Чтение онлайн

Калеб протянул руку и погладил меня по ушибленному месту. Легко, запросто, словно всегда так и делал.

— Ты ведь что-то знаешь, — прошептала я. — Скажи мне хоть что-то. Я… я очень боюсь.

— Слова могут услышать.

Он протянул ко мне руку открытой ладонью вверх. Я с недоумением посмотрела на нее. Он пошевелил пальцами, поманил, словно намекал, предлагал что-то в нее положить.

Я развела своими — у меня с собой ничего не было, Калеб повторил движение. Если нельзя говорить вслух… Я создала крошечный огонек на кончике пальца и протянула к Калебу. Он улыбнулся и забрал его к себе на ладонь.

— Как ты это делаешь? — выдохнула я. Мне тут же захотелось научиться, повторить за ним.

— Это и моя стихия, — пояснил он.

Растянул огонек на ладони, как тонкую мерцающую пленку. Искры в ней на моих глазах складывались в слова:

«Выбрали меня, потому что я могу уменьшить ущерб от огня».

— От меня, — прошептала я. Не только охранник. Еще и смирительная рубашка.

Искры заплясали, складываясь в новые слова:

«Не знаю причин».

Я вздохнула. Особо и не надеялась, раз Калеб просто вовремя попался кому-то под руку.

Он пихнул меня локтем в бок и снова придвинул ладонь. Я начала читать, и сердце пропустило удар. Слова не помещались, а потому быстро сменяли друг друга, я едва успевала улавливать смысл.

«Ты не сделала ничего ужасного. Ранила кого-то, но ушел он сам. Осталась только пара капель крови. Я слышал разговор. Комитет не причинит тебе вреда. Ему нужна добрая воля. Он хочет контроль над твоей силой. Ты подписала все сама и поедешь к ним. Это странно. Что в тебе особенного, кроме магии?»

— Да если б я знала! Ничего. Вообще ничего. Маме хватает магии только на небольшие заклинания для зелий, а отец… Ну, он тоже был не из высшего общества, — закончила я. Не могла же и впрямь признаться, что родилась от такого же урода, как те, что недавно вломились в наш дом. Давно обо всем догадалась.

— Тебе надо отнестись к подготовке серьезнее, — посоветовал Калеб, давая мне шанс сменить тему. — Столица — это огромный серпентарий, а в Академии расположился самый жирный клубок змей. С ними всегда нужно быть настороже. Следить за тем, что делаешь и что думаешь.

— Змеи… — вздохнула я. — Расскажи лучше о драконах.

Калеб усмехнулся.

— Надменные, алчные, злые. От былого величия правителей не осталось и следа.

— И ты не боишься говорить этого вслух, — прошептала я.

— Это известно всем. Если повезет, ты увидишь императора на празднике в честь Дня Примирения. А если не повезет — встретишь в Академии его сыночка.

— Принц учится там же? — удивилась я и ворчливо поправилась: — Ну да, где ему еще учиться…

Смущение заполнило с головы до пят. Вот так и рождаются слухи, что в захолустьях все жители — неотесанные и безмозглые. Так и Калеб будет рассказывать друзьям о своей летней «практике». Деревенские дурочки только и думают о драконах.

Искры на его ладони шевельнулись в последний раз.

«Не бойся».

Калеб захлопнул ладонь, и огонь пропал, словно его никогда и не бывало.

Я выскользнула из дома, бесшумно наступая только на носочки, пробралась к калитке, погладила ее рукой в благодарность, что в этом доме она пока не скрипела.

Стемнело, хотя до полуночи время еще оставалось. Официально комендантского часа на границе сейчас не было, но и без него у жителей Эгертайха хватало благоразумия закрываться в домах и не бродить по улицам по ночам.

Кроме как минимум одного человека. Калеб не просто так предпочитал спать в коридоре: там ничего не мешало ему дождаться, пока мы с мамой перестанем слушать, а потом сбежать по своим делам. Только застать его на месте преступления у меня никак не получалось: я так уставала за день, что рано или поздно засыпала, даже сидя, пока прислушивалась к тишине из коридора и отчаянно царапала себе руки, чтобы не позволить глазам закрываться хотя бы от боли.

В этот раз я проснулась как от резкого удара. Подскочила на диване и осталась сидеть, пока пыталась сообразить, где нахожусь. Темная комната принимала уже знакомые очертания, в углу на матрасе, спасенном из старого дома, пошевелилась мама. За приоткрытым окном пару раз гавкнула и замолкла соседская собака. Издалека все еще доносился привычный вечерний шум: не все успели разойтись по домам и встречали ночь в питейных заведениях. Мне почудились шаги за окном, и в первую секунду по телу прошла дрожь. Воспоминания о нападении до сих пор были очень смутными, а вот ощущения — до боли острыми. Что бы со мной ни хотели сделать, оставить отпечаток у них получилось.

Коридор пустовал. Я быстро оделась. Пальцы подрагивали от нетерпения, пока я натягивала мамину темную куртку: шпион из меня не выйдет, но хотя бы прятаться и сливаться с кустами станет легче.

Окно комнаты выходило на левую сторону дома, и я побежала туда. Если я и в самом деле слышала шаги, то мне требовалось поторопиться — Калеб не мог уйти далеко.

Он и не ушел.

Стоило мне завернуть за угол, на ходу застегивая куртку, чтобы холодный ветер не пронизывал грудь так легко, как я врезалась во что-то большое и горячее. Калеб даже руки приветственно расставил, а теперь еще и прижимал меня к себе. Краем глаза я заметила тень, что скользнула за другой край дома.

С кем-то он тут все-таки встречался!

Я с досадой толкнула Калеба в грудь и отстранилась. Он явно не собирался меня пропускать, а я решила не выдавать себя: пусть считает, что ничего не заметила. Впрочем, на недостаток наблюдательности он не жаловался.

— Не волнуйся, это не по твою душу.

— Именно поэтому ты озвучил это первым, — буркнула я. — Ведь других версий и быть не могло.

Я и не знала, что меня расстроило больше. Хотелось раскрыть наконец какой-нибудь заговор, чтобы уравнять счет. До сих пор в худшем положении оказывалась только я.

— Нет, — довольно улыбался он. — Просто у тебя на лице все написано.

«Довольный. Очень довольный и наглый кот», — мысленно оценила я.

— Друзья из казармы на границе, — пояснил он. — Я ведь остался без нормальной практики и должен получать хоть какие-то новости.

Я кивнула, хотя была уверена — мне совсем не удалось сделать вид, что я поверила по-настоящему.

— Нам не обязательно быть врагами, — усмехнулся Калеб и протянул мне руку. — Пойдем. Покажу тебе кое-что.

— Ты покажешь мне? — Я фыркнула, но ухватила его за горячие пальцы. — Ты в курсе, что это мой родной город? Я знаю здесь все гораздо лучше.

В голове педантично всплыл пункт договора, запрещавший говорить о моем рождении. Я мысленно отмахнулась от него, но была вынуждена признать, что рисковать домом совершенно не стоило.

Калеб пожал плечами и потянул меня вперед по тропинке между заборами.

— Когда ты последний раз смотрела на звезды?

— Каждую ночь вижу, — растерянно отозвалась я, кутаясь в куртку, которую так и не успела до конца застегнуть.

— А по-настоящему?

— О чем ты?

Забор остался позади, по влажной траве мы отходили все дальше от города и его огней. Насквозь промокшие ноги замерзли. Мы направлялись в сторону реки и границы. Впереди мерцало, будто всполохи огня озаряли землю, чтобы тут же исчезнуть, раствориться в темноте.