Чтение онлайн

– Не сравнивай меня с этими низшими созданиями, невоспитанная девчонка! – огорошила меня бандерша и обожгла взглядом, в котором я увидела нечто такое, что заставило внутренности завязаться узлом. Я хотела выдвинуть еще несколько предположений, но Мари резко остановилась у двери с золотыми разводами и схватилась за ручку. – Вам лучше не заставлять Селье ждать, он гораздо больше значим в вашей судьбе, чем вы думаете…

И тут я все же набрала в легкие воздух, чтобы потребовать от нахальной бандерши объяснений, но она распахнула двери, и мое сердце упало в пятки, а потом покатилось по коридору к лестнице и поскакало вниз.

В комнате с темно-вишневыми стенами и длинным столом над камином висел групповой портрет четырех мужчин на фоне ночного леса. Кайлан стоял ко мне спиной, но по напряженным мышцам и сжатым кулакам было несложно догадаться о его волнении. Не отрываясь, он смотрел на полотно, а я боролась с приступом паники и тошнотой, одолевшими меня от одного взгляда на портрет.

Если бы Мари силой не впихнула меня в комнату, я бы так и не осмелилась войти, превратившись в памятник прямо на пороге.

Двое мужчин были до боли знакомыми. С портрета на меня взирал Кайлан в его любимой манере хитро хмурить лоб, а чуть в стороне стоял такой же высокий и привлекательный мужчина, но с вьющимися темными волосами, спускавшимися до широких плеч, и задиристо ухмылялся. Рядом с незнакомцем, положив руку ему на плечо, возвышался его брат-близнец с такими же кудрями и ярко-зелеными глазами, в которых горел алчный огонь. А по другой бок от Селье, развернувшись вполоборота и скрестив руки на мощной груди, стоял тот, чей взор, наполненный леденящей пустотой, пригвоздил меня к месту.

Взор красивых сизых глаз.

– Вам ведь знакома история Абракса, Адель? Наверняка вы слышали о Всадниках Ада…

Волна ужаса подчинила тело. Тени хлестанули из меня во все стороны, желая защитить от того, кому я совсем недавно была готова отдать тело и душу.

Какая же я дура!

Я с трудом сглотнула. Резкий грохот закрывшейся двери испугал до полусмерти, и одно из щупалец мрака сбило вазу в углу. Осколки разлетелись по полу, украсив бордовый ковер ониксовой россыпью. Сначала я подумала, что тени хотели вступить в бой с портретом, но оказалось, мой собственный мрак тянулся к нему, как мотылек к огню.

Взмах руки – и полосы теней, не достигнув полотна, исчезли, больше не затмевая свет в комнате.

Селье развернулся. Все в его облике кричало о спокойствии и непоколебимой надменности, но я-то знала, что сейчас такая же тьма бушевала и под его кожей.

– Спасибо, – тихо поблагодарил он, но, заметив мое недоумение, добавил: – Что не разгромили столовую, а обошлись всего лишь вазой. Не хотелось бы снова покушаться на ваш разум.

Его голос изменился, будто Кайлан перестал сдерживать жившую в нем силу, став более резким и властным.

Я вжалась в стену возле двери, все еще размышляя, стоит ли вообще разговаривать с тем, кто возглавлял нападение демонов на Абракс.

– Я знаю, о чем вы сейчас думаете… – начал Кайлан, но я не дослушала.

– Сомневаюсь! – пискляво отозвалась я, стараясь не выдать страха, который мурашками, подобно колонии муравьев, полз вдоль позвоночника.

После того как Селье вытащил меня из тюрьмы, я перестала его бояться, даже зная, что неспособна противостоять магии подчинения разума. Однако говорить с инкубом и касаться заурядного демона было проще, чем очутиться запертой в одной комнате с властелином скверны.

Всадники Ада не просто считались самыми могущественными и высокими по чину демонами в иерархии преисподней, они были назваными сыновьями Люцифера и его жены Лилит. Когда-то их было семеро, но трое из принцев отвернулись от отца, и Дьявол заключил предателей в Бездне, чтобы подпитывать себя и свое подземное царство кровью сыновей-предателей. Оставшимся он вручил титул не просто принцев, а рыцарей – завоевателей, полководцев армии демонов и совратителей человеческих душ.

Асмодей. Аваддон. Азазель. Астарот.

Похоть и жажда. Смерть. Болезнь. Война.

Четыре Принца. Четыре Рыцаря Ада. Четыре Всадника Апокалипсиса, разрушившие мирную людскую жизнь.

Меня затрясло.

Дей! Так Кайлана назвал Алал в соборе.

АсмоДей!

Кайлан внимательно всматривался в мое лицо, стараясь уловить эмоции, но не двигался. Побоявшись, что я или сбегу, или наброшусь на него, если он пошевелит хоть пальцем.

Молчание затянулось, но я словно приросла к стене, ошарашенная происходящим. Только мое громкое сопение, сдерживающее слезы обиды на собственную беспечность, нарушало тишину. В камине оглушающе затрещали поленья, и этот звук странным образом отразился где-то в сердце. Вместе со сгоравшим деревом ломалась последняя вера в мою свободу. Кайлан не позволит уйти, поделившись сакральной тайной, что один из Всадников, накликавших горе на наш мир, спокойно жил и правил Франсбургом. Либо я приму его сторону, став очередной зверушкой в клетке, – только теперь моей жизнью будет руководить не Елена, а настоящий монстр, – либо унесу этот секрет в могилу.

Неожиданно я горько рассмеялась, и пара слезинок сбежали по щеке, но я даже не потрудилась их утереть.

Селье понял, в каком направлении потекли мои мысли, и безмолвно кивнул, давая понять, что, пока не убедится в моей верности, я не покину особняк. Возможно, даже не смогу выйти из этой чертовой столовой.

– Ублюдок! – в сердцах выкрикнула я. Плевать! Пусть обижается! Я и так влипла по самые уши, так что скромничать и вспоминать о манерах уже ни к чему. – Вы ведь изначально знали, что уже не отпустите меня, что я никогда не получу желаемого, и просто играли со мной, используя в своих целях.

И снова молчаливый кивок.

– Прошу вас, Адель, не сдерживайтесь от нареканий. Продолжайте, я заслужил… – подстегнул Селье и одернул манжет на рубашке. – Если вам станет легче, можете влепить мне пощечину или разбить вторую вазу.

Он что, издевается?!

– О нет, милорд, мои желания гораздо прозаичнее. Я бы как минимум врезала вам по яйцам, а потом надела на голову вон тот горшок с цветами, – я указала на алые розы в круглой вазе на подоконнике. – Но даже этого было бы мало, чтобы причинить вам ту же боль, которая сейчас раздирает меня изнутри! – я ткнула большим пальцем в свою грудь.

Кайлана передернуло, но он быстро взял себя в руки и парировал:

– Так как я очень люблю цветы, да и свои отдельные части тела тоже в обиду не дам, могу предложить вам присесть и выслушать. Поверьте, все не так ужасно, как кажется на первый взгляд.

Я фыркнула и подбоченилась:

– Серьезно?! То есть вы вовсе не пытались захватить Абракс, а мой прадед, жертвуя собой, не изгнал вас из мира людей, и вы не водили меня за нос все это время…

– Хватит! – грубо перебил поток моих обвинений Селье. – Насколько я помню, вы жаждали правды, Адель. Так вот, она не всегда бывает приятной, и если вы не готовы столкнуться с реальностью, а не с воздушными замками и вздорными россказнями тетки, мы можем поговорить позже. Когда ваша истеричная девичья натура принцесски уступит место теневому призраку.

Скотина!

Кровь вскипела, поджигая нервы, и я не смогла промолчать, выливая наболевшее в новые нападки.

– Вы ведь специально не оставили в папке сведений о моей силе, да? Знали, что я вскрою сейф, и подбросили кость, чтобы потом вывалить на голову гниющий труп скрываемых вами секретов?

Кайлан не ответил на провокацию. Все и так было очевидно. Протяжно выдохнув, я усмирила бурлящий в теле гнев, превращаясь в хладнокровного убийцу. На кону стояли моя жизнь и свобода, которые теперь напрямую зависели от единственного решения – смогу ли я принять все, что Кайлан Ле Селье собирался открыть.