Чтение онлайн

— Рория Калло, учится с нами на историческом.

Рория улыбнулась и повертела в пальцах металлическое перо стилизованное под павлинье.

— Ориука Олейно, будущий артефактор, — радостно сообщила я.

— Ашштахх Ашш, — Саломея кивнула эпатажному демону, безумно красивому, черноволосому и красноглазому.

Он улыбнулся уголком рта и пронзил меня горячим южным взглядом. Не будь я влюблена в учителя, точно бы упала на месте.

— И… Мэт, — коротко представила она господина, обряженного во что-то серое. — Он призрак.

Я похлопала глазами. А, тогда понятно, почему такое незапоминающееся лицо и вообще… Все в нем постоянно менялось. Вот сейчас он блондин, а через секунду седовласый.

— Он дополнительно маскируется иллюзией, — пояснила Рория.

Я сразу же заподозрила, что призрак этот не простой и явно очень полезный в поисках древнего склепа.

Саломея наклонилась вперед и зашептала:

— Пока все покрыто снегом, но как наступит весна, начнем поиски. Встречаемся завтра на нашем месте.

Мне в руку незаметно сунули мятый клочок бумажки. Я бегло глянула в него — там было указано место встречи в Синей Сойке — таверна «У хомяка». Ну да, завтра же выходные.

Клочок вспыхнул голубым светом и рассыпался пеплом. Эффектно.

— Я бы не стала посвящать тебя в наши тайны, Ориука, — доверительно сказала мне Саломея, — но… раз ты задала Киру вопрос о Проклятом властителе, я подумала, что это не просто так. А когда ты сегодня попросила и книги на эту тему, я окончательно утвердилась в своих догадках. Прости, но Мэт услышал, что за учебники вы с той рыжей девушкой брали.

Я замерла и промолчала. Рассказывать о видениях Неверного моста ведь нельзя. Но пусть догадываются — мне это пока на руку.

Саломея с заговорщиками принялись обсуждать другую тему, связанную с какими-то бытовыми проблемами на историческом факультете.

— А кто такой этот Проклятый? — все же не утерпела я и, когда в разговоре возникла пауза, снова вернулась к волнующей теме.

— Завтра обо всем поговорим в более спокойной обстановке, — таинственно ответила Саломея.

Библиотека находилась в самом центре замка и, чтобы вернуться к аудиториям, надо было пройти широкий коридор. Я уже привыкла к стонам и всхлипываниям по углам и даже мелких фиолетовых тварей не боялась. Просто отпихивала их носком ботинка.

Но быстрые шаги за спиной и пыхтенье меня вспугнули и я стремительно развернулась, активируя боевой амулет. Огненная искра вылетела из массивного кольца, подаренного Асоном, а Кир Валентайн еле успел отпрыгнуть. Искра врезалась в бюст какого-то древнего ученого дракона и погасла.

— Я применила минимальную мощность, — заявила я ошарашенному Валентайну.

Мамочки, а ведь могла пальнуть во всю мощь и что бы тогда осталось от доверенного лица императрицы? Представить страшно.

— Вы с Саломеей меня убить решили? — воскликнул Кир возмущенно.

— А нечего было подкрадываться. Нам с тобой не о чем говорить. И вряд ли Саломея мечтает тебя убить, скорее, наоборот — так и жаждет залюбить.

— Ага, залюбить до смерти, — недовольно буркнул Кир и пошел рядом. — Эта чокнутая затащила меня в кусты на прошлой неделе, накинулась и покусала, — он потер подбородок, на котором и правда виднелся слабый след от укуса. — А потом говорят, что я демонов ловелас и пересоблазнял полакадемии.

— Ну Саломея и зубастая, — поразилась я.

— Так она драконица. Саша, давай наладим отношения. Саломея не посмеет пойти против истинности.

Кир вдруг забежал вперед и перегородил мне путь.

— Уберись с дороги, Кир Валентайн, — строго ответила я. — А Саломея именно та женщина, которую ты заслужил. За все те страдания, которые принес мне.

— Она меня контролирует. Отваживает от меня женщин, Искорка. Я уже две недели ни с кем не спал.

— Иди, поспи с Саломеей, — безмятежно сказала я, пытаясь обогнуть это недоразумение. И я когда-то его боялась?!

Кир тяжело вздохнул, и признался:

— Я не должен был идти против Предначертания. Ты была права, Саша. Вот получил. Покусился на чужую пару, и получил.

Мне на секунду стало его жалко, но только на секунду. Затем я вспомнила свои скитания в Ольсе, одинокую жизнь, теперешнее болезненное и неопределенное положение.

— Прими свою судьбу, Кир, — проговорила я и развела руками. — Уверена, у вас с Саломеей будут загляденье, какие дети.

— Энцо уже… сделал тебя своей, Саша? — хмуро спросил он.

Мне очень хотелось кинуть ему в лицо, что да, сделал своей и теперь я настоящая пара учителя… но я сдержалась. Наше с Асоном будущее было слишком зыбким, чтобы разбрасываться такими словами.

В идеале я надеялась утащить учителя в свой мир, но… этот упрямый дракон ведь не согласится! Видимо, Кир уловил тень сомнения на моем лице, потому что сразу взбодрился.

— Он слишком долго был отшельником, он не знает, что такое любовь, Искорка.

— А ты знаешь?

— Я знаю. Энцо же старый сухарь. Он продержит тебя возле себя вечность. Промучает, не даст жить.

Кир говорил, а я все больше мрачнела. Не заметила, как этот гад подобрался совсем близко и обвил своими загребущими руками талию.

— Я буду ждать тебя, Искорка. Ни Энцо, ни Саломея не разлучат нас. Может быть, я не смогу дать тебе полного счастья истинности, но подарю огромную любовь, — последние слова он жарко шепнул мне на ухо, но я, поморщившись, оттолкнула его.

После Асона прикосновения чужого мужчины были неприятны. Прекрасное открытие, чего уж там. А Кир прав — я привязана к наставнику намертво.

Я снова толкнула его в грудь, уже сильнее, и Кир не стал настаивать, отошел.

— Помни, я всегда тебя защищу, Саша. — он поднял ладонь и показал мне небольшую татуировку на запястье. — Это печать Весенней императрицы. Она означает, что я представитель закона в академии. Мне дана определенная власть и я могу карать и арестовывать ее именем.

— Потому тебя пытались оклеветать? — спросила я.

Он кивнул. Лицо его сделалось неожиданно серьезным и от образа придурковатого преподавателя истории не осталось и следа.

— Я буду ждать, Искорка.

— Все-таки приглядись к Саломее, Кир, — посоветовала я.

Ужасные воспоминания о его преследованиях не позволяли мне пожалеть этого дракона по-настоящему. А теперь я еще и ясно видела, что он многолик и себе на уме. Ну и преданно служит своей императрице.

Поэтому я обошла его замершую фигуру и пошла себе дальше. Наверняка народ уже собирается в мастерской, а завтра долгожданный выходной. И встреча с «заговорщиками» в таверне.