Чтение онлайн

полированного дерева, на нем лампа на огромной подставке и шесть подобранных по

размеру керамических ваз, и еще одна

ваза, длинная а в ней восемь огненных тюльпанов, стопка альбомов с открытками,

подборка иностранных журналов,

раскинутая в художественном беспорядке я записная книжка, обтянутая тонким

шелком.

– Вот это мне нравится, - смеясь, говорит он.
– Настоящий секретер для

работы. Можно засучить рукава и

приниматься.

– Не шути, пожалуйста, - говорю я ему.
– Тебя же не заставляли сюда

приезжать. А у меня, напротив, при виде этой

записной книжки слюнки текут. Очевидно, это для того и сделано, но это работает.

Он улыбается и обнимает меня за талию.

Спальни выставлены рядом. В первой - черный вощеный пол, во второй -

белый паркет, в третьей - красный

метлакс; тут есть кровать, спинка которой напоминает дверь сарая, к ней крепится

полотняный балдахин, а шелковые

занавеси в цвет спускаются до полу. В изголовье кровати, Бог знает почему,

немного не по центру стоит какое-то огромное

растение в декоративной корзине. У другой кровати, толстые витые ножки. На

больших подушках, прикрытых покрывалом,

лежат валики, обтянутые разной материей с набивным узором, подобранной в тон.

– Это именно то, что тебе нужно, - говорю ему я.

– Мне нужны маленькие подушки.

– Нет, тебе нужно четыре больших. Твои две маленькие штучки никуда не

годятся, на них невозможно удобно

опереться.

– А когда тебе нужно опираться в постели на подушки?
– спрашивает он.

– Ну, когда ты мне подаешь завтрак, как сегодня утром, например. И еще в

разных других случаях. Так приятно

смотреть телевизор или читать в постели.

– Ну, мне это и в голову никогда не приходит, - медленно отвечает он, и я

смеюсь.

Мы проходим мимо стальной кровати, анодированной под медь, с серыми

прутьями, и с желтыми круглыми

украшениями по углам. Следующая кровать целиком из меди: маленькая,

неправдоподобно ажурная и одновременно

обильно украшенная, одним словом, самая замысловатая кровать, которую я когда-

либо в жизни видела. Я останавливаюсь,

чтобы посмотреть на нее. До земли свисает покрывало, вышитое гирляндами гвоздик.

Рядом стоит круглый стол, покрытый

скатертью из той же материи, что и покрывало, с четырьмя воланами по краю, а

справа от него величественный шезлонг из

белого дерева с позолотой.

– Тебе это нравится?
– спрашивает он меня.

– Прямо декорация для фильма, где Джуди Гарланд играет девушку

шестнадцати лет с разбитым сердцем.

– Я спросил только о кровати.

Я внимательно рассматриваю пышное чудо, маячащее перед глазами.

– Недурно, но очень кричаще. А передняя и задняя спинки наводят на мысль

о дверях волшебного королевства.

Недостает только нескольких медных птиц и одной-двух голов чудовищ.

Он подходит к рыженькой женщине, которая минуту тому назад желала

приятного отпуска продавцу.

– Когда мне могут доставить эту кровать?

Я теряю дар речи.

– Эту кровать?
– переспрашивает женщина, улыбаясь ему и поворачиваясь ко

мне.
– Будьте любезны, присядьте на

минутку, я уточню сроки доставки.

Я шепчу:

– Но ты просто сумасшедший! В уме повредился!

Он смотрит на меня без улыбки.

– Ты представляешь, как будет выглядеть это барочное чудовище в твоей

монашеской келье?

Продавщица повесила трубку.

– Никаких проблем, сударь. Мы как раз собирались сменить эту мебель. Если

вы мне скажете, когда вы хотите ее

получить, я вам сообщу, в какой зоне доставки вы находитесь и в какие дни недели

наши люди там бывают.

– Мне нужно еще кое-что уточнить, - говорит он после того, как продавщица

записывает его адрес.

Мы вместе с ней подходим к "спальне", отгороженной от прохода цепью из

пластмассы.

– Мы можем подойти поближе?
– спрашивает он.

Мы все трое стоим перед кроватью.

– Это одна из самых...

Он ее прерывает:

– Боюсь, моей подруге нужно лечь на нее, чтобы принять окончательное

решение.

Он поворачивается ко мне.

– Пожалуйста, сними обувь.

Хотя люди в магазинах довольно часто ложатся на матрасы, чтобы их

опробовать, что-то - я и сама не знаю что -

заставляет меня покраснеть. Я снимаю обувь, сажусь на кровать, вытягиваю ноги и

опираюсь спиной на матерчатый валик.

– Ляг посредине, - говорит он мне.

Следя глазами за блестящими точками на покрывале, я осторожно

перемещаюсь, стараясь изо всех сил перенести

тяжесть на руки и локти, чтобы не сбить материю.

– Закинь руки за голову и возьмись за изголовье, - говорит он.

Невольно мне в голову приходит мысль: мм в Блулшнгдейле, в субботу, но

несмотря на всю эту толпу мне кажется,

что мы в морге. Я могла бы спрыгнуть с кровати, спуститься на лифте и пойти в

кино...

– Давай, лапочка, - говорит он мне ровным голосом.
– Мы не можем провести

здесь весь день. Вытяни ножки.

– Вам доставят ее в четверг, - говорит продавщица.

– Вытяни ножки.

– Вообще доставка у нас идет по четвергам и пятницам, но я лично

прослежу, чтобы вам ее доставили в четверг.

Я делаю как он велит.

Потом застегиваю сандалии, стараясь избегать взглядов какой-то пары,

стоящей у ограждения.

– У вас есть матрацы, мисс?
– спрашивает он.