Чтение онлайн

Священник и бургомистр какое-то время смотрели на меня, потом толстяк неопределенно хмыкнул и похлопал себя по бедрам.

— Снимите ее, — приказал негромко, и пара слуг немедля полезла на камин. — Не знаю как вы, господин аббат, но снизу вверх я только на короля привык смотреть, а не в… — махнул неопределенно рукой, но закончил, — девице между ног заглядывать. Какие у вас на ее счет планы?

— Это же ваша добыча, — пожал плечами худощавый. — Хотите казните, хотите себе оставьте. Церковь в мирские дела не вмешивается. А что?

— Девка больно ладная… — признался толстяк.

Меня к тому времени уже спустили вниз. Избыток алкоголя придал бургомистру смелости, и он, первый раз за все время выдержал мой негодующий взгляд. Потом спросил:

— Жить хочешь, сладенькая? От него так разило вином и потом, словно толстяк не мылся с дня собственного рождения, а перед тем как подойти ко мне, опрокинул на себя кувшин. Точнее — в себя. Первым порывом было отрицательно помотать головой, но слова профессора еще были свежи в памяти и не позволили поддаться эмоциям. Если спасение теперь только в моих руках и никакой помощи извне не будет, то и умирать торопиться не стоит. Тем более, что отказ оскорбит толстяка, и не сложно представить, как он на него отреагирует. Вон святоша как ехидно лыбится. Явно ждет, что я подставлюсь и попаду к нему на десерт. А вот хрен тебе с маслом. Если я в игре, так давайте играть. И… кивнула.

— Вот и умница… Ты сделала правильный выбор и не пожалеешь… Если сама все не испортишь.

Вот теперь я помотала головой отрицательно и посмотрела на него так жалобно, как только смогла. И быстро потупила взгляд, боясь что аббат заметит наигранность. А тот аж потемнел лицом. Похоже, я угадала, он явно рассчитывал на укрощение строптивой девицы другими, более приятными методами… для него лично и святой инквизиции в целом.

А вот бургомистру моя покладистость понравилась. Погладил легонько по бедру, потом не отрывая потной ладони, скользнул по животу к груди. При чем, проделывал все это не отрывая взгляда от моих глаз. Пришлось зажмуриться, чтобы не испепелить урода полыхающей в них ненавистью. Зато, от нахлынувших чувств, я очень кстати покраснела. Чем бургомистр остался очень доволен… Скотина.

— Что ж, договорились, — потрепал по щеке, словно собачонку. — Тебя отведут в мою спальню. Искупайся, ну и все такое… Сама знаешь… Но, помни! — похлопывание сменилось мощной пощечиной, аж в голове загудело. — Малейшее неповиновение и ты… тебя… — не сразу смог сообразить, чем еще можно запугать приговоренную к казни. — Я отдам тебя стражникам. И через недельку их внимания, сама в петлю полезешь. Если раньше не сдохнешь? Поняла?!

Для весомости он с силой ущипнул меня за сосок. Спасибо, весьма кстати. Больно же… Вот слезы и потекли.

— Все, все… — толстяк тут же сменил гнев на милость. — Вижу, сладенькая, ты понимаешь вся правильно и глупостей не натворишь.

— Постойте, ваша светлость, — наконец-то ожил аббат, которому такая сделка совершенно не пришлась по вкусу.

Что ж я тебе такого сделала? Или это ненависть одного корня с той, что у толстухи-торговки? Но та хоть ревнует, а тебе чего надо?

— А как же завтрашняя казнь? Хотите отменить? Народу не понравится ваша мягкотелость. Тем более, с перепою.

— Зачем отменять… — ухмыльнулся бургомистр. — Надежды граждан нельзя обманывать по таким пустякам. Иначе они не поверят потом в большую ложь. Стараниями господина префекта, тюрьма нашего города никогда не пустует. Найдем что-нибудь подходящее. Обрядим в длинную рубаху… Никто и не заметит подмены. У тебя, куколка… — толстяк расплылся в самодовольной ухмылке, — будет уникальная возможность наблюдать за собственной казнью и при этом заниматься… — сделал характерный скабрезный жест. — Не правда ли, пикантная ситуация? Га-га-га…

Да уж, с чувством юмора у него явно проблемы. Извращенец… Куда меня запихнули? Урод на уроде… Интересно, кто писал эту игрушку? Любитель БДСМ или просто озабоченный малолетний гений? Выберусь, найду и надеру задницу… Нет, лучше уши. А то, может, ему еще и в кайф будет.

Мое исчезновение с пьедестала, как и уход с торжества победившей администрации, остался незамеченным. Могли и не укутывать в плащ. Это я, для сравнения. На самом деле очень даже вовремя, а то так недолго и простуду подхватить. А город гулял… Вот когда надо было восстание поднимать. Бери власть голыми руками, никто и не почешется. Поторопился господин Корнелиус. Надеюсь, он успел скрыться. И сына спрятать…

Дворец бургомистра оказался в соседнем от магистрата здании. И ста шагов не сделали, как стражники подтолкнули меня к входу в большой, трехэтажный дом. Постучались, сказали что-то в открывшееся смотровое окошко и передали лакеям.

Если б я сидела за компьютером и гоняла свою героиню мышкой по монитору, то, наверное, попыталась бы сразу надавать всем по шее и сбежать. Домашняя прислуга, судя по внешнему виду, не имела серьезной боевой подготовки. Но сейчас, когда я практически едва могла шевелить руками, и малейшее движение тут же отзывалось болью в ключицах, а колени дрожали и подгибались при каждом шаге — меня спеленала б и парочка детишек дошкольного возраста. Так что прежде надо отдохнуть и привести себя в нормальное состояние… Бургомистр что-то о ванной говорил. Да и поесть не помешает… Не знаю, как в реале меня кормят и когда, но в игре я последний раз ела еще перед восстанием. А это… на минуточку… почти двое суток тому…

Какие бы инструкции не получила прислуга, но со мною они вели себя вполне корректно. Или это программа не предусматривает иных вариантов, чтобы не плодить сущности. Наклепали типажей…

Стражник — брутальный, хам и мужлан. Десятник или старший скаут — чуть умнее. Точнее — умудренные жизнью. Службу знают и исполняют от и до. Лакей — манерный, угодливый… Почти как визажист. Горничная — тихая, аккуратная. Молчаливая. Кстати, очень миленькая девушка. Приелась хозяину, что ли?.. От того он и на меня запал? Тупая и зловредная торговка. Злокозненный и хитрый аббат, он же — инквизитор. Толстый, сластолюбивый и хитрый бургомистр. Сплошные штампы… Из этого и надо исходить. Планируя будущий побег.

Уверена, толстяк заявится пьяный вдрызг и о новой наложнице вспомнит только утром. Вместе с головной болью. Так что до утра время работает на меня. Успею что-то сообразить.

Все это я обдумывала, нежась в горячей ванне. Горничная добавила в воду какого-то ароматического зелья, и я даже поплыла слегка. Как от глотка хорошего шампанского. А вот с этим надо поосторожнее. Черт его знает, на какое коварство способно то, что удерживает меня в игре? Вполне вероятны и другие подлянки, почерпнутые из книг и кино. В плане совращения и извращений. И можно так помыться или отужинать, что очнешься привязанной к кровати, под сопящим «боровом».

* * *

Как я и предполагала, господин бургомистр заявился на бровях. Подогретого алкоголем желания хватило ровно на то, чтобы пробормотать нечто похожее на «иди ко мне, сладенькая», сбросить кафтан, сапоги и… завалится лицом в перины. Мелькнула было мысль придушить гада, но я не знала, как на это среагирует игра. Может, в ней прописаны какие-то механизмы защиты неписей. Или они попросту не убиваемы, и я добьюсь только того, что бургомистр протрезвеет. Так что пусть дрыхнет, и чем дольше тем лучше.