Чтение онлайн

– Что? – Четвертый подошел, взял её за руку и сел рядом на пол. – Что происходит, дочка?.. Ты носишь его дитя. Ты должна услышать…

– Все… Вселенная говорит, - Женя в очередной раз всхлипнула. – Говорит, что связующий мост между ними исчез… и… и… Вселенная Киры закрылась наглухо…. Наша тоже… тоже завершила… метамор… окукливание-е-е… - Женя разрыдалась.

С минуту в конференц-зале здания НИИ “Мномир” царила абсолютная тишина.

– Болван, - Генерал опустил голову. – Старый я, никчемный болван…

– О чем ты? – спросил дед Пахом.

– Женя, - Четвертый посмотрел ей в глаза. – Скажи, дочка. Кто закрыл проход?

– Наша Вселенная говорит, что Шестая Вселенная закрылась по приказу Наместника… Она не хотела, но он приказал…

– Кто?! – очухалась Настя. – Наш Сева?!

– Нет, - Женя опустила голову. – Новый Наместник Шестой Вселенной… Нашего Севу она больше не слышит…

– Как же я сразу его не раскусил… - сказал дед Пахом и с укором посмотрел на Генерала. – Это и твоя вина, между прочим… Не уберегли парня…

– Кто-нибудь мне объяснит, что происходит?! – разозлилась Настя.

Четвертый и Шестой переглянулись.

– Похоже, что наш Сева теперь бессилен в чужом мире, - посмотрел на неё Генерал. – Шестая Вселенная сделала своим Наместником Дмитрия, а без силы Сева ничем не отличается от обыкновенного человека. Возможно… его уже нет в живых…

Женя встала и, не говоря ни слова, пошла в сторону выхода. У двери она обернулась.

– Последнее, что запомнила наша Вселенная – это как Дмитрий выстрелил в Эдика в упор… Прости Настя… - Женя вышла, так и не увидев, как черная кожа Настиного лица резко посерела и она упала в обморок.

***

– Лихо я придумал, да? – Дмитрий улыбался, его глаза сверкали. Он подошел к бессильно сидящему на полу Севе вплотную, не отводя от его головы дула пистолета. – Шестой был прав… Тот Шестой – первоначальный, настоящий…

Сева еле сдерживался, чтобы без сил не распластаться на каменном полу.

– Ты…, - прошептал он. – Как?...

– Очень просто, - усмехнулся Дмитрий. – Эта Вселенная приняла меня за своего Спасителя, а тебя она и в расчет не брала. Я ведь был уже здесь и меня она узнала… К тому же Шестой… э-э… бывший Шестой её уже подготовил к этому… Правда, он хотел сам здесь всем заправлять… Но его нет… А ближайший соратник Императора автоматически становится Наместником после его смерти.

– Но… как…?

– Как, как, - передразнил его Дмитрий. – Раком, блин… Ну ты и наивен, братец. Мне даже делать ничего не пришлось. Только предупредил местных, чтобы не вмешивались и делали вид, что всё путем. Остальное сделала твоя команда под нашим обоюдным руководством. Военный человек – это машина. Что приказали, то и сделал. А вопросы задавать пусть гражданские будут. Так или иначе… Я чувствую неимоверную мощь… - он снова сверкнул глазами.
– А вот ты как раз наоборот – абсолютно бессилен. Наши Вселенные закрылись наглухо и помощи тебе ждать неоткуда. Теперь я здесь – Бог!

Дмитрий расправил руки в стороны, и, только что появившихся Блондина и Каштана разорвало в клочья, как будто они взорвались изнутри, обильно окропив своей кровью и ошметками внутренних органов выступающий парапет пирамиды.

Сева застонал и закрыл глаза. Смерть близких ему людей давила на него и резала ножом, казалось, проникая в самую душу. Он ничего не мог поделать. Сил не было вообще. Окружающее пространство давило на него все сильнее и сильнее. Он взглянул на Эдика. Тот лежал, не шевелясь в луже собственной крови, его частое прерывистое дыхание замедлялось. Он умирал.

Сева со злостью взглянул на Дмитрия. Его брат стоял в ожидании остальных членов команды Севы. Судя по всему, бойцы выполнили поставленную им задачу на отлично, потому что Сева даже лишенный сил Наместника, каким-то шестым чувством ощущал неимоверную мощь, приобретенную Дмитрием в одночасье.

В центральную пирамиду стали постепенно возвращаться члены команды Севы. Дмитрий методично и изощренно уничтожал их – кого силами Наместника, разрывая в клочья или же наоборот – сдавливая невидимым прессом, а кого и просто расстреливал, то и дело сменяя обойму пистолета.

Внутренний выступ пирамиды был завален трупами, кровь стекала по нему и капала вниз, к основанию установки, щедро окропляя каменный пол.

Сева затаив дыхание ждал возвращения последней группы. Группы Гоши и Киры. Они задерживались и у Севы, на миг, мелькнул лучик надежды, что они каким-то образом почувствовали опасность и затаились.

Но его мыслям не суждено было сбыться…

– Ну, как у нас тут…?!
– бодро воскликнул, едва появившись, улыбающийся Гоша и сразу осекся. Дмитрий выстрелил моментально три раза. Точнее – хотел выстрелить три, а получилось только два. Закончилась обойма.

Кира, вскинув руки, упала навзничь с простреленной насквозь головой. Лепеху, стоявшего по другую сторону от Гоши, постигла та же участь.

Гоша замер, остервенело оглядываясь круглыми глазами.

Дмитрий чертыхнулся, отбросил пистолет в сторону и поднял руки. Гошу моментально скрючило. Сева разглядел неимоверную боль в глазах своего друга.

– Не-ет! – заорал он и сделал попытку подняться.

Как ни странно, ему это удалось. Дмитрий ослабил ментальную хватку Гоши и с удивлением взглянул на Севу.

– Что за…?

Он не успел договорить. Мир вокруг Севы остановился.

Впрочем, остановился он не только в одном месте – вся Совокупность Вселенных замерла. Замерла по одной только просьбе, мольбе, в отчаянии, мысленно высказанной одним только единственным обыкновенным человеком – Севой – майором Комитета внешних пространств. В недавнем прошлом – собственным заместителем, в короткий срок из обыкновенного человека превратившимся в Наместника собственной Вселенной. Любимого мужчины Хранительницы родного мира – Жени. Незаменимого друга Эдика и Гоши, Саши и Вовки, Блондина и всей команды в целом, ученика Кураторов – добродушного Генерала и ворчливого деда Пахома…

Обыкновенный человек Сева остановил течение времени во Всем огромном Домене Вселенных! Сам! Всего лишь потому, что не хотел, чтобы дорогие ему люди умерли просто вот так, из-за прихоти его обезумевшего брата…

Глава 11. Адвокатские “штучки”.

Я был зол.

Зол в первую очередь на себя. Как я мог допустить такое?! Просрать родного брата! Слепо идти на поводу собственных чувств, постепенно навязываемых вопреки здравому смыслу. И, главное - верить! Безоговорочно и слепо верить, что всё так и должно быть…