Чтение онлайн

– Ну что, шайтан, добегался? Руки за голову и иди сюда.

Кавказец даже не думал направлять на Кирилла автомат – видимо, чувствовал его страх и скованность. Потемкин выложил на стоящий рядом стол добычу и на ватных ногах сделал шаг к выходу. Ему было не страшно, скорее – стыдно за свое ребяческое геройство. Только теперь Потемкин подумал, что воду наверняка можно было найти этажом ниже, когда они стали бы спускаться. Еще он думал, каким жалким сейчас выглядит со стороны. «Это так бездарно, – вертелось у него в голове. – Ужасно глупо так облажаться и оставить Бету одну». На расстоянии вытянутой руки стоял манекен рыцаря с арбалетом, который будто посмеивался над ним. Решение поразило его своей логикой, обратив все помыслы в цепочку осмысленных действий. Кирилл никогда не стрелял ни из лука, ни тем более из арбалета, но сейчас был абсолютно уверен, что знает, как это делается. Все действия прокрутились у него в голове за долю секунды. Кирилл выхватил из железных рукавиц оружие, направил на Азамата и нажал на спусковой рычаг. Раздался противный дребезжащий звук, и стрела вылетела из ложа. Потемкин увидел удивленное лицо врага – он попытался отклониться, но стрела шла именно туда, куда он от нее уходил, – на сей раз голкипер правильно угадал направление летевшего с пенальти мяча. Кино закончилось, когда стрела исчезла у террориста под бородой. Она с хрустом прошила ему горло – самое уязвимое место, не защищенное бронежилетом. Азамат отпрянул, как от мощного удара в челюсть, из пробитой артерии хлестнула кровь. Вращая вытаращенными глазами, беспомощно хватая воздух ртом, он упал навзничь. Кирилл медленно подошел к телу, которое подергивалось в агонии, и почувствовал победный прилив адреналина. Когда горец затих, он стащил с него разгрузку, в которой было четыре гранаты и два рожка, и бронежилет, надел их на себя. Потом он поднял АКМ. Деревянный приклад этого явно побывавшего в передрягах автомата был испещрен арабской вязью. На руке убитого красовались швейцарские армейские часы. Немного поколебавшись, Кирилл забрал и этот трофей. На радостях он чуть было не забыл то, за чем пришел. Потемкин вернулся, прихватил воду, хлеб и стремглав бросился к номеру по пустому коридору.

– Вот, – нервно улыбаясь, сказал Кирилл, когда дверь захлопнулась, – принес кое-чего на дорожку…

Беатриче была явно шокирована его видом. Он снял бронежилет и протянул ей:

– На, надевай.

Фея взяла кирасу и охнула:

– Тяжелый! Может, ну его на фиг?

– Это не обсуждается. Надевай без разговоров.

– А это что? – Она растерла между пальцами каплю крови.

– Необходимая самооборона в состоянии аффекта. Надеюсь, присяжные меня оправдают. Кстати, теперь ясна схема их действий. Клиентов отеля они не убивают, а всю обслугу режут без лишних вопросов. Геноцид сигорского народа, в общем. Поэтому от меня ни на шаг! Только вот… – Потемкин запнулся, рассматривая провизию.

– Только вот что? – спросила Беатриче.

– Как мы это потащим? Сумки-то у меня нет.

Фея усмехнулась:

– Что бы ты без меня делал, боец!

Она взяла его джинсы и наглухо затянула пояс. Получилось что-то вроде мешка. Бета покидала в штанины бутылки, хлеб и перекинула одну через его плечо, завязав узлом с другой на уровне груди.

– Voila!

– Гениально! – воскликнул Потемкин.

Он порылся в вещах и вытащил оттуда две банданы цвета хаки.

– На вот, надень, а то голову напечет.

Простыня от угла до угла была более пяти метров. Кирилл вышел на балкон и привязал ее к перилам хитрым узлом, напоминающим тет Исиды.

– Это, конечно, может бросить тень на мою репутацию джентльмена, – сказал он, – но я полезу первым. Потому что если уж эта штука меня выдержит, то тебе точно бояться нечего.

Под смешки Беатриче Потемкин перелез через бортик и начал спускаться вниз, прислушиваясь к отголоскам спорадических перестрелок. До второго этажа он добрался довольно быстро. Кирилл оттолкнулся ногами от перил, и простыня качнулась, как маятник. Он заскочил на балкон и столкнулся с выкатившимися глазами халдейки Айгюль, которая лежала в плетеном кресле-качалке с перетянутым шнурком горлом. Потемкин высунулся, посмотрел наверх и слегка подергал за простыню:

– Второй пошел!

Беатриче проворно прошла короткий маршрут. Увидев труп феи, она вскрикнула.

– Тс-с-с, – приложил палец к губам Кирилл. – Я же тебе говорил…

Зайдя в номер, они обнаружили, что апартаменты, выдержанные в османском стиле, находятся в идеальном порядке. Учитывая мертвую халдейку на балконе, это было странно. Если бы здесь побывали террористы, они оставили бы следы погрома, да и способ расправы был для них нетрадиционным. На столике в гостиной лежал раскрытый Коран и план острова с пометками, рядом валялись какие-то бумаги. Взяв одну из них, Кирилл увидел, что это вырезка из немецкого журнала «Шпигель» со статьей на тему скандала вокруг Айгюль Озкан. Он показал ее Беатриче:

– Посмотри сюда.

– Так это номер Озкан! – догадалась Бета.

– Ну да. Она с ними. Заманила сюда тезку для любовных утех, а потом придушила. Ладно, пошли дальше.

– Подожди, пожалуйста…

Беатриче залезла в платяной шкаф и начала там копаться. Через минуту она вылезла, держа в руках кожаные тапочки.

– А это тебе зачем? – удивился Кирилл.

– Попробуй в этом по лесу попрыгать, тогда поймешь. – Она показала на свои ноги, обутые в вечерние туфли на высоких каблуках.

Кирилл только теперь сообразил, что эта форма одежды действительно несколько не соответствует условиям предстоящего марш-броска, и одобрительно кивнул, глядя, как Бета переобувается:

– Молодец!

Тапочки оказались чуть великоваты, но это было в любом случае лучше, чем идти по пересеченной местности на шпильках. Потемкин стащил с постели хозяйки номера простыню, и они спустились на первый этаж. В этом номере никого не было, а сами апартаменты оказались сильно разворочены взрывом вертолета. Кирилл привязал к балкону очередную простыню и хотел было спускаться дальше, как вдруг обнаружил, что несколько ошибся в расчетах: опоры нулевого этажа были выше, чем пролеты между этажами, и конец простыни повис в воздухе. Не хватало нескольких метров.

– Придется прыгать, – сказал Потемкин.

– С ума сошел? А если ноги переломаем, далеко мы отсюда уйдем?

– Вариантов нет, милая.

– Варианты всегда есть, если ты в теме, дорогой. Здесь должен быть запасной комплект.

С этими словами она распахнула шкаф в спальне и вытащила оттуда стопку постельного белья. Разжившись простынями, Кирилл привязал одну из них к той, что уже свисала с балкона. После этого они быстро преодолели оставшуюся часть пути. Встав на землю, Кирилл осмотрелся. Все лифты в ближайшей к ним шахте были блокированы – в дверях стояли сигвеи, которые не давали им закрыться. Кирилл подошел к лежащему в траве мертвому халдею и перевернул его.

– О господи! – сдавленно прошептала Беатриче. – Это же Ариэль!

– Любовь моя, если ты будешь падать в обморок при виде каждого трупа, наш план обречен на провал, – обнял ее Потемкин. – Ими сейчас весь остров усыпан. Слушай сюда. Мимо здания идти нельзя – можем напороться. Нам надо вон туда. – Он показал рукой в направлении, где заканчивался обустроенный пляж и Эдемский сад подходил прямо к берегу. – Поэтому сейчас будем пробираться через шатры.

Беатриче подняла автомат Ариэля и, проверив магазин, повесила его себе на плечо.

– Ты что, умеешь? – недоверчиво спросил Кирилл.

Вместо ответа она шутливо дала ему пинка под зад.

– Получше тебя управлюсь.

– Получше? – снисходительно посмотрел на нее Потемкин.

– При случае убедишься, пошли.

Направление ветра изменилось, и на них пахнуло дымом от тлеющего вместе с пальмовой рощей тилтротора. Потемкин взял Беатриче за руку и в этой дымовой завесе повел ее к шатрам. Они продвигались перебежками, черпая ногами горячий песок. Ни на пляже, ни вблизи от него не было никакого движения, лишь балдахины развевались на ветру. Вдруг Беатриче испуганно всхлипнула, и Кирилл остановился. В шатре, мимо которого они проходили, лежали два голых мужских трупа. Ничего необычного в самом этом факте не было. Однако нюанс заключался в том, что один из убитых не был халдеем – на его руке красовался голубой браслет. К тому же мужчин не расстреляли и не зарезали, как обычно, а забили до смерти – их тела представляли собой сплошное кровавое месиво. Кирилл подошел поближе и отшатнулся – он узнал Левинсона. Классик смотрел в потолок шатра остекленевшими глазами, он словно выражал культурный протест такому некультурному с собой обращению. Рядом с ним распластался Орхан. У обоих были отрезаны гениталии, которыми, судя по окровавленным ртам, их досыта накормили перед смертью. «Не было бы счастья, да несчастье помогло. По крайней мере, теперь я свободен от обязательств», – подумал Потемкин и тут же устыдился собственного цинизма.

– Ты же сказал, что они не убивают гостей, – прошептала Бета, тыча в Михаила.

– Видимо, не вынесли души поэтов. Скажи, ты умеешь эти браслеты расстегивать?

– Конечно.

– Сними с него, пожалуйста.

– Зачем?

– Сейчас узнаешь.

Беатриче, с трудом сдерживая тошноту, подошла к классику и присела на корточки. Она что-то повернула на защелке и сняла голубую полоску.

– А теперь мой, – попросил Кирилл.

– Это-то зачем? – удивилась фея.

– Ну ты же не можешь быть гомосексуалистом, дорогая.