Чтение онлайн

– Почему бы и нет?
– думал он.
– Сегодня - странная какая-та жара весь день была. И со всеми людьми что-то происходит. А что, если я - экстрасенс? Я вижу то, чего другим не видят.

Итак, это были фигуры. Люди? Может - существа? Они держали в руках квадратные, железнодорожные фонари, и эти фонари излучали черный свет, который бил сквозь деревья. Ближе к тому месту, где начинались темно-красные тени, черный свет разжижался, и были видны таинственные узоры, и узоры эти очень не понравились Косте. Они напоминали вывернутые наружу мозги. Кто-то взял много, много мозгов, расплел их, и вот, они напоминают существ. Но - нельзя однозначно сказать - существа это или обман воображения. Ведь иногда, когда смотришь на ковёр с вышитыми узорами, кажется, что ты видишь лица и фигуры, хотя ничего такого и в помине нет.

Тем не менее…..

– Нет, - проговорил Костя.

– Держи, нет, - прохохотал Буффало, - вот ваш стакан, амиго.

С Костей же и правда творилось что-то странное, и все уже начинали замечать это.

– Скажи тост, - проговорил камрад.

– Не знаю, - ответил Костя вяло, - за что ж выпить?

– Давай за Аньку твою выпьем, - предложил Саша.

– Ладно, - согласился Костя.

Они выпили. Водка была холодная, северная.

….Головы у существ, что держали фонари с черным светом, были непропорционально большими. Свет же пульсировал. Но так происходило далеко не со всеми фонарями. Часть из них светила ровно. В пульсациях же была некая закономерность.

– Сигналы, - подумал Костя.

Ему и в голову не могло прийти, что за то время, как он в первый раз различил фонари, прошло уже достаточно много времени, и что для такой шеренги нужно очень и очень много людей. Впрочем, очень скоро наметилось изменение. Однако, оно было далеко не в лучшую сторону - контуры фигур стали проступать все четче и четче, и было видно, что у людей - необыкновенно длинные шеи. Тонкие, лебединые. Головы - маленькие, и внутри головы что-то светится. Какое-то непонятное синее пламя.

– Надо тоже сделать ерша, - говорил меж тем камрад.

Костя опомнился, взял свою рюмку и выпил. Пиво стояло недопитое. Он сделал несколько глотков. И тогда - о чудо - все пропало. За окном была нормальная июньская ночь. Отсветы от окон неслись следом за поездом, а за деревьями блестели огни далеких деревень.

– А мне нравится Тимбалэнд, - сказал Саша Петькин, - вот это чел.

Костя воодушевленно кивнул.

– Что, тебе тоже нравится Тимбалэнд?

–Да, ничо так.

– А мне все равно, гайз, - сказал Виталик, - глубоко все равно. Я порой и шансон слушаю. Вот Саша считает, что шансон - это западло.

– Ничего я не считаю, - отозвался Петькин.

–Ладно, проехали, - вздохнул Буффало, - шансон, так шансон. Хорошо сидим, амогос.

– Да, йоу!
– отозвался Саша.

– Пойду я, - заметил Костя.

– А, иди, иди, - ответил Виталик как-то ласково, - тебе ж пора. Ага?

– Ага?

– Ну вот.

Вскоре Костя вернулся назад. Поезд уверенно стучал колесами. За окном - липкая ночь. Тени бегут. То и дело из-за бугра выглядывают огни населенных пунктов. В тамбуре кто-то курит.

– Привет, - прошептала Аня.

– Ага, - ответил Костя как-то отстраненно.

– А где ты был?

– Да, там.

– Какой-то ты странный. А я все тебя жду, жду. Ты принес вино?

– Да.

– Тебя целый час не было.

– Да нет, не час, - ответил Костя, - точно - не час. Дурь какая-та. В голову, я говорю, дурь лезет. Наверное, солнечная активность сейчас повышенная. Потому что, на кого я только не смотрю, у всех одно и то же. Все какие-то сегодня сумасшедшие. Только и делают, что сходят с ума. И камрад этот. Странный тип. То смеется, то - ну, не плачет, но как-то ведет себя странно.

– Может, они - наркоманы?
– предположила Аня.

– Нет, ну что ты. Хотя, на счет камрада, я точно не знаю. Все может быть. Может быть, и так. Они там все на каком-то сайте сидят, общаются, а потом - припечет - начинают встречаться и что-то перетирать. Даже не знаю, что об этом думать.

– Ты все преувеличиваешь. Иди ко мне.

– А Саша Петькин? Сдался мне его паркур?

– А мне нравится.

– Паркур?

– Да. И Саша - неплохой мальчик.

Ну вот, - подумал Костя. Вот этого и надо было бояться. Вот все, что угодно могло происходить, только не это. Паркур. Нет, черт, Саша. Я еще в прошлом году видел, как они разговаривали и держали друг друга за руки. И она гладила его по руке. А я ж себя убеждал, что все это ерунда и не имеет никакого значения. А ведь не зря говорят - первое впечатление - это самое верное. Подсознание никогда не врет!

Перед глазами у Костя тотчас стали возникать всякие, разные, картины. Он не был, конечно же, чистым визуалистом. Не говоря уже о внутренней, подсознательной, визуализации. Но, почему-то, перед глазами возникали какие-то крайние, обостренные вещи.

Ему тотчас привиделся акт секса. Позы. Вздохи. И - даже самые мелкие подробности, чуть ли не из области жесткого порно.

– О чем ты думаешь?
– спросила Аня.

– Я?
– Костя вздрогнул.

– Ну…..

Она поднялась, сбросив с себя простыню. Она была молодая, голая и красивая.

– О тебе думаю, - проговорил Костя.

– Ну вот. Видишь.

– Да.

– Ну, иди ко мне.

Костя обнял свою подругу. Все негативные мысли вылетели прочь. Ему было хорошо.

* * *

….Потом был сон. Долгая, поглощающая, ночь. Сон без образов, но - в каком-то непонятном бреду. Голоса - зовущие, пытающие выкрасть сердце. Среди ночи Костя проснулся. Он никогда не курил без причины, а уж чтобы ночью - то никогда. Но здесь он не мог удержаться. Он накинул трико, вышел в тамбур и там нервно покурил.

Поезд притормозил, заранее свиснув. Мимо понеслись товарные вагоны, маневровый локомотив, цистерны, и все это - в ярком свете прожекторов. Это была какая-та станция. Но - ни вокзала тут не было, ни людей. Лампы дневного света горели, будто злые глаза.

Костя стоял, как завороженный. Он не мог вымолвить ни слова. Хотя - ничего и не происходило.

Где-то вдалеке стукнули двери. Послышались невнятные голоса. Тусклый, будто сдавленный ночью, свисток. Дверь еще раз стукнула - только где-то рядом. Костя оглянулся - но никого не было. Он встал к окну, и тут его посетила мысль: бежать!

И он, едва было, тотчас не побежал. Однако - остановился, и стоял так некоторое время, точно статуя. Потом - зашел в туалет, умылся, посмотрел себе в лицо.

Что же происходит?
– спросил он сам себя.

И снова - та же дурацкая мысль. Точно пуля. Не зря же говорят - «пуля в голове». Видимо, так оно и есть.

Еще - тридцать секунд. Бежать прямо сейчас! Одна половины Кости рванулась. Другая - уцепилась за ручку двери. И так - все эти секунды продолжался невидимый бой, пока поезд не тронулся. И тотчас что-то улыбнулось в лицо Косте. Он не понял - конечно же, рядом никого не было. Но это было очевидно.