Чтение онлайн

Мы спросили шамана, может ли он показать нам, как он общается с духами? Старик ответил утвердительно, взяв с нас за это зрелище по два доллара. Он снял с себя козлиную шкуру и, оставшись в набедренной повязке, стал готовиться к сеансу черной африканской магии. Натерев свое тело каким-то коричневым порошком, шаман сначала им же намазал нам лбы, а потом дал глиняную плошку со скользкой и холодной белесоватой кашицей, велев нанести ее на виски. Смесь эта имела кисловатый запах и стала довольно быстро высыхать, стягивая к затылку кожу головы. Затем нам была дана другая плошка, в которой курился пучок рыжеватой травы. Нам было предложено вдыхать по очереди тонкую струйку зеленоватого дыма, тянущуюся из плошки, и стараться ни о чем не думать…

Сам же шаман повесил себе на пояс сначала одну связку, состоящую из металлических и деревянных побрякушек, величиной с консервную банку каждая, а затем, поверх первой, нацепил связку с побрякушками поменьше. На свои лодыжки и запястья он прицепил черные, белые и красные бусы, вперемешку с маленькими колокольчиками. На голову старик надвинул большую шапку-папаху, сшитую из хвостов шакала. Затем он снял со своей шеи небольшой мешочек-кисет и высыпал оттуда себе на ладонь зеленовато-коричневые, похожие на спитый чай листики. Набив ими короткую глиняную трубку, он подпалил угольком содержимое и сделал несколько глубоких затяжек…

Через минуту он отбросил трубку в сторону и вышел в центральный круг деревенской поляны, обозначенный черепами каких-то животных, держа в руках изогнутый посох. Внезапно раздался рокот барабанов. Это три полуголых нефа начали отбивать бешеный ритм на высоких барабанах, зажав их между бедрами. Старый шаман сначала медленно раскачивался, что-то бормоча, а затем издал резкий высокий крик, подпрыгнул на месте и вдруг бешено закрутил своим тазом. Побрякушки и бубенцы вокруг его талии разлетелись в стороны и стали издавать страшный звон и треск. Несколько женщин, сидящих у костра на краю поляны, бросили в огонь охапку красноватой травы. Повалил густой дым с запахом вяленого мяса, и женщины запели, стуча деревянными дощечками друг о друга.

Я чувствовал, как лицо мое стало тяжелеть, а внутри головы начало разливаться необычайное тепло. Собственное дыхание стало жечь мне ноздри холодным жаром, будто куском льда. Всякие мысли в голове исчезли окончательно, оставив лишь ощущение полного счастья. Я видел, что все вокруг меня пели, тогда запел и я, произнося неведомые мне звуки. Песня становилась все более неистовой, и я лихорадочно старался поспевать за ней, останавливаясь лишь на секунды, чтобы перевести дыхание. Мне казалось, что песня вытекает сама по себе через открытый рот откуда-то из глубины моего тела, заставляя его вибрировать. В то же время, сознание мое оставалось абсолютно ясным, позволяя четко осознавать происходящее глазами постороннего наблюдателя.

Продолжали грохотать барабаны, вертелся в бешеной пляске старик-шаман, выкрикивая что-то в сторону невидимого врага. Все части его тела двигались как бы самостоятельно и независимо друг от друга. Они как будто болтались в воздухе, подвешенные на прозрачных нитях. Его лицо я видел, как через водную пелену. Оно то было широким и круглым, то становилось совсем узким, колыхаясь и расплющиваясь под водяными струями, будто текущими сквозь его голову. Гигантская линза показывала мне то дно его огромного глаза, то заросли волос в ноздре, то красный ком распухающего языка, то лабиринты уха… Какой-то желтый свет окружил всю его фигуру неярким мерцанием и затем стал наплывать и на меня…

Не знаю, сколько времени все это продолжалось. Помню только, как в глазах шамана стала колыхаться кровь, синие вены на его висках набухли и отстранились от головы, а изо рта потекла широкая полоса густой белой пены… Внезапно, протянув к небу руки, он издал дикий стон и как подкошенный рухнул на землю. Тотчас потемнело в глазах и у меня…

Очнулся я от приятного запаха какой-то травы, которую у моего носа держал Винсент. В голове, как и во всем теле, ощущалась необычайная легкость и свежесть. Приподнявшись с земли, я увидел недалеко от себя Пашу, которого пробуждал один из барабанщиков. Поймав мой взгляд, он проговорил: «Ё-мое» и улыбнулся, как счастливый ребенок.

Винсент сказал, что вич-доктор ждет нас в своей хижине, и мы поспешили к старику. Тот сидел на земляном полу своей хижины, набросив на плечи старую козлиную шкуру, в окружении скляночек, баночек, мешочков и коробочек с известным одному ему содержимым. Тростниковые стены его лачуги были увешаны пучками трав и кореньев, высохшими телами жаб, змей и каких-то насекомых.

Я спросил старика, общался ли он с духами и что те сказали про меня. Правильно ли я живу на этом свете? На те ли дела растрачиваю жизнь? Какая цель поставлена передо мной Создателем? Верна ли моя дорога?

Шаман ответил, что духи благословили меня, как человека, идущего по тропе познания мира, но они не в состоянии ответить на эти вопросы. Он сказал, что такие вопросы не задают словами. Надо чаще спрашивать их сердцем и тогда обязательно услышишь ответ в глубине своей души…

Желая помочь нам в преодолении житейских проблем, старик предложил приготовить для нас амулеты на здоровье, на удачу, на любовь, на ясность мысли, на победу над врагами. Мы верили ему и заказали для себя все, что он предложил. Долго смешивал он различные порошки, зашивая готовые снадобья в маленькие тряпочки и вешая их нам на шеи. Прощаясь, он достал из коробки и подарил нам двух живых ящериц. У моей был зашит нитками рот, а у Пашиной — веки глаз. Шаман сказал: «Разрежьте нитки у больших камней, по дороге домой, и выпустите ящериц на свободу. Это поможет вам открыть в себе то, чего вам пока не хватает для истинной мудрости».

Поблагодарив старого шамана, мы предложили ему взять у нас деньги за амулеты, но он отказался, сказав, что для жизни деньги ему не нужны, а те несколько долларов, что он уже взял, нужны ему только для изготовления амулетов на защиту от жадности.

Мы попрощались с мудрым стариком и отправились обратно в лагерь, сопровождаемые проводником и переводчиком — Винсентом. На душе было, как в той песне: «…и приятно, и весело, и легко, и тревожно чуть-чуть…»

А австралийские парни весь день играли в пляжный волейбол. Отдежурив, Паша ушел от Володи в одноместную палатку без выяснения отношений, и далее они практически не общались. Начавшийся дождь быстро разогнал всех от вечернего костра. Но даже монотонный стук его капель по палатке никак не помогал мне уснуть. А может причиной этого был сеанс магической терапии у вич-доктора? Кто он, врач от Бога, в прямом смысле этого слова, владеющий древними тайнами и приемами лечения тела и души, или шарлатан. Ведь посмеялся же Юрик сегодня над нашими амулетами и рассказом о старом шамане, а он считается, в обществе, высококлассным врачом, получившим за тридцать лет медицинской деятельности все возможные звания и регалии. Да я и сам когда-то двадцать лет лечил больных и пользовался у них немалым уважением. Но действительно ли я лечил людей? И действительно ли продолжают их лечить тысячи людей, носящих белые халаты? Вернее даже будет поставить вопрос так: то ли они все лечат, что нужно, или не то?

Большинство людей на Земле, несмотря на жалкие потуги материалистов, все-таки являются людьми верующими. Они верят в то, что произошли не от обезьяны, а созданы великим единым Богом — неизвестным нам Мировым Разумом. Они верят в то, что истинной смерти, то есть смерти — как окончания чего-то, не существует, ибо гибель одного всегда означает рождение другого, и процесс этот безостановочен и вечен. Верят они и в то, что человек — это совсем не то, что мы видим глазами, а то, что чувствуем сердцем, то есть верят в то, что у человека есть душа. Можно называть ее сущностью, внутренним Я, энергетическим ядром или как-то иначе, но суть от этого не изменится: душа есть и душа вечна, так как является частью Вселенского информационно-энергетического поля. Тело же — бренно и по сути своей является просто «набором инструментов» для существования души в условиях конкретной среды. На планете Земля этот «набор» выглядит в виде человека, а в других местах Вселенной он наверняка выглядит иначе, с учетом местных условий обитания. В силу какой-то непостижимой для нас божественной программы души периодически меняют тела своего пребывания, перемещаясь не только в пределах нашей планеты, но и улетая к иным Мирам. Нам не суждено познать подробности этого процесса, так же, как, например, бабочка не знает, что была куколкой, а куколка не ведает, что была гусеницей, хотя все они — одно насекомое…

Какое это все имеет отношение к врачам и медицине? Сейчас объясню. Наше тело, как уже было сказано, создается планетой Земля как, образно говоря, одежда для прибывающей души. Оно имеет как ген рождения, так и ген смерти, то есть должно изнашиваться в «процессе эксплуатации». А посему болезни тела — это ни что иное, как норма, естественная реакция его биомассы при взаимодействии с окружающей средой в ходе неизбежного биологического старения. Из этого следует, что лечить тело — это все равно что штопать прохудившиеся носки или пытаться доносить до лохмотьев истрепавшуюся одежду. А современные врачи — это просто высококвалифицированные цеховики-ремесленники, с пользой для себя эксплуатирующие извечный страх человека перед смертью. Они занимаются «починкой» организма так же, как сапожник занимается починкой сапог, и заслуживают не меньшего уважения, так как продлевают срок его службы.