Чтение онлайн

2 июля

И сегодня тоже спокойно. Ни одного выстрела. Что происходит? Не нравится мне это затишье, оно гложет мне нервы. Красные сбежали, но наверняка задумали какой-нибудь дьявольский план. От разведки никаких сведений.

Жара действует на нас страшно, превращает в раздраженных и агрессивных. Даже в тени чувствуешь себя как поросенок на вертеле. Ветер доносит сладковатый дух разложения. Будь проклят запах тлена!

Сегодня все буквально сводит меня с ума! Полдень, и мы сидим в какой-то полудреме. Мы насквозь пропотели, нас мучит жуткая жажда, но воды не осталось ни капли. Колодцы наверняка отравлены, а воду мы всю давно выпили. Копать колодцы в дневное время небезопасно.

Вечер приносит прохладу, настрой улучшается. Предвкушаем ночной сон в удобном сарае.

Меня не покидает тревога по поводу этого затишья. С запада доносится артиллерийская канонада. Запад – направление, с которого мы идем. Что-то происходит! И это не удивляет. К нам примчался мотоциклист-вестовой из штаба дивизии: «Тревога! Быстро собраться и по машинам!» Пять минут спустя мы покидаем наш привал. На часах 21.00. Уезжаем по той же дороге, по которой прибыли из Дубно. Становится совсем темно, ни зги не видать. Жуткая дорога, вся изрытая воронками снарядов, недурной экзамен по технике вождения для нашего Зеппа и для моего зрения! Внезапно сильный рывок – мы влетели в глубокую воронку. Чертова темень! Я так ударился ногами, что искры из глаз. Пока мы вытаскивали мотоцикл из воронки, наша колонна успела уйти далеко вперед. Вокруг ни души – сплошная непроглядная чернота. Где-то вдали тарахтит пулемет. Проезжаем развилки – никого и ничего, и мы просто едем вперед. Слава богу, известен хоть пункт назначения – Новины. Тут замечаем группу офицеров, сидящих в траншее справа у дороги.

– Как проехать в Новины?

– Поворачивайте налево!

И мы едем и едем вот уже несколько часов. В 1.30 доезжаем до какой-то деревушки. Стоящий у последнего дома офицер останавливает нас. Он страшно взвинчен и осведомляется, все ли у нас дома. Я воспринимаю это как должное и спокойно спрашиваю его, отчего он так взволнован. То, что он мне сообщает, отнюдь не радует: село и окружающую местность пришлось зачищать пехотинцам из-за ожидаемой через час атаки 200 человек русских. Дело дрянь. Наш ангел-хранитель настоятельно рекомендует нам повернуть назад, ибо ехать дальше – чистейшее самоубийство.

– Мы из противотанкового батальона, разведчики, а не пехотинцы, герр лейтенант.

Рот нанес на карту танковую атаку врага, ожидаемую 3 июля, прежние и новые позиции пехоты и контратаку силами немецких штурмовых орудий

И продолжаем путь. Мы едем и едем, по-прежнему ни одной живой души. Небо на востоке начинает светлеть.

У меня странное предчувствие. Мы уже должны давным-давно быть в Новинах! Перед нами был большой лесной массив, и я приказал заглушить двигатель. Мы напряженно вслушивались в ночную тишину. Где-то совсем недалеко были слышны бормотание и отрывистые фразы команд по-русски. У меня похолодела спина.

Мы оказались на участке, где русские сосредоточивали свои танки для предстоящей атаки! В мгновение ока мы спрыгиваем с мотоцикла, запускаем двигатель и ходу отсюда. Час спустя мы на этом чертовом перекрестке дорог. Офицеры куда-то убрались, а саперы заняты закладкой противотанковых мин. Когда мы подъехали, они выпучились на нас, как на привидения. Нужно было повернуть направо, а не налево! Пять минут спустя мы уже в нашей дивизии в Новинах.

3 июля

Сейчас 3.00 утра, и мы размещаем противотанковые орудия для отражения атаки. Лежим в траншеях и ждем первой волны, которая должна накатиться на нас в ближайшие минуты. Сердце колотится как бешеное, на лбу пот. До боли в глазах вглядываемся в мерно колыхающиеся колосья на поле, откуда ожидаем врага. Скоро там появятся русские танки. Много танков. И мы прекрасно понимаем, что сегодняшний день может стать последним для любого из нас.

На удивление наших командиров, русские разместили в близлежащих лесах пехотинцев целую танковую дивизию. Они попытаются прорваться на нашем участке, поскольку линия обороны здесь чрезвычайно слабая. Буквально на бегу мы наскребли пехотный батальон и противотанковый взвод – всего с десяток противотанковых орудий. Этими силами мы рассчитываем встретить русских.

3.30 утра. Внезапно на холме прямо перед нами появляются русские. Медленно, зигзагами, следует первая волна. Времени у них больше чем достаточно, чтобы разделаться с нами.

– Цель 70!

Главное сейчас – сохранять холодную голову! Терпение! Надо подпустить их как можно ближе. 1000 метров… 900 метров… 700 метров… И почти одновременно 10 наших противотанковых орудий выплевывают снаряды по надвигающимся на нас стальным чудовищам. Даже не верится – четыре машины подбиты с первого выстрела, огонь и клубы черного дыма! Еще 5 танков застывают на месте. Вот теперь все и начинается. Вперед!

Под прикрытием орудий подбираемся к остановившимся танкам. Танкисты ведут интенсивный огонь. Тут же появляется вторая волна, а на гребне холма можно различить и машины третьей. Надо отходить, мы под интенсивным огнем противника. И мы постепенно, один за другим отходим к траншеям. Тут мой товарищ конвульсивно вскидывает руки вверх – ранен. Прикрывающее нас орудие внезапно разлетается на куски – прямое попадание. Наш солдат неподвижно лежит на земле прямо передо мной – убит. Другой солдат, тот, что справа от меня, тоже вопит не своим голосом, зовет санитара.

Всего 20 метров до траншеи! Боже! Помоги нам добраться! Будет этому конец?!

По нам стреляют почти в упор. Я падаю и вжимаюсь в землю. Передо мной мелькают фонтанчики земли. Снова вскакиваю, бегу, чуть не споткнувшись о тела двух моих товарищей, которых разодрало осколками. Проклятые танковые пушки русских! Еще один разрыв, прямо передо мной! Визг осколков у самых ушей. Один из них, размером с кулак, попадает мне в противогаз, другие корежат автомат.

Следующая стадия боя 3 июля. Отражение третьей волны русских танков и атака немецких штурмовых орудий

Но я все же добежал до траншеи! И вдруг мне становится наплевать на все, что бы ни происходило. Лежу на дне траншеи, гляжу в небо и жду, когда пожалуют танки и раздавят меня.

Несчастная Розель, милая Эрика! Ваш муж и отец героически погиб на поле брани 3 июля… ну и так далее и тому подобное… Не думать об этом! Не думать!

Тем временем на нашем участке происходит следующее: прицельный огонь наших орудий помог нам отбить первую атаку, и мы все же сумели в этом хаосе сменить огневую позицию. В ходе второй атаки русские остервенело палят по прежним позициям. Но вдруг получают удар с восточной стороны. Фланговый огонь! Несколько тяжелых танков выведено из строя. Они, тут же повернув на восток, открывают огонь по нашей нынешней позиции.

Примечание. Это и спасло мне жизнь. Кроме меня, никого на нашей прежней позиции не оставалось. Двоим нашим удалось скрыться в расположенном западнее лесу. А остальные лежали на поле убитые или раненые.

Вскоре с холма стали спускаться танки третьей волны, а наши штурмовые орудия в этот момент контратаковали их – расстреляли русские танки второй и третьей волн.

Возможно, такая ситуация была единственной в своем роде за всю Восточную кампанию. Любой командир согласится, что только подобные действия спасли нас от неминуемой гибели. Хладнокровие и выдержка – вот ключ к успеху в подобных обстоятельствах. Один-единственный точный выстрел противника в состоянии вывести из строя наше штурмовое орудие, а собственная невнимательность при стрельбе из противотанковых орудий способна вывести из строя свои же штурмовые орудия.

Обстрел с двух сторон, резкий поворот на север создали хаос для второй волны русских танков. Было подбито еще 16 советских машин, и последняя попытка укрыться за холмом провалилась.

А потом случилось невероятное: с тыла после долгого ожидания прибыли эсэсовские пехотинцы в камуфляже. Это были бойцы «Лейбштандарта» [ «Адольф Гитлер»]. Их задержали где-то под Дубно, потом дали приказ без промедления следовать к нам на помощь. Они пробыли на позициях всего 10 минут, и тут волнами стали надвигаться русские танки. Бой продолжался 3 часа. Жуткая была бойня: рукопашные схватки – что может быть страшнее.