А что, так можно было?
Шрифт:
В дом вошли молча. Светка, пробурчав «наконец-то все успокоились, можно спать идти», убежала наверх. Гоша и Женя потоптались по кухне и тоже ушли. Данелия всё никак не могла отлипнуть от Юли, так и уселись обе за стол, не отпуская рук. Димка сидел рядом и нервно барабанил пальцами по столу, а Сергей отвернулся к рабочей зоне и слишком громко гремел чашками, наливая всем чай.
– Ребят, простите. – Юлька больше не смогла выдерживать давящее молчание. – Телефон сел. Я не думала, что так долго… И я просто… Господи, какая же я дура. Я только около закрытого метро поняла, что уже глубокая ночь. Ну… Светло же. Ну, что вы, в самом деле. Что со мной станется?
Данка на этот вопрос только всхлипнула. Серёга подошёл и поставил перед подругами по чашке чая с каким-то травяным ароматом.
– Что станется, Юль? – Голос его звучал уже спокойно, но рука на плече жены выдавала напряжение, от которого все только начали отходить. – Ты уехала одна в незнакомый город. Последний раз на связь вышла около семи часов и сказала, что ещё немного и поедешь сюда. В девять мы посмеялись. В десять начали звонить тебе. Телефон отключен. Тебя нет. Ну, час, два мы ещё ждали. Прикидывали разные варианты, но…
– Простите.
– Юлька покачала головой и сжала руки Даны сильнее. – Я и подумать не могла. А полиция откуда? Я думала, так быстро людей не ищут…
– А это Слава всё, - хмыкнул Димка. – Данелия плачет, Серёга обзванивает больницы. А он – два звонка и всё. Какого-то генерала разбудил, тот своих молодцов напряг. Кажется, кому-то даже влетело, что недостаточно внимательно на первый наш звонок отреагировали. И тут ты так по-королевски подкатываешь на белом жаль не Мерседесе.
– Даааан… - Юля растеряно перевела взгляд на одноклассницу. Святые ёжики, грешные белочки, стыдно-то как. Устроила друзьям незабываемые выходные. Ещё и перед полицейскими неловко. Мир сначала поднял всех, а теперь там объясняет парням ситуацию, улаживает вопросы. – Вы чего? Ну я же… Всего-то…
– Всего-то? – Данка вскочила и взмахнула руками. Видимо, страх за подругу окончательно отступил, и теперь злость начала занимать его место. – А что нам нужно было делать? Мы прождали тебя несколько часов! Несколько долбаных часов с твоим отключенным телефоном, в незнакомом городе, где ты никого и ничего не знаешь. Где толпы туристов, пьяных, ищущих приключений. Да всё, что угодно. Ограбили, под машину попала. Ты знаешь, что в случае пропажи человека самые эффективные часы поиска – первые???
– Так, всё!
– Сергей обнял Дану и мягко подтолкнул в сторону лестницы. – Сейчас спать. Всё. Все живы, здоровы. Всё остальное ждёт до завтра.
Данелия в ответ на миг прижалась к мужу, кивнула Юльке и зашагала наверх. Димка пошёл следом, что-то тихонько бормоча. Сергей вышел во двор к Мирославу, а ещё через несколько минут послышался звук уезжающих машин и тихие голоса. Хлопнула дверь, шаги в сторону лестницы… Юля сидела и смотрела в пустую чашку. В руке крутила всё так же выключенный телефон – бесполезная коробочка из пластика, металла и что там ещё за материалы… Стыдно же как. А ещё в голове всё стоял хриплый голос Мирослава Медведева, отчитывающий её такими обидными словами. Как будто она специально не звонила! Нет, конечно, то, что она загулялась и потеряла счёт времени – это её вина. Но этот медведь говорил так, как будто она деревенская дурочка, не умеющая пользоваться технологиями, да ещё и безответственная эгоистка. Обидно.
Дверь снова хлопнула. Белка вскинула голову и замерла, попав в паутину тёмных глаз. Они уже не резали острыми льдинками. Сейчас в них отражались огненные искорки, делая взгляд Мирослава каким-то диким, совершенно звериным. Как у него при таких эмоциях ещё пар из ушей не пошёл. Мир замер в нескольких шагах от стола, как будто хотел пройти к кухонной зоне, но натолкнулся на препятствие. На миг Юльке даже показалось, что он сейчас или ударит её или развернётся и уйдёт. Но Мирослав стоял и буравил её своими карими с янтарными всполохами глазами и молчал. Юля подняла телефон экраном к Миру:
– Он… - Голос сорвался, пришлось даже немного откашляться. – Он разрядился. Я не…
Как-то глупо получалось оправдываться. Юля всё смотрела на Медведя, а он молчал. А потом вдруг закрыл глаза и откинул голову назад. Как будто… Как будто ему больно. Юля совсем смутилась. Поднялась из-за стола, убрала чашку, и быстрым шагом двинулась к выходу из кухни. Всё это время Мирослав продолжал молчать, наблюдая за суетливыми и нервными движениями провинившейся гостьи. И только когда Юлька сбилась с шага буквально в полуметре от него, прошептав «Простите, Мирослав Андреевич», он как будто отмер. Рука дёрнулась в сторону Белки, но так и застыла, не прикоснувшись.
* песня «Атланты» — песня Александра Городницкого, 1963 год. «Атланты» считаются неофициальным гимном Санкт-Петербурга. 30 октября состоялась церемония подписания соглашения между Государственным Эрмитажем и Александром Городницким об использовании песни «Атланты» в качестве гимна музея. Песня вызывает повышенное слезоотделение не только у главной героини книги, но и у автора. Каждый раз. Держитесь, родненькие, не дайте небу упасть.
** песня «Батарейка» группы «Жуки», 1999 год.
*** «песня «Город» группы «Танцы Минус», 1999 год. В песне и клипе смешиваются образы обеих столиц, так что частично она и о Санкт-Петербурге.
Глава 16
Мирослав.
Чёрт, что ж так гадко на душе? Кажется, где-то это уже было. И даже совсем недавно. Глаза открывать не хотелось. Мирослав с силой потёр лицо и всё же поднял тяжёлые веки. «Тоже мне, Вий нашёлся, зло во плоти» - невесело усмехнулся Медведев. Мой Босх, как же было тихо и спокойно ещё каких-то пару дней назад.
Когда он с сестрой и Серёгой вчера ехал домой после целого дня рабочей суеты и ужина в ресторане, Мир заранее напрягся, ожидая, что вся компания уже там. Видеть никого не хотелось. Устал, как будто вагоны разгружал. Голова раскалывалась. Было единственное желание – заползти в свою нору и там вырубиться. Но дом встретил пустотой и тишиной. И если Мирослав даже обрадовался такому повороту, то Данелия сразу напряглась. Сергей с первого же раза дозвонился до долбо-Димы, и тот сквозь музыку и чей-то смех отчитался, что у них алко-трип, и явятся они не раньше, чем перестанут попадать стаканом в рот. А вот Белкина на звонки не отвечала, хотя уже должна была добраться до дома, судя по последним сообщениям и планам. И если сначала всё было забавно, то спустя несколько часов Данку ощутимо трясло от нервов. Телефон Юлии Ильиничны стабильно рассказывал, что абонент не абонент, мессенджеры сообщали, что в сети Belka_Juls не появлялась уже несколько часов, и где носит ходячую катастрофу, выяснить не представлялось возможным.
Данелия побелевшими пальчиками сжимала телефон и, наверное, в сотый раз пыталась дозвониться до Юлии Белкиной. А Мир расставлял на столе чашки с травяным чаем и то и дело накрывал ладошки сестрёнки своей лапищей или сжимал её подрагивающие плечи. Тогда он не мог понять, что выводило его из себя больше – то, что эта сумасшедшая Белка заставляет нервничать его любимую сестру, или то, что ему самому с какого-то бешеного ёжика было не наплевать на это исчезновение. А ему было, чёрт побери, не наплевать! И хотя сестре он, как заевшая пластинка, повторял, что Юля взрослая девочка, что она просто загулялась, что совсем скоро приедет, но внутри бушевал такой дикий коктейль эмоций, который Мир уже просто забыл. Страх, злость, досада, тревога, негодование, раздражение – владелец сети крутых гостиниц давно не испытывал их даже по отдельности. А уж все вместе они просто разрывали на куски его выдержку, которую он старался демонстрировать. И всё ярче в этой мешанине выделялся именно страх. Страх – как ни удивительно – потерять что-то (или скорее кого-то) очень важное.
Когда вернулась весёлая и очень пьяная компания, стало окончательно понятно, что ситуация превращается в какой-то страшный цирк, хоть и с конями. Алкоголь в крови и мозгах прибывших сначала не позволял им понять, что происходит, а потом они подключились к наведению суеты и паники со всем энтузиазмом людей, которые хорошо и ярко провели вечер. Причем что от уверений Светланы в пустяковости придуманной проблемы, что от предположений Евгения о приключившихся с пропавшей одноклассницей ужасов (а там фигурировали даже инопланетяне) Данелия одинаково покрывалась белыми и красными пятнами и рыдала всё громче. А Мирослав всё сильнее сжимал кулаки и челюсти, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не вытолкать гостей гулять дальше, желательно в их родном городе. Или ещё где подальше.