, цензура не позволила напечатать «Декларацию против антисемитизма» в России, она была опубликована в Париже и Вене.
В письме к Файвелю Гецу Лев Толстой писал: «Я жалею о преследованиях, которым подвергаются евреи, считаю их не только несправедливыми и жестокими, но и безумными» (26 мая 1890).
В другом письме: «Для меня равенство всех людей — аксиома, без которой я не мог бы мыслить.
Есть люди более или менее разумные (и потому свободные) и добрые, и чем разумнее и добрее, тем они теснее и органичнее сливаются друг с другом воедино, будь то германцы, англосаксонцы, евреи или славяне, тем они дороже друг другу. И чем они менее разумны и добры, тем более они распадаются и становятся ненавистны друг другу. И потому кажется, что еврею и русскому более нечего делать и ни к чему иному стремиться, как к тому, чтобы быть как можно разумнее и добрее, забывая о своем славянстве и еврействе, что давайте с вами делать» (5 июня 1890).
Кажется, устами великого старца глаголет сама истина.
Говорить о Льве Толстом, о его родословной, о многочисленном клане, пожалуй, не будем: на этот счет существует множество книг и монографий. Сделаем лишь одно исключение. В декабре 1998 года в Россию приехала праправнучка Льва Толстого — Виктория Толстая. Она шведка, родилась в университетском городе Упсале, живет в Стокгольме, увлекается джазом и… не говорит по-русски.
Откуда она взялась? Один из сыновей классика русской и мировой литературы, Лев Львович Толстой, женился на шведке Доре Вестерлунд, которая одарила своего русского мужа десятью детьми. Один из детей — Никита Львович — дед юной шведской джазистки, Мария Никитична — ее мама. В семье трое детей: Николас, Хелена и Виктория, та самая, что приехала к нам.
Юная шведско-русская графиня Виктория Толстая не надувает щеки по поводу своего великого предка. Дело ее жизни — музыка, и за счет ее она собирается сделать себе имя. Так она и сказала московским журналистам. Что ж, вполне графский ответ.
Оставим правправнучку Толстого, самого Толстого, тему антисемитизма, мы к ней еще вернемся не раз (а что делать, если евреи составляют часть, и весьма важную, в русской культуре и истории), а сейчас вновь обратимся к национальным корням некоторых российских писателей.
В 1885 году в Петербурге вышла книга «История новейшей русской литературы. От смерти Белинского до наших дней». Ее написал Семен Венгеров, историк русской литературы и общественной мысли. Каковы его корни? Наполовину немецкие: его мать Паулина — немецкая писательница, автор «Воспоминаний бабушки».
Семен Венгеров большое внимание уделял биографиям писателей, считая, что они отражают жизнь целого общества и могут служить «прекрасным подспорьем для составления картины известного круга людей». Добавим от себя, что национальный аспект тоже имеет немаловажное значение.
Возьмем Павла Катенина, поэта, драматурга, литературного критика. Отец его — русский, мать Дарья, урожденная Пурпур, полугреческого происхождения. Стало быть, чуточку греческой крови. Не отсюда ли радикализм свободолюбивых взглядов Катенина, репутация «большого вольнодумца»? Катенин — страстный оратор и полемист. Считал, что следует «стоять за себя и за правое дело, говорить истину, не заикаясь, смело хвалить хорошее и обличать дурное, не только в книгах, но и в поступках».
По соседству с Катениным в библиографическом словаре примостился Михаил Катков, русский реакционный публицист, имя которого в советские времена было символом монархической реакции. Откуда такой ярлык? Дело в том, что Катков рьяно защищал самодержавие, но ведь так же рьяно поддерживал советскую власть, к примеру, Александр Фадеев. Они оба были ангажированы властью, вот и все. Катков редактировал «Московские ведомости» и «Русский вестник». Боролся против нигилизма. С опаской наблюдал за обновлением общества. «На смену безбородым социалистам идут двенадцатилетние коммунисты. Это нравственная проказа во втором поколении», — писал Катков в «Московских ведомостях» 11 июня 1876 года. Выступал за репрессивные меры против террористов и установление диктаторской власти. Борис Чичерин считал, что деятельность Каткова — «грязный союз наглого журнализма с беззастенчивой властью», а сам Катков — такое же зло для России, как и Чернышевский.
«Государственный человек» Михаил Катков был полукровкой. Мать Варвара Тулаева по происхождению грузинка.
А у Дмитрия Григоровича, автора таких известных произведений, как «Антон Горемыка», «Проселочные дороги», «Гуттаперчевый мальчик», и других, мать — француженка, Сидония де Вармон, говорила только по-французски. Не случайно, наверное, русский «француз» Дмитрий Григорович был избран сопровождать Александра Дюма, когда французский романист в 1858 году совершал путешествие по России.
Еще один Григорович — Виктор Григорович, один из основоположников славянской филологии: отец — украинец, мать — полька.
Григорий Данилевский — чистый украинец, наиболее читаемый его роман «Сожженная Москва».
Владимир Гиляровский — из запорожцев.
Всеволод Гаршин из дворян, происходивших от мурзы Гарши, вышедшего из Золотой Орды при Иване III.
Мать Николая Гарина-Михайловского до замужества носила фамилию Цветинович. Польская? Еврейская?
Некогда знаменитый прозаик Марко Вовчок (она же Мария Вилинская) писала свои произведения на трех языках — на украинском, русском и французском.
Поэт Петр Бутурлин родился во Флоренции, и родным языком был у него итальянский. В Россию он приехал в 15-летнем возрасте. Бутурлин — автор изумительных по тонкости сонетов. Он мечтал привить сонетную форму в русской поэзии. Бутурлина звали «русским парнасцем». Он писал:
Родился я, мой друг, на родине сонета, А не в отечестве таинственных былин, — И серебристый звон веселых мандолин Мне пел про радости, не про печали света…Игорь Северянин восторженно воспринимал все, что сделал Бутурлин:
Петрарка, и Шекспир, и Бутурлин (Пусть мне простят, что с гениями рядом Поставил имя скромное парадом…) Сонет воздвигли на престол вершин.Кто еще трудился на ниве российской словесности? Вот Яков Грот, языковед, историк литературы, академик Петербургской Академии наук — он внук немецкого пастора и духовного писателя И. X. Грота, переехавшего в Россию в 1760 году. Труд Якова Карловича Грота «Русское правописание» (первое издание вышло в 1885 году) установил нормы русского правописания. Правописание «по Гроту» с небольшими изменениями сохранилось до орфографической реформы 1918 года. В 1891 году Яков Грот возглавил издание академического «Словаря русского языка». Успели дойти только до буквы «Д».
Устали от перечислений? Ну, еще немного. Одно из последних изданий «Русские писатели. 1800–1917. Биографический словарь» (4-й том, 1999). Навскидку из персоналий на букву «О».
Владимир Обручев, публицист, переводчик, к тому же один из организаторов саперных войск в России. Отец русский, мать — полька, урожденная Тимковская.
Владислав Озеров. Все те же польские корни. При крещении ему дали имя Василий, так как имя Владислав отсутствует в русских святцах. Служил в шляхетском кадетском корпусе. Был близок с Гавриилом Державиным. Своей литературной славы Озеров достиг после успеха трагедии «Димитрий Донской» (1806).