Чтение онлайн

– Ну…

– Объясни мне. Как получается, что мы - не голые?

– Чего?!

– Ну… Вот в ЭПК ты перемещался голый, а здесь мы в одежде?

– Ну… Насчет ЭПК… Это была Гошина прихоть… Он так перестраховывался… на всякий случай. Ведь там только перемещение сознания происходило… Материальное тело оставалось в своем мире, - я закурил. – А здесь… Ты вообще молодец, что задал этот вопрос… Я тоже думал об этом… Опять шаришь у меня в голове?

– И в мыслях не было! – наигранно возмутился Эдик.

– Да конечно! – улыбнулся я. Эдик смутился. – Ладно. Только мысли про Женю не читай – это интимно.

– Зря сказал, - засмеялся Эдик. – Теперь я точно не устою…

– Ну и хрен с тобой, - я подмигнул ему. – Только завидуй молча.

– Ой, ой, ой, - закривлялся Эдик.

– Так вот. По поводу одежды при перемещении, - сменил я тему. – Я думаю, что ты прав. По идее, перемещаться возможно только в первозданном виде. То есть – только тем элементам, которые создала наша Вселенная. Тебя, меня, это дерево, например… Я, вообще полагаю, что если мне обнять его вместо тебя при переходе, то оно исчезнет вместе со мной. Но на дерево я “билет” не брал, только на тебя.

– Но ведь наша одежда – не дерево. Она создана искусственно.

– Прямо в точку, Эдик, - я улыбнулся. Эдик продолжал поражать меня своей интуицией.

– Значит, что-то произошло, что это стало возможным, - он рассуждал вслух. – И это связано со слиянием Вселенных. Точно! Части Всеобщей Вселенной продолжают соединяться и поэтому стало возможным перемещение и ценностей, созданных непосредственно человеком. Я вспомнил аналогию с кирпичами. Что при слиянии, они дополнят друг друга.

– Гений, - улыбнулся я.

– А то, - Эдик любил похвалиться. – Только вот мы с тобой не подумали одеться нормально. Мои кроссовки давно пора выкидывать.

– Потерпи. Последний “Я” остался, - мне что-то послышалось, и я остановился. – Тихо. Слушай…

Мы прислушались. Прошла минута, Эдик начинал заметно нервничать. И в этот момент привычный гул леса нарушил недалекий собачий лай.

– Отлично. Идем на лай, - сказал я.

– А если это какая-то дикая псина?

– Что говорит твоя интуиция?

– Ничего. Молчит.

– Тогда пошли…

– Подожди… - Эдик замялся. – Дай флягу.

– Твое второе Я решило расслабиться, - улыбнулся я и протянул ему фляжку. – Значит – все путем.

– Наверное, ты прав, - сказал он и сделал большой глоток. – Ну, пошли.

Через пятнадцать минут мы вышли на окраину некоего селения.

Это было обыкновенное село, ничем с виду не отличающееся от других сел в мире Севы и Эдика. Деревянные дома, огороды, колодцы и церквушка посередине.

– Здравствуй Питер, - поклонился Эдик. – Как же ты обнищал.

Я рассмеялся.

– Как мы “тебя” искать будем? – cпросил Эдик.

– Пойдем у местных спросим. Может им моё лицо знакомо.

– Ага, - Эдик скептически помотал головой. – Здравствуйте! Вы случайно не знаете, кто я и где живу, а то чего-то перепил вчера?...

– Эдик, ты – гений!

– Ты что? – опешил Эдик. – Серьезно?

– Отличная легенда, - улыбнулся я. – Я в запое. Ты мой собутыльник не из местных. Я пошел к тебе в гости, мы напились, пошли ко мне, по пути еще выпили, пришли, ты не знаешь куда идти дальше, а я - невменяем… Только, надо вести себя соответственно.

Эдик пожал плечами.

– Давай попробуем, - сказал он.

Мы обнялись и “пьяной” походкой направились в селение. Было довольно поздно, моросил противный дождь. На тракте, пересекающем село, не видно было ни души. Да и кто в такую погоду из дома вылезет.

– Может, постучимся к кому? – спросил я.

– Окстись, окаянный, - Эдик входил в роль. – Чтобы нас за бесов приняли и застрелили?

– Это ты окстись, - улыбнулся я. – Максимум - шапками закидають.

– Ну, давай тогда песни горланить.

– Какие?

– Не знаю… “Все по плану”, например.

– Ты чё? – я рассмеялся. – Хочешь, чтобы вместо шапок в нас вилы полетели?

– Эй, пьянь подзаборная! – раздалось сбоку. – Чё тут третесь?

“Играем”, - шепнул я Эдику.

Мы как были в обнимку, так и развернулись.

– О-о! Дедуля! Доброго тебе вечерочку! – воскликнул Эдик. За калиткой стоял дородный дед. С пышной седой бородой.

– Какой я тебе дедуля, прыщ ты бутылочный?! – “любезно” ответил дед. – Эвон, Ваську нашего нализал как. Нельзя ж ему, сердешному…

– М-м-м… - я промычал и дернул головой, подтверждая, что я – нализанный в хлам Васька.

– А чё нельзя-то, дедуль? Он ничего не говорил, пришел ко мне, и молвит, - “Хочу я сегодня нализаться в дым. Помоги мне, мол, друг мой …э-э… Данилко”. А я чё? Я друганам рад…

Я поражался. Эдик - прирожденный актер.

– Вот ты хоть и говоришь, что друг его, а правды-то и не знашь. – Дед грустно взглянул на меня. – При смерти он ходит…

– Как!? – Эдик казался искренним.

– Хворь у него какая-то… Лекарь районный сказал, что не жилец он. Алевтина моя вся уж испереживалась. Такой парень ласковый был. И в хозяйстве поможет и воды принесет. Дюже люб он нам…

– А баба-то есть у него? – зачем-то спросил Эдик.

– А то ты не знаш? Тоже мне, друган. Все девки по нему сохнут. По одному взгляду запрыгнуть готовы. А он нет… Другую судьбу себе выбрал… В услужение Господу нашему…

– Он монах чё ли? Я и не ведал…

– Да ну, - дед махнул рукой. – Какое там. Не верующий он, прости Господи его душу. А, токмо, зарекся он. Вот, мол, церковь дострою, тады и умирать можно. Вот, достроил и слег. Как на ногах стоит, ума не приложу, все в лежку лежал…

– Это допинг, дедушка, - сказал Эдик.

– Чавой? Слово како-то заморское…

– Я говорю – горилки принял и встал…

– А-а, так ему потом еще хуже будет… А что на вас за одёжа какая, бесовская.

– Так, уделался он, пока до меня добрался. И меня всего уделал и избу мою… Вот я и нарядил, что под рукой было…

– Чудно как-то…

– Так от ряженых осталось. Не выбрасывать же. Вот и пригодилась одежа…

– Ты, я смотрю, парень-то толковый, - дед улыбнулся. – Радеешь за друга-то…