Чтение онлайн

– Тем временем, мы перебросим на данный ТВД дополнительные силы, и затем уже ударим по немецким войскам.

– Хорошо, Борис Михайлович. Мы подумаем над вашим предложением. И, наверное, примем, - главнокомандующий внимательно посмотрел на карту.
– А что у нас с Минском, товарищи?

– Сохраняется угроза городу. Он, благодаря провалившемуся наступлению 2-ой танковой группы Гудериана, не окружен, но немцы пытаются компенсировать это более активными действиями 3-ей танковой группы.

– Это хорошо, что не окружен. Это плохо, что сохраняется угроза. Вы, Борис Михайлович, подумайте о том, как усилить гарнизон. Минск враг взять не должен. Или если он его даже возьмет, это должно стоить немцам таким потерь, чтобы ни о каком дальнейшем наступлении речи и не шло.

– Товарищ Сталин!
– попросил слова Жуков. Вождь жестом разрешил ему продолжать.

– У нас есть большое количество неисправных танков. Многие из них мы даже и не видим смысла ремонтировать, как устаревшие или не показавшие себя в бою.
– Жуков неопределенно помахал рукой.
– Но их можно использовать в качестве дотов. Причем - весьма эффективно. Я тут уже подготовил приказ, чтобы войска могли начать вкапывать их в Минске и вокруг него. И вообще о подготовке к уличным боям. Если немец попытается взять в город, то потеряет очень много людей. Но все же пока фашисты не будут рисковать. Им нужно закончить окружение. Разведка докладывает, что они, наконец, восприняли действия Особой Группы всерьез. И направляют против нее несколько дивизий. В основном, пехотных из второго эшелона, но они также оттягивают с фронта 17-ую танковую дивизию из состава 47-го механизированного корпуса с фронта. А также "Великую Германию".

– Ну, их ждет сюрприз.
– Сталин ухмыльнулся.
– Однако надо помочь товарищам. И сейчас мы с вами решим как. На сколько продвинулся Гудериан?

– 2-я танковая группа так и не смогла взять Слоним и откатилась к Ружанам. С Ивацевичами то же самое. В основном из-за действий Особой группы, хотя так же отличились части 14-го мех. корпуса и некоторые наши стрелковые дивизии.
– Шапошников вновь взялся за указку...

Немецкий госпиталь неподалеку от Бреста.

Поздним вечером Гудериан очнулся. Все тело болело просто ужасно. Жутко хотелось пить. С трудом повернув голову он увидел медсестру.

– Пить, - хрип генерала был еле слышен.

Вскочившая медсестра напоила его. При попытке генерала сесть, она мягко, но уверенно ему помешала.

– Герр генерал, Вам надо лежать. Я сейчас позову доктора, а вы не пытайтесь встать.

Подошедший доктор внимательно осмотрел Гудериана.

– Герр генерал, у вас было сотрясение мозга и черепная травма, вам следует лежать. Помимо этого у вас также сломано несколько ребер. Так что на данный момент ваше состояние не слишком хорошее. Однако имеется тенденция к улучшению.

– Доктор, что случилось?

– Вас обстреляли, - врач был лаконичен.

"Это же надо, нарваться на снаряд каких-то окруженцев. Они и выпустили-то наверное снарядов десять максимум, прежде чем их поймали... " - другая мысль в голову Гудериану даже не пришла.

– Сильно?
– все-таки он решил уточнить.

Доктор помедлил с ответом.

– Ну, ээ, весьма, - от Гудериана не ускользнула заминка врача.

– Насколько? Что, кто-то еще пострадал? И много?

– Да, герр генерал.

– Почему я должен из вас вытягивать ответы словно клещами, доктор! Говорите все как есть!

Врач побледнел, но попробовал ускользнуть от роли курьера с плохими новостями:

– Вам нельзя сейчас волноваться, герр генерал. У вас серьезные травмы и...
– договорить врач не успел.

– Немедленно скажите, что произошло, доктор! Это приказ!

– Я не могу, герр генерал. Я просто не знаю точно. Вроде бы много погибших.

– Тогда немедленно вызовите кого-нибудь из моего штаба!

– Боюсь, я не могу этого сделать, герр генерал, - врач отвел глаза.

– Это еще почему?
– Гудериан уже начинал злиться.

– Вашего штаба не существует. Во время того обстрела он был фактически уничтожен...

– Чтооо?
– Гудериану показалось, что он проваливается в пропасть.

Ранним утром бригада Веткача приготовилась нанести первый по настоящему серьезный удар. Батареи "Коалиций-СВ" выходили на позиции, "Смерчи" и "Торнадо" также заканчивали развертывание. Два танковых батальона при поддержке батальона БМПТ и батальона мотопехоты приготовились к удару. Надо отметить, развертывание скрытное, поскольку БПЛА и передовые дозоры устраняли угрозу преждевременного обнаружения.

Первая группа имела своею целью нанесение удара по частям 17-ой танковой дивизии Вермахта, скопившиеся рядом с мостами через реку Зельвинку.

В 10-00 "Смерчи" нанесли первый удар кассетными противотанковыми боеприпасами.

В 10-32 свое слово сказали "Торнадо", нанеся удар термобарическими и кассетными боеприпасами, а еще через двадцать минут части Вермахта увидели, наконец, причину исчезновения огромного количества техники и людей.

Командир одной из танковых рот 17-ой танковой дивизии Вермахта Фридрих Гассер ломанулся на помощь соседям, едва услышав панические призывы о помощи. Он уже сталкивался и с Т-34, и с КВ. И полагал, что соседняя рота столкнулась как раз с ними. Вылетев из-за пригорка, он увидел как странные, непохожие ни на что машины последовательно уничтожают огнем чудовищных орудий отступающие танки, а следом идущие танки другого вида легко и непринужденно уничтожают пехоту. На его глазах знаменитая зенитка "ахт-ахт" выпустила в танк с жуткой пушкой снаряд практически в упор без всякого видимого эффекта. Расчет "ахт-ахта" был походя уничтожен огнем крупнокалиберного пулемета. Трезво оценив ситуацию, Гассер приказал отступить. Уж если эти танки не берет ахт-ахт, то ему, с пятидесяти- и короткоствольными семидесятимиллиметровыми пушками, тут делать нечего. На его несчастье, группа танков была замечена парившим в небе "БПЛА", и в сторону роты немецких танков отвернуло четыре танка - три с жутким орудием, и один с двумя малокалиберными. Отходящие на полной скорости немецкие танки были настигнуты с какой-то нечеловеческой быстротой. Рота Фридриха Гассера была уничтожена до последнего человека.

Эскадрильи Ju-87 и Ju-88 были подняты по тревоге. Призыв Вермахта о помощи был услышан Люфтваффе в полной мере. К месту сражения шло даже больше самолетов, чем просил Вермахт. Узнав, что воздушного прикрытия у русских нет, пилоты сразу заулыбались. Какой бы не был хороший танк, от авиабомб пикировщиков ему мало что поможет.

В 11-39 первые немецкие пилоты узнали, что и помимо вражеских истребителей есть много неприятных вещей, с которыми могут столкнуться бомбардировщики. Залпы замаскированных ЗСУ уничтожали фашистские самолеты десятками. На родные аэродромы вернулись единицы...

* * *

Федор фон Бок получил первые панические донесения в 10-59. К этому времени катастрофа превратилась уже в необратимую. Вопли "Майн Готт", немецкий мат, призывы о помощи - эфир было попросту страшно слушать. Попытки выяснить, что происходит, привели лишь к еще большему запутыванию ситуации. Согласно донесениям, русские выставили какие-то совсем уж непобедимые танки, хуже даже чем КВ-2, КВ-1 и Т-34.

Практически сразу он передал приказ 18-ой танковой дивизии спешить на помощь. Аналогичный приказ получил моторизованный полк "Великая Германия".

"Великой Германии" не повезло. Полк, выдвинувшись из Пружан в район Ружаны, попал в ловушку. На пути следования ее полковой колонны в засаде поджидало десяток "Буратин-3", "Торнадо" и "Коалиций-СВ". Плюс оставшаяся часть бригады Веткача и половина бригады Соломенцева. Попав под удар ТОСов, уже в первую минуту боя "Великая Германия" понесла чудовищные потери. Несколько минут спустя ад для солдат одной из элитных частей Вермахта продолжился. Танки и БМПТ уничтожали людей сотнями, а следующие вторым эшелоном БМП добивали остатки. Вызванная авиационная поддержка попросту не успела на помощь. На свое счастье.