Чтение онлайн

Чтобы сорвать попытку врага организовать наступление на Ленинград, Ставка Верховного Главнокомандования приказала подготовить наступление советских войск. 67-я армия Ленинградского фронта должна была наступать в районе Синявина, а 8-я армия Волховского фронта — в районе Воронова с последующим ударом на Мгу. [406]

Наступательные действия советских войск, продолжавшиеся с 22 июля по 22 августа, имели большое значение, они заставили гитлеровское командование вместо запланированного наступления использовать приготовленные для этого силы для отражения нашего наступления. «Провал планов командования вермахта на Курской дуге и наступление советских войск на Мгинском направлении, — говорится в седьмом томе «Истории второй мировой войны 1939–1945», — вынудили противника отказаться от запланированного на лето наступления на Ленинград».

После поражения в июле — августе 1943 г. гитлеровцы больше не помышляли о наступлении под Ленинградом, единственным их стремлением было как-нибудь удержаться на занимаемых позициях.

Победа под Ленинградом в 1943 г., тесно связанная с операциями советских войск на других участках советско-германского фронта, в значительной степени предопределила окончательный разгром вражеских войск группы армий «Север».

Важнейшим результатом прорыва блокады Ленинграда явилось то, что через отвоеванную у врага узкую полосу земли вдоль южного берега Ладожского оз. город получил сухопутную связь со страной.

На этой полосе сразу же после прорыва блокады закипела работа по прокладке железнодорожной линии между ст. Шлиссельбург и платформой Поляны, о строительстве которой уже 18 января принял решение Государственный Комитет Обороны. На местности, очень неудобной для строительства железной дороги — она была пересеченной, болотистой, начиненной неразорвавшимися боеприпасами, в результате самоотверженного труда строителей главный путь длиной 33 км был уложен к 5 февраля 1943 г. Возглавлял строительство начальник управления Военно-восстановительных работ № 2, руководивший перед войной строительством метро в Ленинграде, И. Г. Зубков. Строительство первых 10 км пути от Невы вела 9-я железнодорожная бригада (командир В. Е. Матишев), строительство остальной части пути — 11-я отдельная железнодорожная бригада (командир Г. П. Дебольский). Трасса далеко не соответствовала требованиям, которые предъявляются к железным дорогам. На большей ее части основанием пути вместо земляного полотна и балластной призмы являлась промерзшая болотистая почва. Так как трасса проходила вблизи линии фронта, для более безопасного движения поездов в 2–3 км севернее ее в апреле был построен обходной путь длиной 18.5 км.

Для пропуска поездов через Неву были построены два моста. Один, у начала Староладожского канала, представлял собой низководную без судоходных проемов свайную эстакаду длиной 1300 м. Другой, в 500 м ниже свайной эстакады, длиной 852 м, был высоководным на свайных опорах, имел пролеты для прохода малых судов и один разводной пролет для пропуска больших судов и военных кораблей. Эстакада была испытана 2 февраля, высоководный мост — 18 марта. После сооружения высоководного моста низководный, рассчитанный на эксплуатацию только в зимнее время, предполагалось разобрать. Однако этот район противник подвергал частым обстрелам, что приводило к перерыву движения поездов. Поэтому было принято решение оставить свайно-ледовый мост, сохранив его в весенний ледоход и частично перестроив, приспособить для работы в летних условиях. Конструкция низководного моста не обеспечивала пропуска даже мелких льдин, и снос его во время ледохода мог бы привести к разрушению нового моста. Поэтому был разработан план пропуска льда под низководным мостом. Ледоход длился с 29 марта по 8 апреля, работа велась круглосуточно, в каждую смену для борьбы со льдом выставлялось до 1.5 тыс. человек, в том числе до 200 подрывников. Мосты были спасены, а эстакада в апреле — мае перестроена: в ее фарватерной части поставлен двухярусный разводной пакет. Перед осенним ледоходом эстакада была усилена. Все работы по реконструкции моста велись без перерыва движения поездов на продолжительное время. [407]

Движение по новой железной дороге, ставшей дорогой победы, которую еще называли шлиссельбургской магистралью, шлиссельбургской трассой или коридором смерти, началось в начале февраля. Первый поезд с продовольствием с Большой земли ленинградцы торжественно встречали на Финляндском вокзале 7 февраля. Поезд привел старший машинист депо Волховстрой И. П. Пироженко. В этот же день с Финляндского вокзала ушел первый поезд на Большую землю. Повел его старший машинист депо Ленинград-Сортировочный Московский П. А. Федоров.

Организация движения поездов представляла большие трудности. Первое расписание движения из Шлиссельбурга до Войбокало и обратно с 8 февраля предусматривало круглосуточное движение четырех пар поездов — двух пар в Ленинград ночью и двух пар из Ленинграда днем. Однако круглосуточное движение поездов из-за противодействия противника осуществить не удалось и пришлось пропускать поезда только ночью. В первую половину ночи груженые поезда шли в Ленинград, во вторую половину из Ленинграда шли порожние поезда. Новая форма движения поездов, т. е. пропуск поездов в течение какого-то времени только в одном направлении, впоследствии получила название караванного или поточного метода движения. С начала мая на шлиссельбургской трассе появилась так называемая «живая блокировка». Суть ее состояла в том, что на однопутных перегонах в 2–3 км друг от друга стояли посты с телефонами и светофорами на мачтах, обычными стрелочными флюгарками с керосиновой лампой внутри и с красным и зеленым стеклами. Дежуривший на посту человек мог поворачивать фонарь красным или зеленым цветом в сторону поезда. Сначала таких постов было открыто 9, а затем 16. В это же время стал применяться другой вариант поточного движения поездов. В одну ночь поезда двигались только в сторону Ленинграда, в другую — в сторону Волховстроя. Кроме этого, еще в начале апреля руководство Октябрьской железной дороги стало отправлять поезда «вслед», т. е. выпускать на перегон не один состав, как это обычно делается, а несколько составов, следующих с каким-то интервалом во времени.

Движение поездов в одну ночь только в одну сторону, движение «вслед» и «живая блокировка» сразу же дали положительные результаты. За одну ночь в одну сторону успевали проходить 16, 20, а иногда 25 поездов. [408]

Но движение «вслед» в одну ночь на Ленинград, в другую на Волховстрой стало вредно сказываться на состоянии пути. За одну ночь его угоняло в сторону движения поездов до полуметра. В связи с этим порядок движения поездов снова был изменен. В первую половину ночи поезда стали ходить на Волховстрой, во вторую половину — на Ленинград. В конце мая на шлиссельбургской магистрали прекратила действие «живая блокировка» и вместо нее стала вводиться автоматическая. Автоматическая блокировка и введенное с 25 июня круглосуточное движение поездов (в ночное время на Ленинград, в дневное время из Ленинграда) позволили увеличить подвоз грузов в Ленинград.

Пропускная способность дороги во многом зависела также от состояния пути, который был уложен с большими отступлениями от обычных технических требований. Поэтому с самого начала эксплуатации магистрали приходилось часто закрывать движение поездов из-за неисправности пути. Особенно ухудшаться состояние пути стало с наступлением весны, когда с повышением температуры воздуха и таянием почвы начались размывы и просадки пути. На некоторых участках целые рельсовые звенья погружались в воду и болотистую грязь. Проходившие по ним поезда иногда были похожи на старые пароходы, чьи колеса вращались в воде. Так как это грозило сходом паровозов и вагонов с рельсов, приходилось прерывать движение поездов. Например, в апреле движение на линии по этой причине прерывалось 18 раз и общий перерыв движения поездов составил 150 часов (более шести суток). В связи с этим на трассе велись большие доделочные и ремонтные работы, которые состояли в основном в поднятии и укреплении пути с помощью подсыпки балласта. На этих работах в феврале — марте ежедневно было занято около 3 тыс. человек. [409]

Шлиссельбургская магистраль, проходившая всего в 5–6 км от позиций противника, могла успешно работать только при организации ее надежной защиты. Наряду с действиями по обороне отвоеванного коридора вдоль южного берега Ладожского оз. и по его расширению советское командование особые меры приняло по защите шлиссельбургской магистрали от вражеских артиллерийских обстрелов и бомбардировок авиации, которые приводили к разрушению пути, повреждениям вагонов, жертвам и в конечном счете к перерыву движения поездов. Наибольший урон нашим перевозкам противник нанес в марте 1943 г. Только 3 и 16 марта на перегоне Липки — Междуречье в результате артиллерийского обстрела были уничтожены 82 вагона с боеприпасами и 11 вагонов с другими грузами. Работы по восстановлению разрушенного железнодорожного пути велись под обстрелом противника, в результате которого 3 марта было убито 15 человек, а 16 марта убито и ранено 18 человек. Восстановительные работы после артобстрела 3 марта велись путем укладки обходного пути длиной 750 м. Всего в марте перерывы в движении поездов, вызванные налетами авиации и артобстрелами противника, составили более 217 часов (более девяти суток). [410]

Борьбу с артиллерией противника, обстреливавшей железную дорогу, вели группа артиллерии дальнего действия 67-й армии и специальная артиллерийская группа дальнобойной артиллерии Балтийского флота. Защита шлиссельбургской трассы, так же как и всей железной дороги Шлиссельбург — Тихвин, от вражеской авиации осуществлялась зенитными средствами Ладожского дивизионного района ПВО, в который летом 1943 г. входили 41 батарея среднекалиберной артиллерии, 19 — малокалиберной и 29 взводов зенитно-пулеметных установок. Кроме того, имелись мобильные зенитные артгруппы из двух 37-миллиметровых орудий и нескольких пулеметов каждая. Для сопровождения поездов в пути были сформированы 37 отдельных зенитных пулеметных взводов. Каждый эшелон прикрывался взводом пулеметов, установленных в голове и в хвосте состава. [411] Особое внимание было обращено на защиту наиболее уязвимых пунктов — железнодорожных мостов через Неву. Кроме контрбатарейной и противовоздушной борьбы осуществлялось задымление, что затрудняло врагу ориентировку. Заградительные боны защищали мосты от мин, которые противник мог сбрасывать с самолетов. Усиленно охранялись мосты через Волхов, которые противник также настойчиво бомбил. Много внимания уделялось ликвидации последствий артобстрелов и налетов авиации противника, для чего были созданы специальные восстановительные бригады.

Благодаря принятым мерам перерывы в движении поездов, вызванные налетами авиации и артобстрелами противника, стали сокращаться. В апреле они составили 47 часов 15 минут, в мае — 43 часа, в августе — 11 часов 05 минут, в сентябре — 37 часов, в ноябре — 3 часа 15 минут, в декабре — 2 часа 45 минут. [412]

Однако эксплуатация железной дороги представляла большие трудности и была очень опасной. Каждый день грозил смертью работавшим на ней железнодорожникам. В течение 1943 г. вражеские снаряды и бомбы более 1200 раз разрушали пути на шлиссельбургской трассе, в результате чего были разбиты более 4 тыс. рельсов, около 10 тыс. шпал, 534 переводных бруса, 52 стрелки, десятки паровозов и много вагонов. Десять раз повреждалась переправа через Неву. 100 железнодорожников погибло, 175 — было ранено. [413] Но железнодорожники, проявляя невиданный героизм и самоотверженность, со все возраставшей интенсивностью водили поезда.