А звёзды гореть продолжают
Шрифт:
– Ты можешь надеть скафандр за ширмой в том углу, – с нарочитой заботливостью поторопила она.
– С удовольствием! – Он решил ей подыграть и отсалютовал, взяв под воображаемый козырёк.
Крутнувшись, перебросил шелестящий комбинезон через плечо и маршем скрылся за белой раздвижной ширмой, бесшумно скользящей маленькими колёсиками по полукруглым резиновым рельсам на полу.
– Кстати, а откуда ты узнала, что меня зовут Алекс? – старался не молчать, выказывая лёгкое веселье и беспечность. Не снимая пижамы, натянул эластичный костюм и потянул кверху молнию спереди. – И где моя одежда?
Девушка не отвечала. Она стояла, застыв и будто вслушиваясь внутрь себя.
– Им-275, – тихо позвал он. – Я готов.
Её ресницы дрогнули, она снова улыбнулась:
– Извини, Алекс, у нас новые инструкции. Пришлось прослушать.
– Как интересно… Вы что, и правда все связаны друг с другом? На что это похоже?
Она неопределённо пожала плечами и мило сморщила лобик.
– Ну-у-у, – нежным голосом протянула она, – скорее всего, это как компьютерная сеть… Когда ты станешь нашим другом и поможешь нам, то сам всё узнаешь подробнее.
– Помогу в чём? – Так не хотелось возвращаться в реальность происходящего, но он уже пришёл в себя.
Действие укола со снотворным сошло на нет. Он в плену. И он знает – им нужно то, что хранится глубоко внутри него. То, с чем он не согласен расстаться ни за что на свете. Это энергия прекрасной, но отвергнутой любви. И снова вспомнился урок в школе Собирателей: «Помните, когда любовь идёт на выброс, вы должны быть рядом, в пределах трёх-пяти шагов. Поймать этот сгусток энергии в специальный контейнер – ваша главная задача. Поймать и доставить в наш мир».
Рука непроизвольно потянулась к затылку, где вновь о себе напомнила пульсирующая боль. Шишка там была знатная.
Девушка виновато улыбнулась и заботливо произнесла:
– Мы заедем по пути в ремонтные мастерские и вылечим твою голову. Потерпи немного. Идём.
Она кивнула, приглашая за собой, и лёгкой походкой, с грацией пантеры направилась к двери. Потом вдруг остановилась и, обернувшись, вновь обворожительно улыбнулась:
– Ты разговаривал во сне. Вот откуда я узнала твоё имя. Это всё из-за действия снотворного. Странно, но люди при этом всегда разговаривают.
«Значит, я не первый…» – подумал он, но сказал совсем другое:
– Подожди! А ботинки? Где мои ботинки? Я что, пойду босиком?
Им-275 удивлённо оглядела его босые ноги, словно только сейчас их увидела. Впервые она выглядела растерянной. Он ничего не понимал.
– Ну да, – согласилась она, покусывая губки-вишенки. – Мы упустили этот момент.
«И не только этот…» – пронеслось в его голове.
– Жди тут, – решилась она. – Я сейчас.
Через пять минут она принесла его ботинки, без стелек и небрежно перешнурованные.
– Ну хоть что-то, – ворчливо пробубнил он, натягивая очень нужную обувь.
– Прошу за мной, – торжественно произнесла красавица, не обращая внимания на его бухтение. – Экскурсия начинается!
Они прошли через высокие тяжёлые двери из толстого серого металла в лифтовой холл с наружной панелью управления. Им-275 быстро набрала на табло комбинацию цифр, и изнутри послышалось лёгкое гудение.
Сделав несколько шагов в сторону, словно разминая мышцы, он быстро бросил взгляд за поворот небольшого коридора – тот соединялся с лифтовым холлом открытыми раздвижными дверьми из матового полупрозрачного стекла. На потолке серели знакомые алюминиевые рейки, которые он уже видел раньше.
– Алекс, – его притягательная экскурсовод-богиня требовательно взмахнула рукой, приглашая внутрь приехавшего лифта.
Обычный лифт с серыми панелями, обычная скорость – ничего особенного. Внутри не было указательного табло с цифрами, и поэтому он не знал, сколько этажей они уже проехали. Он только чувствовал, что лифт движется вверх. Им-275 вежливо улыбалась и молчала. Внезапно на боковой панели лифта по диагонали вверх пробежал пульсирующий огонёк-подсветка. Не удержавшись от желания опробовать на ощупь стены, коснулся их ладонью. И тут произошло чудо – панели вдруг стали зеркальными, осветились сверху скрытым по периметру бледно-зелёным, на полу проявился белый мрамор. Красиво…
Лифт оказался не совсем обычным. Это был лифт-трансформер. Возможно, с искусственным разумом…
«Одна минута и двадцать секунд», – пронеслось в голове, как только лифт остановился и двери мягко заскользили в стороны.
– А ты ему понравился, – Им-275 внимательно за ним наблюдала. – Или он просто чувствует в тебе энергию, – небрежно добавила она, на этот раз улыбаясь только губами. Голубые глаза оставались холодными, словно две прекрасные льдинки.
– Ничего себе… – только и смог он выдавить, пытаясь скрыть волнение. – Вот это прогресс! Такого я ещё не встречал. Я думал, что лифт с искусственным разумом – всего лишь фантастика. А у вас тут это реальность!
Он ни за что не признается этой красотке, что его ладонь от прикосновения к стене лифта горит огнём, словно ужаленная сотней тончайших иголок. На миг ему показалось, что лифт пытается вытянуть из него всю энергию, включая его сокровище. Сердце колотилось, протестуя: не отдам… не отдам… не отдам!
– Ну я же говорила тебе, что наш мир прекрасен! – в её голосе звучала неподдельная гордость. – Тебе тут точно понравится.
Она вышла первая, он торопливо выпрыгнул следом, стараясь не задевать стен и дверного проёма. Огляделся.
Напротив лифта, примерно в пяти метрах от них, за высокой стеклянной стеной он увидел огромный производственный цех, напоминающий муравейник: длинные конвейерные линии в несколько рядов из блестящего серого металла постоянно перемещали что-то на своих лентах. Отсюда было не рассмотреть что… Над лентами быстро опускались и поднимались механизированные выдвижные направляющие и зажимы. В них что-то вертелось, крутилось, периодически исчезая в верхних навесных металлических кубах и выдавая струю белого газа под высоким давлением. К потолку поднимался лёгкий туман, который тут же всасывался мощной вентиляцией.
Но большее внимание привлекали снующие между конвейерами биороботы в голубых комбинезонах с прозрачными полукуполами на головах вместо волос… – тут один из них прошёл совсем рядом – и кожи! Под прозрачным полукругом по тонким кровеносным сосудам над уставшим лицом и по венам покрупнее в основании шеи пульсировала кровь.
Выглядело это не очень приятно.
– Да, мне они тоже не нравятся, – послышалось сзади. – Но это низшие создания, и у них нет регенерации. Поэтому им приходится подзаряжаться каждые двадцать четыре часа. Но обрати внимание, какая тут тишина! – Им-275 легко закружилась по холлу, распахнув руки ладонями вверх. – Звуков работающего цеха совершенно не слышно! Каждый может наслаждаться тишиной и покоем. Ты согласен?