А там ещё другая даль
Шрифт:
«И что ты предлагаешь? Убить пацаненка только потому, что он может проговориться?» — возмутился мой внутренний голос.
«Тьфу на тебя»
— Сэр Ламберт, вы вовремя… Отличный экипаж. Уверенна, довезет нас до столицы амазонок и даже смазывать не понадобиться. Дорого дали?
— До столицы?... — растерянно захлопал длинными ресницами рыцарь… — Э-э-э… — потом что-то понял и интенсивно закивал. — Можете не сомневаться, госпожа. Самая лучшая бричка во всем Шамбрэе.
Потом поманил к себе пацаненка.
— Все, парень. Спасибо за работу. Вот твоя монетка… Чеши обратно! И помни уговор! Никому ни слова!
— Не извольте беспокоиться, ваша милость! Я уже забыл, что вы едете в Фэр. А если я забыл, то как смогу рассказать?
— Правильно… — похвалил паренька сэр Ламберт. Махнул рукой, отпуская, и тот помчался обратно в город, что-то радостно вопя во все горло.
* * *
После всех злоключений, выпавших на мое «западное полушарие», причем не только в переносном смысле, я ни секунды не колеблясь выбрала бричку. Подстелив на сидение сложенный в четверо бархатный плащ, который мне галантно предложил сэр Ламберт. Когда увидел, как я решительно снимаю кольчугу. Под которой было лишь, собственноручно превращенное в лохмотья, платье. Удивился такому использованию одежды, но смолчал.
Ну а чего? Во-первых, — ссадины и ушибы доставляли значительно больше неудобства, чем ставшая весьма фривольной одежда, потому что болели по-настоящему, а не морально. Во-вторых, — после осмотра моих достопримечательностей большей частью горожан Шамбрэя, я стала менее напряженной в этом вопросе. А в третьих, — то что можно разглядеть в прорехах моей одежды не шло ни в какое сравнение с откровенностью юбочек обоих близняшек.
Впрочем, я давно заметила — мужчины странный народ. Им гораздо больше волнует полураздетая женщина, чем абсолютное ню. Наверно, потому что наличие хоть какой-то одежды оставляет им время подумать…
Второе место в бричке заняла Гита. Как оказалось у идеальных близняшек все же нашлось отличие. Младшая сестренка панически боялась лошадей. И готова была идти пешком, лишь бы не садиться в седло. Тогда как Зита их просто обожала, и верхом ездила не хуже амазонки. Так что часть вьючной поклажи заняла свободное место в повозке, а счастливая девушка — в седле заводного коня сэра Ламберта. И то ли кони рыцаря привыкли ходить вместе, то ли случайно так получилось, но эта парочка сразу поехала стремя в стремя, держась позади нас метрах в двадцати. Так что даже голоса не доносились.
Место кучера досталось Рудольфу.
— Эх, прокачу!.. — залихватски присвистнул моряк, взмахивая кнутом. — Желаете с ветерком?!
Гита явно была «за», но моя нижняя часть тела категорически возражала против скоростной тряски по булыжной мостовой. Ведь для этого типа транспорта рессоры еще не изобрели. Но правду не скажешь, командиру такие нежности не к лицу.
— Не стоит… Пока погони не видно, побережем силы лошадей. Никогда не известно, когда они понадобиться могут.
Такое объяснение было воспринято с пониманием и уважением к начальственной мудрости и прозорливости. А чтоб отвлечь внимание и чем-то занять время, я тут же спросила:
— Рудольф… ты же моряк. А насколько мне известно, нет более сведущих людей, о том, что происходит в мире, чем моряки…
— Это чистая правда, госпожа… — приосанился здоровяк. — Но, вы же знаете мою историю… Поэтому, я знаю обо всем от других.
— Ну, положим, и те кто тебе рассказывал, тоже узнавали новости от других… так что ничего страшного. К тому же, я так давно не была дома, что можно считать, вообще ничего об этом мире не знаю.
— Ого… Уж не у валькирий ли вы… гостили, госпожа?
— Моя история слишком длинная… Мы скорее доберемся до Императорского дворца, чем я до ее середины. Так что отложим для другого случая. А сейчас, давай послушаем тебя.
— Как будет угодно госпоже. С чего прикажете начать?
— Да вот прямо с севера и начни, а западом… — я махнула в направлении движения, — закончишь. Какие государства там расположены. Кто с кем в союзе или воюет… Если знаешь какие-то любопытные истории или новости — тоже выкладывай. Даже, если считаешь, что в них правды нет ни на йоту. И перестань меня через слово госпожой называть. Ты не раб и не слуга… А если в бою себя покажешь, не хуже чем в стычке с псами, будешь не просто спутником, а товарищем по оружию. Отвыкай от старых привычек. Может, для правосудия ты и преступник, но среди нас никто на тебя косо не посмотрит. По той или иной причине, все мы, в какой-то мере, убийцы.
— И девочки? — недоверчиво покосился здоровяк на Гиту. Которая была, как минимум, в полтора раза ниже и в три тоньше чем он.
— И девочки… — подтвердила я. — Точно не скажу, не считали. Но двоих викингов она точно отправила к Одину в Валгаллу.
Поверил моряк или нет, но переспрашивать не стал, а только головой покрутил и начал рассказывать:
— Ну, стало быть на севере и северо-западе от нас горный хребет Сумеречный, а за ним — королевство Свен, или проще говоря — земли валькирий. Северные девы весьма воинственны, но тепла не любят. По этой причине через горы переходят редко и набегами не балуются. Только в марте и сентябре, когда у них наступает брачный сезон, одиночки или небольшие группы могут совершить набег. В поисках молодых парней или детей… А еще валькирии не терпят чужаков… Только очень крупный отряд имеет шанс забраться вглубь их земель и вернуться обратно, не потеряв при этом большую часть людей.
— Серьезные тетки…
— Очень, — подтвердил Рудольф. — Но, при этом, обычаи чтят и торговцев не трогают. Если те с караванных троп не сходят. Вот… На востоке от нас и немного на юг — королевство Орлан. У Фомэнт с ними вечный и нерасторжимый мир. Для этого наш король женился на сестре их короля, а свою – выдал за него. Союз этот еще и тем выгоден, что остальные королевства сильнее наших по одиночке, но точно проиграют, если сцепятся сразу с обеими.
— Разумно…
— Еще бы. Особенно, если учесть, что над нашими границами постоянно нависает конфедерация Прид. А за рубежами Орлан — королевство амазонок. И, в отличие от валькирий, степные девы считают лучшим развлечением проверку бдительности и готовности гарнизонов пограничных крепостей своих соседей... Но, даже с амазонками, время от времени удается договориться и заключить перемирие. Куда хуже — дикари. Пустыня Кара-Бугаз, занимающая всю южную часть известного мира, защищает своих детей надежнее любых крепостей. Преследовать их в этих бескрайних, раскаленных песках равносильно самоубийству… Даже император Кальрадии, в ее расцвете, платил дань жителям пустыни, предпочитая откупиться, чем вести бессмысленную войну. Сто тысяч золотых монет было обещано тому, кто сможет достать карту источников и оазисов Кара-Бугаз. Но, ни один смельчак, до сих пор так и не пришел за наградой.
— Совершенно точно… — подтвердил сэр Ламберт, поравнявшись с бричкой. — А ведь, наверняка, многие пытали удачу. Да только пустыня и ее обитатели надежно хранят свои секреты. Вот и белеют в песках безымянные черепа и кости… Прошу прощения, что прервал столь занимательную беседу, госпожа Эвгения, но на горизонте уже виднеются зубцы башен замка Тьерн. Вы и в самом деле желаете завершить путешествие у его ворот?
Молодой рыцарь не прибавил ни единого слова или жеста, но взглядом дал понять, что с превеликим удовольствием направил бы коня в какую угодно другую сторону.
Ого! Похоже, слухи о людоедстве хозяина имеют под собой серьезные основания. Вряд ли столь воинственного юношу, за секунды сумевшего разделаться с засадой втрое превосходящего врага, испугали бы женские сплетни.
— Да, сэр Ламберт. Мы едем именно туда. Я не успела объяснить… Но, дело в том, что в замке Тьерн меня должны ждать брат с сестрой и еще двое друзей. И о встрече мы условились когда еще не знали, что место это небезопасно. Теперь, я, конечно же, выбрала бы другое место, но они об этом не знают. Но сейчас выбора нет. Не бросать же их в беде… Если таковая случилась или, может, случиться!