Чтение онлайн

Однажды случилось так, что Ли, решив в очередной раз совершить путешествие в заоблачную страну, оставил свою материальную оболочку под надзором одного из учеников, строго-настрого наказав тому кремировать его останки, если сам он не вернется через семь дней, ни днем раньше, ни днем позже [274] , что в итоге явилось причиной рокового осложнения. Неожиданно ученика, шесть дней неотступно охранявшего тело Ли, вызвали к постели умирающей матери. Ученик как только мог тщательно осмотрел тело учителя и, решив, что Ли и в самом деле мертв, велел сжечь его тело на день раньше указанного срока. Когда же на седьмой день Ли возвратился с восхитительных Холмов Долголетия, его ожидало, мягко говоря, неприятное открытие, а именно, что его физического носителя более, так сказать, не имеется в наличии.

Решив, что для него еще не пробил час навсегда отбыть в сферы бессмертия. Ли поискал поблизости какое-нибудь другое тело, в котором он смог бы поселиться. Единственное, показавшееся ему подходящим, принадлежало недавно умершему хромому нищему. Понимая, в каком критическом положении он находится, Ли приказал своему астральному двойнику войти через виски в труп нищего и, обосновавшись в этой оказавшейся под рукой, хотя, по правде говоря, и неподходящей для него форме, с величайшим вниманием обследовал свою новую среду обитания.

Тело нищего явно оставляло желать много лучшего. Грубо вылепленная, уродливой, продолговатой формы голова, смуглое свирепого вида лицо в обрамлении производящих жуткое впечатление всклокоченных волос и бороды. Однако более всего, с практической точки зрения, его, видимо, обеспокоило открытие, что нищий этот был калекой, одна нога которого ему почти не повиновалась.

Оценив по достоинству окружавшую его обстановку, Ли испытал сильнейшее искушение вырваться из этой омерзительной оболочки, однако Лао-цзы, к которому он обратился за советом, убедил его остаться и совершенствовать свое отношение до полного безразличия. В конце концов, одно тело столь же скверно, как и любое другое.

В качестве компенсации Лао-цзы подарил Ли головную повязку из золота, дабы помочь тому хоть как-то справиться с непокорными волосами, и железный костыль, чтобы он смог, опираясь на него, ковылять, если того потребуют обстоятельства. Рассказывают, что Ли, смирившись-таки со своим новым телом, первым делом отправился в дом своего нерадивого ученика и вернул к жизни его мать с помощью драгоценных лекарств, содержащихся в бутылке из тыквы, которую всегда носил с собой.

Символами Ли стали его железный костыль и тыквенная бутыль. Его, сотворившего множество чудес, следовало бы причислить к адептам-алхи-микам. Он готовил удивительные снадобья, помогавшие от всех болезней и бережно хранимые все в той же бутылке из тыквы. Ночью, когда заканчивался день, переполненный заботами обо всех нуждающихся в его помощи, он вешал бутыль на стену своего дома, входил внутрь и спокойно спал до следующего утра. Друзей и сторонников он выбирал себе из людей бедных и лишенных каких бы то ни было привилегий и заслужил всеобщее уважение безграничной щедростью и добротой. Говорят, что он с благотворительной целью много раз путешествовал в материальный мир. Однако со временем бремя общения с родом человеческим стало для него слишком тягостным, и тогда Ли ступил на плавающий по воде огромный лист, который унес его в страну бессмертных.

Рассказывают также, что он исчез, подхваченный смерчем, перенесшим его в потусторонний мир. В области изобразительных искусств его, помимо обычных атрибутов в виде железного костыля и бутылки, изображают стоящим на крабе или в сопровождении оленя. Из горлышка бутылки, что всегда была с ним, выходит спиральное облачко пара, означающее, что дух его свободен от тела. С течением времени Ли из-за крайне необычного рода занятий стали считать покровителем астрологов и чародеев.

Жизненный путь Чжун-ли Чжуаня (Chung-li Ch’uan) окутан множеством легенд. Период его жизни, предположительно, относят ко времени правления династии Хань (206 до н. э. — 220 н. э.) и поэтому его называют Хань Чжун-ли. Согласно другому источнику, хотя и не получившему всеобщего признания как достоверный, он жил в эпоху династии Чжоу, то есть в гораздо более ранний период. Как утверждают его биографы, Чжун-ли родился в Шэньси и стал весьма влиятельным лицом, достигнув ранга маршала империи. Его необычным образом сложившаяся карьера и замечательные достижения принесли ему славу Царя-Императора Истинного Действующего Принципа. Другие авторы, более склонные к сомнению и высказыванию пренебрежительной оценки событий, считают его всего лишь вице-маршалом и рассказывают, что в действительности он, потерпев поражение в одном из сражений, бежал и скрылся в некоем удаленном месте, где и началась его философская карьера. Там, ведя жизнь изгнанника, он познакомился с пятью таинственными героями (мудрецами), называемыми «Цветами Востока», и именно они рассказали ему об эзотерической доктрине бессмертия.

В другой легенде об этом странном человеке рассказывается, что на самом деле он был даосским жрецом, который, достигнув совершенства в знании алхимии, овладел искусством превращения неблагородных металлов в серебро. Накопленное благодаря своему мастерству богатство он в голодные годы раздал беднякам, став спасителем не одной тысячи жизней и заслужив себе этим вечную славу.

Но так или иначе, все легенды сходятся на том, что Чжун-ли все свое время посвящал глубоким исследованиям, настойчиво пытаясь проникнуть в тайны Дао, а имя его всегда было тесно связано с обрядами и дисциплинами духовных наук. Подобно всем удалившимся в горы мудрецам, местом своего обитания он избрал уединенную гористую местность, поселившись в небольшом каменном доме. И вот однажды, когда он сидел, погруженный в глубокое раздумье, стена дома вдруг треснула и разошлась, обнажив сокрытый в каменной кладке тайник, где стоял нефритовый ларец. В ларце лежали свитки, на которых было записано все, что необходимо для удачливого смертного, пожелавшего стать бессмертным.

Чжун-ли настолько успешно следовал наставлениям чудесным образом раскрытого ему учения, что его маленькое жилище постоянно было наполнено разноцветными огнями и светящимися облаками и звучала сладостная божественная музыка. В должное время ему в образе аиста явилась птица-дух и, усадив мудреца себе на спину, унесла его в царство бессмертия.

Чжун-ли обычно изображают как важного вида ученого со счастливым лицом и длинной бородой. В руках он держит веер, украшенный кисточкой из конского волоса, которым он якобы может воскрешать мертвых. Иногда он предстает держащим персик бессмертия — символ, соответствующий его алхимическим достижениям. Но даже будучи принятым в общество небожителей, Чжун-ли счел для себя необходимым время от времени появляться на земле в разных обличьях, что сопровождалось чудесными проявлениями его силы. Его статус вполне допускал подобные визиты, поскольку он был посланцем невидимых существ, обитавших в волшебном саду мудрых. Необычайные успехи в превращении неблагородных металлов принесли ему славу как покровителя алхимиков и химиков.

К интеллигенции, отказавшейся от славы и почестей этого мира ради поисков тайной мудрости, принадлежал и Люй Дунбинь, выходец из добропорядочной семьи и ученый, успешно сдавший государственные экзамены на высшую должность. В отношении Люя его биографы оказываются несравнимо великодушнее и высказываются с большей искренностью.

Сообщается, что он родился в Цзянси в 798 г. н. э. Его знаменитый дед был главой Министерства церемоний, а достопочтенный отец — префектом Хай Чжоу. Характер Люя определяется курьезным рифмованным двустишием, сложенным из, возможно, и связанных между собой деталей, в котором говорится, что он был ростом в пять футов два дюйма [275] и в возрасте двадцати лет все еще не женился. Возможно, что под влиянием этих обстоятельств он и принял решение стать путешественником.

Незадолго до своего двадцатилетия Люй отправился в поездку по провинции Цзянси, где повстречался с огненным драконом, от которого получил волшебный меч. Пользуясь этим мечом, он совершил множество удивительных подвигов и даже смог скрыться на небесах, когда тяготы земной жизни стали для него невыносимы.

В этой легенде, видимо, косвенно выражен тот факт, что Люй или проходил обучение у некоего Адепта-учителя, личность которого скрыта под образом дракона, или был посвящен в тайное мистическое общество, использовавшее дракона в качестве символа. Люй, как и все люди подобных взглядов, стал отшельником, избрав местом своего жилья склон Пика Аиста в горах Лу.

В период ученичества мудрец удостоился чести встретиться с одним из бессмертных, Чжун-ли, раскрывшим ему тайны алхимии и научил готовить эликсир долголетия. После непосредственного общения с бессмертными мудрецами Люй объявил о своем решении посвятить жизнь обучению людей и служению подлинной доктрине. Чтобы проверить его достоинство, Люя подвергли десяти искушениям, в чем, вероятно, содержится намек на процесс посвящения. Успешно пройдя трудные испытания, он приобрел сверхъестественные способности и стал обладателем имеющего волшебную силу оружия.