Чтение онлайн

Незамедлительно позвонил Умнику и проинформировал его относительно ситуации с Маргариткой. Умник находился неподалеку, подключал ноутбук в офисе стрип-клуба «Фанни»; сказал, что зайдет в магазин, как только освободится.

Должен признать, Умник творит с техникой настоящие чудеса. За полчаса он забронировал билет на самолет до Неаполя, паром до Капри и номер в отеле «Сплендид».

– В жизни ничего такого не делал, – заметил он.

Предложил ему сбегать через дорогу в магазин «Некст» и с помощью продавца экипироваться в соответствии с апрельской погодой на Капри.

Умник так и поступил: он как Трильби, подчиняющийся Свенгали, то есть мне. [66] Без меня он бы пропал!

Рассказал маме про недомогания Маргаритки, она расхохоталась:

– Когда я была беременна тобой, то вкалывала по восемь часов в день на кондитерской фабрике, по выходным ковырялась в нашем садике, стирала белье безо всякой стиральной машины, а после работы еще стригла на дому и по пятницам бегала на танцы. В день выкуривала по тридцать сигарет, а каждый вечер перед сном пила бренди с имбирным пивом.

Задним числом я понимаю, что, вероятно, не стоило приглашать Бернарда Хопкинса на заседание читательского клуба, где мы собирались обсудить «Уильяма-разбойника» Ричмал Кромптон. Он был заметно пьян и временами агрессивен, хотя мистер Карлтон-Хейес ни разу его не одернул.

Обсуждение начала Лорейн:

– Я чуть не лопнула от смеха, читая эту книжку. Этот Уильям, скажу я вам, просто чиканутый какой-то.

Продолжил обсуждение Даррен:

– Когда я сообразил, что это не про ковбоев, мне сразу стало интересно. Я сам когда-то был шпаной, и однажды мы с корешами вломились в дом к одной старушке, ну чтобы забрать наши мячи, которые она собирала почти год. В результате вся наша компания оказалась в суде. Мне дали условно, а наш заводила Дуги Уиллис загремел за решетку.

– Да уж, удивительно, сколь снисходительно относились власти к шалостям Уильяма – поджогам, грабежам и мошенничеству, – усмехнулся мистер Карлтон-Хейес.

– Я вот что хочу знать, – вмешался Мохаммед, – почему эта писательница, миссис Кромптон, сделала Уильяма таким негодяем, а? Мальчик вырос в уважаемой семье из среднего класса, у него добропорядочные родители, в доме у них были и слуга, и садовник, и все другие роскошества среднего класса. Так почему Уильям подался в антиобщественные элементы, а? Миссис Кромптон нам этого не объясняет.

– По-моему, виноват мистер Браун! – объявила Лорейн. – Вечно такой надутый, с портфелем и в шляпе. Да он мальчишке житья не давал. Вот Уильям и сорвался.

– Прошу прощения, мистер Карлтон-Хейес, – капризным тоном вставила Мелани, – но я не понимаю, почему вы предложили нам прочесть детскую книжку. И еще, мы постоянно читаем какие-то старомодные книги. Не поймите меня превратно, я люблю классику. Просто обожаю тот сериал по Джейн Остин, но все же когда мы будем читать что-нибудь современное?

Мистер Карлтон-Хейес порозовел. Мелани ненароком задела больное место самый свежий роман, который он прочел, – это «Супружеские пары», изданный в 1968 году, а Бернард Хопкинс и вовсе твердит, что после Набокова никто ничего достойного не написал. Поэтому предлагать современный роман выпало мне. И я выбрал «Белые зубы» Зейди Смит.

Когда мы уходили, спросил Бернарда Хопкинса, как ему понравилось заседание клуба.

– Это не моя пьянка, красавчик. Даже на детском чемпионате по плаванию мне приходилось сильнее напрягать мозги.

Вернувшись домой, я обнаружил электронное письмо от Умника:

Позвонил в международную справочную. Сначала меня соединили с отелем «Сплендид» в Гримсби, затем с отелем «Сплендид» в Барселоне и только потом наконец с отелем «Сплендид» на Капри.

Я попросил мистера Хендерсона. Итальянец на другом конце провода ответил на безупречном английском:

– Мистера Хендерсона нет в отеле, сэр. Он на экскурсии к Голубому гроту, сэр.

Джордж Буш объявил об «окончании крупномасштабных боевых действий в Ираке», так что война официально закончилась.

Вечером позвонил Гленн. Я спросил, когда он возвращается.

– Не раньше чем через полгода, – ответил мальчик. – Я здесь несу службу по поддержанию мира, папа.

Спросил, как там обстановка.

– Не очень, – вздохнул он.

Тогда я спросил, нуждается ли он в чем-нибудь.

Гленн задумался:

– Бронежилет бы не помешал. У нас с Робби один на двоих.

Это что, шутка такая, удивился я.

– Нет, – сказал мой сын и добавил: – Надо идти. Попробую позвонить позже, папа.

С утра пораньше позвонил в отель «Сплендид» и попросил соединить с номером двух английских дам, Маргаритки и Нетты Крокус.

– В отеле проживает много английских дам, – сказал итальянец. – Как они выглядят?

– Обе ужасно одеваются.

Портье возразил:

– Все английские дамы ужасно одеваются, синьор.

Тогда я описал Маргаритку: жидкие волосы, очки, и ее мать: крупная, белобрысая, с розовой кожей – словом, свиноподобная версия Муссолини.

– О, я знаю, кого вы имеете в виду, синьор! – вскричал портье. – Они завтракают на террасе.

Пока Маргаритка шла к телефону, я слушал крики чаек, смех и звон дорогого фарфора. Наконец портье объявил:

– Она здесь, синьор.

В трубке зажурчал слабый голосок Маргаритки. Полюбопытствовал, как такое возможно: сил улететь в Англию нет, а тащиться на Везувий – есть.

– Я заставила себя пойти на Везувий, – томно пояснила Маргаритка, – потому что вулканические испарения благотворно сказываются на здоровье. Мама считает, что ребенок истощает мои запасы минеральных веществ.

Сказал, что в отеле находится Умник Хендерсон, который привез деньги для оплаты дальнейшего отдыха.

– Брюс здесь? – удивилась Маргаритка.

А затем я услыхал визгливый смех Умника и вопль Маргаритки:

– Брюс, глазам своим не верю, ты здесь!

После чего раздались короткие гудки.