Адептки академии Сумрака
Шрифт:
— Жители Синей Сойки неисправимы, — вздохнула я.
***
Вернувшись, я первым делом кинулась в комнату сына. Он уже спал, и во сне выглядел довольным и умиротворенным. Мелькнула предательская мысль, будет ли он так же счастлив в моем, обычном мире? Может быть, я не права? И сыну тернистый и опасный путь мага только в радость? Но ему ведь всего лишь шесть. Разве в таком возрасте выбирают?
И в этот момент я поняла, что ради сына готова остаться в Чабире. Если это будет очень-очень необходимо. Если Алеша сам не оставит мне другого пути.
Но я продолжу борьбу, и в итоге поверну всё так, как необходимо для счастья Алешки.
Когда я прошла в гостиную, Венир Ассул стоял рядом с камином, привалившись к стене и откинув назад голову. Под его прищуренным взглядом почему-то стало жарко.
Черт! Ну красивый же парень, настоящая супер-модель, только с магическим прибабахом.
— Тебе понравилось платье? — протянул он.
— Спасибо. Оказывается, другие девушки работают, чтобы оплатить портниху. Если бы я вообще вспомнила о нарядах, то…
— Иди сюда, — перебил он меня и протянул руку. — Я покажу тебе несколько движений бального танца.
Я замялась, но все же подошла. Просто потому что захотелось. Потому что было лень искать этих церемониймейстеров, а тут предлагают помощь…
В комнате царил полумрак, перебиваемый лишь мягким светом свечей и рыжим пламенем камина. Пляска теней на стенах напомнила другой подобный вечер в снежном лесу. Странно, но в те дни Ассул казался намного ближе, чем сейчас. Но вот его ладони легли мне на талию, и я вспомнила силу его рук… Вспомнила, насколько нежными и смелыми могут быть эти руки.
— Не надо… — начала я, вдруг засомневавшись, но он уже повел меня в танце.
Музыка не играла, тем не менее мы двигались в одном общем ритме, не сбиваясь с шага. Сердца наши бились в унисон и их стук отзывался в ушах тревожной дробью.
Что ты творишь, Венир? Я же не железная.
Он неожиданно остановился и посмотрел в глаза.
— Благодарю за сына, Солар. Я не ожидал, что он настолько сильный маг. Вряд ли островитянка, даже самая знатная, подарила бы мне такого наследника. Он — чудо.
Я в досаде оттолкнула его и отвернулась. Все у него сводится к выгоде и снобизму. То не был готов к детям, а теперь вдруг сын у него чудесный.
Ассул оказался у меня за спиной и обхватил за плечи, прижал к себе с силой. Наклонился и жарко зашептал на ухо:
— Ты ничего не знаешь, Солар. Я многое рассказывал тебе, но ты не желаешь слушать. У меня много врагов, и теперь, когда появился ребенок, я стал более уязвим.
Я дернулась, но только сильнее вжалась в его тело. Возбужденное и горячее тело, от которого перед глазами темнело и сердце билось как бешеное.
— В своих мечтах ты не видишь меня подле себя, Венир, — проговорила я, тяжело дыша. — Не считаешь достойной. А я не представляю жизни рядом с тобой. Ты — чужой. Я тебя не понимаю.
— Не надо меня понимать, Солар. Я очень прост. И на жизнь смотрю просто. Есть традиции, политика, здоровые амбиции. Все это влияет на выбор жены. Но раз получилось так, как получилась, давай не осложнять друг другу жизнь. Я не собираюсь разлучать тебя с сыном.
Он развернул меня лицом к себе.
— Какое будущее ты планируешь для нас? — мои губы изогнулись в едкой усмешке.
— У меня у самого нет будущего. Пока еще нет никакого будущего, Солар. Вся наша жизнь висит на волоске. Хорошо, что я сторговался с Весенней императрицей и у нас сегодня есть убежище.
Его слова удивили меня, и ледяной на всю голову генерал воспользовался моментом.
Я помнила его губы. Их пьянящий вкус и твердость. Помнила его сильное тело, рельеф мышц и гладкость пылающей кожи. Память проснулась и словно вернула меня на семь лет назад.
Под его напором ушли тревоги — на время, всего лишь до утра, скорее всего — но я снова вздохнула полной грудью. Мир окрасился яркими цветами и подняла голову прежняя, сильная и самоуверенная Светлана.
Я позволила ему подхватить себя на руки и понести в спальню. Позволила сорвать форменное платье, и при этом сама буквально содрала с него рубашку и приникла губами к широкой шее, жадно спустилась к груди и ниже. Наутро у него будут засосы, но меня приличия мало волновали в тот момент.
Когда тяжелое тело мужа придавило меня к кровати, в голове оставалось мало мыслей. Только на дне сознания трепыхалось что-то, но так и не оформилось во внятную идею — меня накрыло крышесносящей кипящей волной.
— Венир, на этот раз ты же нормально предохранялся?! — как ни странно, но это были мои первые слова на рассвете, когда я проснулась прижатая к перине его коленом. В легкой панике, да.
— Ага, по старинке, — пробормотал он сонно, а я высвободилась, сорвалась с кровати и, накинув его халат, засеменила в свою комнату.
Следовало обдумать его слова. Из-за сына мы действительно оказались в одной связке. Его враги автоматически сделались и нашими врагами. Блин! Что за засада. Без него удалось бы избежать множества проблем, но инициация… Куда ни кинься, везде тупик.
И я же форму забыла в его спальне! Хлопнув себя по лбу, помчалась обратно. Окинула взглядом нагое тело на кровати, бесстыдно спавшее на животе, и побежала снова к себе. Пуговицы все оторвал, дурак. Придется пришивать.
Я торопилась, неловко орудовала иголкой и предсказуемо ткнула себя в палец. Ойкнула и ошарашенно уставилась на темный дымок, поднимающийся из ранки. Это что? Темная магия?
48.
Пришив кое-как пуговицы, я снова вернулась в спальню Ассула. В постели его уже не было — но в ванной комнате плескалась вода. Заходить я не рискнула. Слишком большой соблазн. Поэтому просто подошла к двери и покричала:
— Венир! Я поранилась, а у меня из ранки темная магия поперла!
Он поспешно выбежал, обмотанный простыней вокруг узких бедер, и схватил меня за руки. Надавил на место укола и темный дымок опять окутал пальцы.
Ассул хрипло рассмеялся.
— Ну, ты же у нас хищная тварь, высасываешь магию…
Увидев панику на моем лице, этот дурак замолчал и попытался скорчить лицо посерьезнее. Безуспешно, конечно, но человек старался.
— Благодаря особенностям своего основного дара, ты приняла от меня часть темной магии, Солар. И еще больше усилилась. Не чувствуешь прилива сил, выносливости, уверенности в себе?