Аэропорт
Шрифт:
Она хлопнула на пол перед ним пару мужских синих тапок. Развернулась, прихватила пакет и прошла в комнату. Кайл последовал за ней, тапки так и остались сиротливо стоять посреди прихожей. Полы после пробежки по снегу были приятно теплыми.
— Вас в самолете кормили? — спросила Ника откуда-то сбоку.
Щелкнул выключатель, люстра моргнула лампами включаясь, заливая ярким светом пространство комнаты. Кайл огляделся. Обстановка была немного странной, отличающейся от того, что он привык видеть у себя в стране.
В углу справа камин, закрытый темным стеклом, отделанный матовыми плитками. В корзине рядом дрова, явно не декоративные, березовые. Кора раскрошилась и просыпалась на пол рядом с корзиной. А на одном полешке и вовсе красовались следы от собачьих зубов. Рядом со стеной, напротив дивана, стоящего посреди комнаты, плоский телевизор. На диване яркие, вязаные, подушки. Пара кресел у журнального столика. На самом столике журналы, судя по картинке на обложке — модные, какие-то бумажки, ручка и лампа «тиффани». Под потолком и на стене светильники того же, разноцветного, стекла. Они были яркими пятнами на фоне спокойных, светлых тонов комнаты.
Он оглянулся, у него за спиной обрамляя дверь высились стеллажи со стеклянными дверцами, под потолок. С книгами. Синие, коричневые, серые и зеленые корешки с позолотой стояли стройными рядами за стеклами шкафа, будто в старинной библиотеке. Кое-где синее и зеленое перемежалось светлым. На одной из полок стояла модель парусника и рядом, что-то вроде небольшой подзорной трубы в деревянной коробке.
— Что это? — спросил он подходя ближе. Миниатюрную подзорную трубу хотелось рассмотреть поближе.
Ника выглянула из кухни, отделенной от комнаты распахнутыми четырехстворчатыми стеклянными дверями.
— Секстант прибор, чтоб географические координаты определять. Принадлежал еще моему прадеду. Он был морским офицером.
— Можно?
Ника кивнула, предупредила:
— Осторожнее, он очень тяжелый, — и исчезла за дверями в кухню предоставив ему возможность изучать диковинную вещь самостоятельно. Кайл открыл дверцу шкафа с неожиданным для себя внутренним благоговением. Погладил прохладный, покрытый темной патиной золотистый металл. Старые, затертые царапины говорили о том, что этой вещью когда-то очень активно пользовались. Он осторожно снял трубу с подставки, поднес к глазу. Изображение почему-то оказалось перевернутым. Какое-то время посмотрев на углы комнаты в увеличенном виде, водрузил трубу обратно на подставку.
Закончив с изучением почти музейного экспоната Кайл, подошел к дверям в кухню.
— А эти книги, вы что, прямо все прочитали? — такая выставка книг походила на демонстрацию тщеславия.
Ника пожала плечами.
— Да, люблю читать.
Кайл с удивлением наблюдал как по кухне прошелся вихрь: хлопнула дверь микроволновки, пару раз дверь холодильника, зашумел закипающий чайник, на столе появилась вазочка с шоколадным печеньем.
— Так вас кормили в самолете? — снова спросила она.
— Да, но это было семь часов назад, — он прошел и сел за широкую барную стойку.
Ника достала из микроволновки блюдо с выпечкой.
— Это моя сестра пекла, — пояснила она подхватывая с блюда пирожок, — там должна быть картошка с грибами, черника и яблоки.
— Все вместе? — рассмеялся он.
— Что? — она на секунду замерла, задумавшись, держа в руках коробку с чаем, — конечно нет. Просто я не отличаю их на вид. Поэтому, как повезет. Может, у вас получится их различить. Вам черный или зеленый?
И опять вихрем прошлась по кухне, перед Кайлом приземлилась кружка и несколько видов чайных пакетиков, на выбор.
— Перед сном кофе не предлагаю, — улыбнулась Ника и обернулась на кухонный шкаф, вспоминая куда у нее убрана турка, — но если хотите, могу заварить.
Кайл мотнул головой, кофе не хотелось, хотелось поскорее заглушить голод и лечь спать.
— А куда вы отвезли тех, двух молодых людей? — спросил он и тоже зацепил пирожок.
— К сестре, это мой племянник и его жена, — Ника тепло улыбнулась, — они живут в Калининграде, прилетели в гости.
Кайла кольнула зависть, хотел бы он чтобы кто-то думая о нем так улыбался.
— Значит, мы здесь одни? — уточнил он. Тональность вопроса из-за непрожеванного пирожка и чая получилась так себе.
— Ну, и кто из нас маньяк, — фыркнула Ника.
— Я хотел убедиться, что, — он замялся подбирая слова, «меня не будут доставать» прозвучало бы невежливо, — я хотел убедиться, что меня не будут беспокоить.
Разговор из-за трудностей перевода и вероятности быть неверно понятым получался чопорно — правильным. Никаких жаргонных словечек.
Ника налила в кружку воды и запила ей две белые таблетки. Когда только успела их достать.
— Не переживайте, кроме Джоя и меня тут никого нет, — успокоила она, — вас точно никто не побеспокоит, — увидела неодобрительный взгляд Кайла направленный на таблетки и сочла нужным пояснить, — метамизол натрия, это не наркотик, а что-то вроде нурофена. Но вроде в Штатах и Европе их не производят и не продают.
Она снова прикоснулась пальцами к виску.
Кайл торопливо дожевал пирожок и потянулся к кружке.
— Даже не знаю, чего больше хочется, есть или спать, — легко улыбнулся он.
— Ах, да. Спать, — Ника встала, — вы ешьте, я пойду постелю постель.
Она взяла лист с барной стойки, торопливо написала что-то ручкой.
— Вот, возьмите, — листок проскользил по блестящей поверхности и остановился точно перед ним, — это пароль от вай-фай.
Кайл машинально взял бумагу в руки, достал телефон и продолжая жевать пирожок пошел к дивану. Телефон все так же не видел мобильного оператора, зато к вай-фаю подключился резво. Тут же зазвенели входящие, от Лу, от секретаря. Минута непрерывного звона.
«Кайл, пожалуйста, ответь, как ты долетел?»
«Кайл, куда ты пропал? Мы думаем, что тебя похитили»
«Мы волнуемся»
«Кайл, мы собираемся обратиться в полицию»
И все в таком духе.
Он запустил мессенджер.
«Лу, ты тут? Не нужно полиции. Твоя «гениальная» помощница отправила меня вместо Санкт-Петербурга в Екатеринбург»
«Боже. Кайл, прости. Считай я ее уволил. Ты добрался в Санкт-Петербург?»
«Нет. Здесь мороз минус тридцать. И мой телефон отказывается работать, кажется, сим-карта неисправна. Пробуду здесь пару дней. Реши вопрос со съемками.»