Чтение онлайн

– А как же мне тогда быть? Я дворянин, мне нельзя без оружия.

– Думайте сами. Я просто дал совет.

Сапожник ушел, а Агат всерьез задумался, откинувшись в кресле и машинально покручивая вилку в пальцах. Старый гном был прав, если попытаться пробраться в оружейную комнату, то не замеченным это наверняка не останется и все сорвется. Но и без клинка отправляться одному в дорогу тоже было нельзя. Да и вообще дворянин и без клинка – это, по меньшей мере, выглядит смешно. Это как патрульный без кольца. Как жандарм без кокарды. Агата засмеют в любом приличном обществе.

Нужно было раздобыть такое оружие, которого никто не хватится. По крайней мере, в первое время. А желательно, чтобы вообще. И такое клинок в доме определенно имеется.

Небрежно бросив вилку на стол, Агат поднялся на ноги и подошел к окну. С силой отдернув тяжелые гардины, он потянул за ручку, раз, другой, третий и, наконец, распахнул рассохшуюся раму. Комната сразу же наполнилась вечерней прохладой и уличными звуками. Ворвавшийся хулиганский ветер задул сразу половину свечей в канделябре на столе с недоеденным ужином.

Уличные фонари еще горели, притаившись среди каштанов, но народу на улице было уже мало. Пара запозднившихся прохожих, да экипаж генерала Малирдера, дожидавшийся своего хозяина у ворот особняка Кристинов. Ужин с Александром Кристиным затягивался, и кучер воспользовался моментом, чтобы подремать на облучке, уронив голову на грудь. Почему его не пригласили погреться в поварню, для Агата осталось загадкой. Вообще-то дом Кристинов всегда славился гостеприимством.

Взявшись за оконную раму, Агат взобрался на подоконник и уже с него, осторожно ступил на карниз. Потом перебрался на стену, ухватившись за фальшивую гипсовую колонну, одну из нескольких, украшавших фасад дома. Еще раньше колонну облюбовали голуби, и он чуть было не сверзился вниз, поскользнувшись, на их подарке.

– Зараза… – ощерился сквозь зубы Агат, повиснув на руках.

Со второго этажа падать в клумбу было не смертельно, но шум поднимать все же совсем не стоило. Тогда вообще могут под домашний арест посадить, а на утро, под конвоем отправить в армию. Тогда ни о каком побеге не может быть уже и речи. Побег из-под конвоя – это уже дезертирство и измена Родине. И тут уже никакие отцовские связи не помогут. Поэтому приходилось действовать как можно тише.

Подтянувшись на руках, юный граф забрался обратно на карниз и продолжил карабкаться на крышу, к виднеющемуся в сумерках слуховому окну. Все же надо было чаще посещать спортивные занятия в институте, пронеслось в голове Агата, и поменьше по кабакам шататься. Хотя, если побег не удастся, то у него будет огромное количество возможностей, для занятия спортом.

За всеми этими странными движениями Агата по стене собственного дома внимательно наблюдали две пары глаз из окна через улицу. Алексей и Даниил только что доели ужин, который по-походному из солонины и постного сыра соорудил мастер и теперь они оба стояли у окна и смотрели на приключения молодого дворянина. Свет в комнате орденцы не зажигали, так было лучше видно улицу, зато практически не видно их самих.

– Волнуюсь я за него, – не внятно пробормотал Алексей, дожевывая краюху хлеба. – Вот возьмет наш особорожденный, сверзится из окна своей спальни, клумбу под окном помнет, ямку в земле оставит, шишку на заднице набьет. Печаль будет.

– Тот гость был прав, когда говорил, что наш подопечный не простой человек, – философски заметил Даниил, почесывая со вчерашнего не бритый подбородок.

– Это точно, – неодобрительно усмех1нулся Алексей. – За последние сутки он успел напиться, подраться, загреметь в кутузку, схлопотать домашний арест. Теперь вот, какого-то лешего по фасаду собственного дома лазает, пузом побелку обтирает.

– Не беспокойся по пустякам, – лениво зевнул Даниил, направляясь к облюбованной тахте. – До того, как его судьба и судьба его предка – Мастера-Корабела не пересекутся, Агату Кристину ничего не угрожает.

Растянувшись на диване, магистр укрылся своей мантией и прикрыл глаза. Пока ничего интересного не происходит, можно было и подремать. Подопечному, пока тот дома, действительно ничего не грозит. Вот если он покинет хотя бы город, тогда будет причина обеспокоиться.

– Учитель, но там же клумба под окном, – не унимался Алексей, оставаясь на своем наблюдательном посту. – А на карнизе голуби пасутся как не в себе. Сейчас он поскользнется на их помете, и встретиться со своей судьбой досрочно.

– Мастер-Корабел никогда не бывал в Ирланниаде. Во времена его жизни нынешняя столица Эролида была заштатным городишкой, а столица тогда была в Брозго, – пробормотал Даниил, переворачиваясь на бок, зубами к стенке.

– Ну, клумбу-то все равно жалко, – в притворном сожалении надул губу Алексей.

– Не занимайся ерундой, – отозвался со своего места магистр. – Ложись спать. До завтра все равно ничего интересного не произойдет. Нашего малыша не выпустят из дома.

Какое-то время Алексей все же простоял перед окном, ожидая, что Агат выкинет очередной номер, но тот все не появлялся с чердака. Видимо, решил там спрятаться от грозного отца. Согласившись, наконец, со своим учителем, упрямый ученик, отправился на соседний диван, укладываться на ночлег.

Вообще-то в смежной комнате имелись прекрасные кровати под балдахинами, но привыкшие к аскетизму орденцы, предпочитали мягким перинам сон на неудобных диванах. Как говорят учителя в Ордене, безразмерная кровать и слишком мягкая подушка изнеживает не только тело, но и дух.

Старое окно на чердак лет сто не открывали, рама рассохлась и заклинила. Для того, чтобы пробраться внутрь, Агату пришлось выбить слуховое окно собственного дома, как какому-то вору. Выбрав из рамы осколки, чтобы не пораниться, он наконец-то пробрался на чердак и огляделся по сторонам.

Пришлось подождать какое-то время, чтобы глаза привыкли к темноте. Постепенно тьма рассеялась и из нее стали появляться разные темные химеры невероятных очертаний. Прошло еще немного времени, и глаза Агата привыкли к темноте еще больше. Темные химеры оказались лишь старым хламом, сваленным на чердаке за все время обитания Кристинов в этом доме. Приглядевшись, Агат различил старую, поломанную или вышедшую из моды мебель, корзины для белья и овощей, старые зонты и прочий хлам.

Сделав несколько осторожных шагов, чтобы не обрушить все эти горы ненужных вещей и не поднять переполох, Агат осторожно пробрался вглубь чердака. В этот момент он пожалел, что не захватил с собой никакого света. Сейчас бы очень пригодилась хоть одна свечка из принесенного Сапожником канделябра. Хлама оказалось очень много, и шарить пришлось долго, прежде чем старый сундук Барзивилла отыскался в самом дальнем и пыльном углу.

Барзивилл, точнее Владомир Кристин был младшим братом Александра Кристина и родным дядькой Агата. С юности он проявлял странности в характере. Не пошел учиться в какой-либо престижный королевский институт, как до того делали все Кристины. Вместо этого он увлекся фокусами и иллюзионом, не обладая, при этом, никакими способностями в магии.

Семья не понимала его увлечений и всеми силами старалась вернуть на путь, традиционн1й для рода Кристинов деятельности, но у Владомира были свои планы на собственную жизнь. В какой-то момент он просто собрал котомку, ушел из дома и отправился странствовать по королевству в качестве бродячего фокусника под псевдонимом Барзивилл.