Чтение онлайн

Миранда перетаптывалась с ноги на ногу, Шейн машинально отодвигал от нас всех, кто оказывался непозволительно близко.

Я слушала голос ректора и почти не разбирала слов, но они все равно отпечатывались в сознании благодаря магическому усилению. Как же я сейчас ненавидела магию и все, что с ней связано.

— Адепты пятого курса всех факультетов завтра получат дипломы досрочно. Послезавтра — распределение и присяга.

Я вздрогнула, но Адриан даже не пошевелился. У меня шумело в голове, а сердце стучало в ушах. Пальцами я впивалась в его руки, обнимавшие меня за живот.

Мой. Не отдам. Не отпущу.

Я могла сколько угодно убеждать себя, что распределение не коснется ни Адриана, ни Шейна. Точно не в первую очередь. Да кто вообще посмеет? Император посмел бы, но нас с Адрианом ждет свадьба. Проклятая свадьба. А потом… Потом он уедет сам. Улетит. Я прекрасно понимала это. Его долг — быть там, со своими людьми.

И моей силой.

А я сделаю это. Я отдам ему все что угодно, только бы он вернулся живым. Пусть я не стану его истинной, не стану императрицей, не займу чужого места. Если Адриан встретит свою настоящую пару, я подвинусь. Я отпущу. Пусть только вернется.

На Миранде не было лица. Когда она оказывалась в таком состоянии, половина ее артефактов переставала работать. Кожа посерела, а огромные глаза светились кроваво-красным. Теперь она отпугивала от нас всех даже быстрее, чем Шейн.

— Адепты четвертого курса всех факультетов завтра получат дипломы досрочно. Послезавтра — присяга и перевод в распоряжение императорской гвардии для охраны столицы и, при необходимости, дворца.

Вокруг раздавались вздохи облегчения. Никто всерьез не верил, что демоны явятся в столицу. Распределение казалось подарком судьбы. Увы, ни у кого не было шанса и права сказать им, как они ошибались.

— Адепты первого, второго и третьего курса всех факультетов вольны остаться в Академии или отправиться к семьям, но должны быть готовы к призыву, присяге и распределению. Для тех, кто останется, с этого момента все пары только по боевой и защитной практической магии.

Мы с Мирандой переглянулись, а потом, не сговариваясь, посмотрели на Адриана. Мне пришлось задрать вверх голову, но я успела заметить, как он поморщился, уже догадываясь, каков наш безмолвный вопрос. Уйти из Академии мы могли только во дворец, а знакомиться с императором меня совсем не тянуло. Скоро мне и так это предстояло — до свадьбы оставались считаные дни. И могла бы поспорить на что угодно — Миранда тоже не рвалась возвращаться к отцу.

— Не стоит обсуждать это здесь, — сказал Шейн. Подействовало отрезвляюще.

До драконьего крыла мы дотерпеть не могли, поэтому закрылись в «моей» защищенной аудитории. Сегодня сюда все равно никто уже не заявится, да и вообще никуда, кроме своих комнат.

— Ты же говорил, что Академия охраняется, как сам дворец. А сейчас даже и лучше! — развернулась я к Адриану.

Шейн остался у двери. Миранда уселась на ближайший стол — похоже, не у меня одной была такая привычка.

— Охранялась, — поправил меня Адриан. — Солдат отсюда заберут, как и большую часть преподавателей. Они сейчас нужнее не здесь.

Я мысленно взвыла. Меня начинало ощутимо потряхивать, а в груди снова поднималось что-то чужеродное. Шевелилась магия. Тянулась к моему сознанию.

— Причина нападения скоро станет известна всем, такие вещи сложно утаить. И тогда только ленивый не захочет поймать тебя и сдать демонам, лишь бы купить себе жизнь, — пояснил Шейн как очевидное. — Во дворце сейчас самое безопасное место.

«Не хочу! — кричало что-то у меня внутри, сводя с ума. — Не хочу!»

Нерациональная мысль, ведь они были правы, абсолютно правы. Но моя магия сопротивлялась. Рвалась управлять мной, чтобы высказать свое несогласие. Безумие. Магическое безумие.

Я вдруг поняла, что стою с закрытыми глазами. А моих губ касаются другие — мягкие, теплые, чуть сухие. В нос ударил одуряющих запах собственной стихии и… собственного дракона. Мои руки взметнулись вверх, и через мгновение я уже впивалась пальцами в плечи Адриана, старалась почувствовать, старалась удержать. Ко мне словно возвращалось управление собственным телом, магия недовольно растекалась по телу, расплетался узел в груди.

Мой. Не отдам. Не отпущу!

В итоге мы задержались в Академии еще на два дня. Сначала — потому что парням нужно было получить дипломы. Потом — потому что мы с Мирандой отчаянно тянули со сборами. Впрочем, у нее получалось гораздо лучше, ведь мне и брать-то было нечего, сюда я приехала с совсем небольшим багажом. Наверное, здесь в самом деле стало не так безопасно и мы совершали глупость. Но не могли не продолжать.

Мы почти не покидали драконьего крыла, здесь же оставалась и большая часть охраны, оставленной для нас Дайсом. Никто больше не разгонял нас по комнатам, не запрещал выходить по ночам. Впрочем, последнее никому и в голову не приходило.

Уже на следующий день после собрания Академия начала стремительно пустеть. Адриан не пошел на вручение диплома — ректор просто принес его и отдал, с гордостью пожав руку. Не было никакого резона подставляться, выбираясь в толпу, даже в стенах Академии. Мне и вовсе идти было некуда: все пары в расписании заменили на практические занятия, а потом и заняли аудитории. Ни учиться с другими адептами, ни демонстрировать себя и свою магию посторонним мне не разрешали. Впрочем, теперь я даже не возмущалась.

Шейн вернулся из боевого крыла задумчивым и каким-то подавленным. Я так привыкла к его безразличию, иногда нарушавшемуся гадкими шуточками, что такой вид обеспокоил меня сильнее прочего.

— Моя присяга лично тебе, — бросил Шейн заметно насторожившемуся Адриану. — Понадобятся два свидетеля и магический договор.

— Не нужно.

— Отказываешь? — приподнял левую бровь Шейн. — Из Академии в негодные отбросы — стремительная карьера, нечего сказать.

Разговор явно не предназначался для моих ушей, и я постаралась сильнее вжаться в мягкое кресло, чтобы перестать быть заметной, а сама мысленно жалела, что не ушла с Мирандой собирать ее вещи.

— Я обещал, что не привяжу тебя так. Договор лишает воли.

— Он лишает возможности не защищать. Довольно полезная штука в наше время, не находишь?

— Я верю и первой клятве, ее достаточно, — поморщился Адриан.

— А я — нет.

— Значит, придется смириться с тем, что ты не умрешь за меня. Сможешь вернуться и защитить то, что мне было дорого. Вернуть себе родовое имя и семью.

— Дурак, — отозвался Шейн. — И что мне с ними делать после стольких лет?

— Жить.