Чтение онлайн

– А как же, дедушка?…

– Ну, веди его до дому… А я Алевтину пришлю, состряпает чего-нить.

– Не надо, дедушка. Чего зря старого человека гонять. Я сам справлюсь. Ты лучше дорогу покажь. А то я-то у него не был ни разу, все он ко мне ходил.

– Ну, пойдем, покажу. Парень ты, видать, хороший, Данилко. Не бросил друга-то в канаве, до дому дотащил. Вот сам Васька - сердешный, видать, и друзья у него такие же… Хорошие, ведь, люди завсегда друг к другу тянутся…

Дед всю дорогу болтал. Видать, соскучился по общению. Иногда я еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. Эдик был виртуоз. Он так уболтал деда, что тот ему еще и бутыль самогона всучил со словами: “Накось. Продрог, поди…”

– Вот изба-то его, - сказал дед. – Должно быть открыто. Васька никогда не закрывается. Ты уложь его, Данилко. Пущай отдыхает. Эвон умотался как. А я пойду пожалуй… А то Алевтина наругает. Она у меня такая – злючая, но сердешная.

– Спасибо дедушка.

Старик ушел. Я выпрямился и вздохнул.

– Все косточки затекли, пока я пьяного изображал.

– Косточки у него затекли, - возмутился Эдик. – У меня руки отваливаются, тащивши тебя.

– Ты - молодец, Эдик.

Эдик улыбнулся и потряс бутылем перед лицом.

– Испробуем старорусского пойла?

– Погоди, сердешный друг мой Данилко. Сперва со здешним “мной” покалякаем.

Эдик рассмеялся и постучал в дверь.

Никто не ответил.

Я подошел и постучал в окно, в котором виднелась зажженная свеча.

Опять тишина.

– Пошли, - сказал я.

Мы вошли в избу.

Было сумрачно – пламя свечи не могло осветить всего помещения. На самодельной тахте я увидел лежащего своего двойника. Он был бледен и прерывисто дышал.

– Чуть не опоздали, - проговорил Эдик. – Я пойду, дверь закрою… и окна тоже.

– Ты… ты… кто?… - не спросил, а скорее – выдохнул лежащий “я”. – Сгинь… Сат-тана…

– Я – ангел, - неожиданно для себя самого сказал я. – Ты готов к новой жизни?

– Ты – ангел?... – на его глазах появились слезы. – Но… я не… верующий…

– Не обязательно быть верующим, чтобы жить праведно, - и откуда у меня красноречие взялось. – Твои деяния на земле запечатлены и на небесах. Господь дает тебе новую жизнь.

– Я… поп…равлюсь?

– Да, - ответил я. – Ты станешь помощником Божьим в делах его мирских.

Наместником Господа на Земле.

– О, Господи… я счастлив…

– Так ты готов? – спросил я.

– Да…

Я прижал ладони к его вискам.

– Закрой глаза и думай о новой жизни, во славу Господа нашего…

Процедура была привычна для меня. Я уже несколько раз спасал своих двойников. Я вбирал в себя их накопленный опыт и знания, как тот пресловутый “вампир-Хранитель”. Только с совершенно противоположными целями. И никаких проблем не возникало. Страшно не было. Ведь, по сути, я спасал смертельно больного человека. В мире же оставалась лишь его материальная оболочка. Я засовывал сознание своего двойника на ту самую зарекомендовавшую себя “антресоль”, чтобы потом, вернувшись в свой центровой мир, осуществить слияние при помощи Гошиной установки. Сам сделать эту процедуру я пока не мог. Я был силен, но не настолько.

Эдик неизменно следовал за мной повсюду. Его помощь была огромна, его интуиция не раз уберегала нас от неприятностей. Его чувство юмора прибавляло оптимизма, а его оптимизм вселял надежду на успешный исход дела. К тому же, он был моим другом. Хотя сам он предпочитал, чтобы я называл его своим оруженосцем. Да мне было без разницы. Эдик – он и в Африке Эдик.

– Ну, вот и всё, - я чувствовал легкое головокружение и слабость. Все-таки процедура отнимает много сил.

– Ты уже профи в этом деле, - улыбнулся Эдик. – Не тошнит?

– Самую малость, - меня действительно немного подташнивало. Обычная реакция. Через пару часов пройдет.

– А то может?... – Эдик кивнул в сторону бутыля с самогоном. – Испробуем старорусской?

– Почему бы и нет, - я улыбнулся. – Для поднятия тонуса можно.

– Щас. Посуду поищу, - Эдик взял свечу и стал оглядывать самодельные шкафы и сундуки. – Махорки не хочешь?

– Нет, - ответил я. – Курить не хочется пока. Вот если бы нюхательного…

– Нашел! – крикнул Эдик. Он вернулся в комнату, неся две огромные деревянные кружки. – Вот.

– Интересно, что они такими дозами пьют?

– Знамо что, - улыбнулся Эдик. – Медовуху или брагу.

– Ну, наливай. Испробуем местного пойла.

Эдик разлил, сперва понемногу - только широкое донышко скрыло.

– На пробу, - сказал он. Взял кружки и протянул одну мне.

Я понюхал. Запах был приятным. Какие-то травы. Не как обычная бормотуха.

– Ну, давай, для поднятия тонуса, - мы чокнулись и выпили.

– Бр-р-р, - Эдик выпятил глаза. – Крепкая, зараза… Но бодрит.

– И на вкус ничего, - согласился я, чувствуя, что тошнота проходит и ноги перестали дрожать.

– Смотри-ка, у тебя румянец появился, - изумленно сказал Эдик.

– Да я вообще чувствую себя превосходно, - улыбнулся я. – И слабость прошла, и тошнить перестало… Дайка сигарету Дону Кихоту…

Эдик рассмеялся и протянул мне пачку. Затем разлил снова.

– Давай закрепим результат.

Мы выпили еще по одной.

– Прямо – живая вода.

– Точно.

Мы рассмеялись. Выпили ещё по одной.

– Надо бы поскорей похоронить его, - сказал я, взглянув на Васькино тело.

– А давай его в подполе и закопаем, - сказал Эдик. – Пускай его родной дом станет ему последним пристанищем.

– Хорошая идея, - я не возражал. – Интересно, они лопаты уже изобрели?

– Давай поищем во дворе.

Во двор выходить не пришлось. Лопата нашлась в сенях. И, кстати, довольно острая.

– Теперь копать будешь сам, - сказал Эдик. – А то мне надоело быть твоим личным могильщиком.

– Не вопрос, - согласился я. – Наливай - для укрепления мышц тела.

Эдик хохотнул и разлил. Мы снова выпили. Я почувствовал, что косею. И не мудрено, без закуски-то.

– Так, - сказал я. – Где тут вход в подземелье?

Крышка в подпол отыскалась не сразу. Она спряталась под соломенной циновкой в углу прихожей. Эдик принес еще свечей, которые обнаружил, когда искал посуду.

Я спустился в подвал и оторопел.

Обстановка здесь была не соответствующая внешнему облику избы. Во-первых, здесь было довольно глубоко (я стоял в полный рост), а во-вторых сыростью, как в обычных подвалах, вовсе и не пахло.