Агент чужой планеты
Шрифт:
Он с почетом проводил нас до выхода и перед порогом еще трижды облобызал очумелого Кителя.
В приемной какой-то вальяжный тип канючил возле стола неприступной секретарши:
– Зиночка, ну пожалуйста... Вопрос жизни и смерти...
– Не принимает!
– стойко оборонялась она.
При нашем появлении на ее бесстрастном кукольном личике промелькнуло новое выражение: испуга, смешанного с любопытством.
– Спасибо за содействие, Зиночка.
– Китель прижал руку к сердцу.
– С меня причитается...
Она машинально кивнула, уставясь на него как на чародея. Не на того смотрела...
На лестнице Китель долго утирался платком.
– Что-то ты чересчур зарядился... Но - хвалю, хвалю... Ловко это у тебя выходит, ай да гипноз, ай да наука!
– Он выудил из черной папки документ и уставился на него взглядом пирата, раздобывшего карту с координатами острова сокровищ и все еще не верящего в свою удачу. Полюбовавшись, бережно спрятал.
– Хвалю!
– Похлопал он меня по плечу.
– Сейчас заедем еще в одно место. Задача примерно такая же. Только, знаешь, - он состроил гримасу, - давай без этих поцелуев, понял? Я же не гомик какой-нибудь. Чистая срамота!
Против отмены поцелуев я не возражал, но решительно воспротивился тому, чтобы браться сегодня еще за одно задание, не желая обнаруживать перед обнаглевшим хапугой легкость моих побед.
– Вся моя энергия растрачена. Алина тоже пустая. Не забывайте, что пришлось воздействовать и на Зиночку. А до нее - на Макса.
– Хорошо...
– согласился Китель. Удачный визит к Петру Поликарповичу сделал его более покладистым.
– Сколько тебе надо, чтобы восстановить эту самую энергию?
– Неделя!
– нахально потребовал я.
Он вдруг крепко схватил меня за больное ухо.
– Не хитри!
– Кажется, я переоценил его благодушие.
– Машину с Максом ты долбанул через день после ресторана. Какая, к дьяволу, неделя! Даю тебе сутки. И чтобы без фокусов!
– Я не хитрю, - обиделся я.
– Просто хочу действовать наверняка. Макс -это так, баловство, детские шалости. А вы-то требуете серьезных дел. Да еще с большими людьми. А на тех и заряд нужен помощнее.
Короче, дополнительный день я выторговал. Эх, знать бы, надолго ли уехал Мамалыгин! Впрочем, теперь ситуация изменилась, и не исключено, что я сумею выкрутиться сам. А это куда заманчивее. С Мамалыгиным-то надо объясняться.
Когда мы вернулись к машине, злобная харя Макса выдала его разочарование. Видимо, он полагал, что из этого здания меня вынесут ногами вперед. Я понял, что ради мести он пойдет на любую авантюру. Даже нарушит запрет хозяина. Чрезвычайно опасный тип...
Мне снова завязали глаза. Пользуясь тем, что Китель сидел ко мне спиной, я напустил туману на охранявшего меня мордоворота, и тот, затягивая повязку, слегка задрал ее. Образовалась узкая щелочка, через которую я мог незаметно наблюдать за дорогой.
Мы попетляли по городскому центру, затем пересекли район новостроек и выехали на Восточное шоссе. На тринадцатом километре "Волга" свернула на заброшенную лесную дорогу. Еще несколько километров, и мы въехали в уединенный двор, откуда началось наше путешествие. Так вот где находится моя темница!
До чего же не хочется вновь очутиться в затхлом бункере! А что если мягко нажать на Кителя?
Кажется, получилось. Мафиози беспечно повел нас с Алиной к бараку.
Я уже отмечал, что снаружи это строение выглядело полуразрушенной хибарой.
Но, войдя внутрь, мы ахнули.
Коридор был отделан не хуже, чем в солидном офисе.
Китель открыл одну из дверей. Мы увидели прилично обставленную комнату: мягкая мебель, ковры, телевизор, магнитофон, холодильник...
– Ну что, уютное гнездышко? Я же говорил, что со мной можно иметь дело. Только служи верой и правдой.
– Он открыл холодильник, набитый продуктами и бутылками: - Это заморить червячка. А горячее вам принесут.
– То есть у нас новоселье?
– уточнил я.
– Ха-ха! То ли еще будет!
– Он открыл узенькую боковую дверь.
– Здесь санузел. Совмещенный. Ванной нет, но душ имеется. Ничего, ребятки, будете паиньками, заживете по-человечески...
Мне стоило трудов утаить усмешку.
Между тем Алина, подойдя к окну, отдернула тяжелую гардину. Окно выходило на зады участка и было забрано прочной решеткой.
– А по двору можно погулять?
– поинтересовался я.
– Местность уединенная, в доме полно охраны... Притом не дурак же я, чтобы сбегать с этим гнусным заморским ошейником!
– Остынь, приятель! Сказано: всему свое время. Он достал из холодильника бутылку марочного коньяка, а из серванта - три хрустальных бокала.
– Давайте обмоем удачу! Эх, завидую вам: молодые, красивые, свободные... А у меня каждая секунда на счету. Кручусь, как та белка... Да еще ты, гипнотизер, с твоим упрямством, столько времени отнял!
– Позволю себе, однако, заметить, - тонко ввернул я, - что вы не слишком огорчены сегодняшней потерей времени.
– Ха-ха!
– залился тот булькающим смехом.
– А ты, приятель, не лезешь в карман за словом, а? Ну, будем!
– Он выпил, вернее, влил в себя, не глотая, содержимое бокала, затем глянул на часы: - О, мне пора! Через пять минут отчаливаю. Говори, гипнотизер, что делать с твоей ассистенткой...
Еще по дороге у меня сложился новый план, диаметрально противоположный тому, который я нашептывал Алине на ушко в кабинете "большого человека".
– Для начала неплохо бы пообедать. Алина останется со мной. В дальнейшем можно обойтись без ее отлучек, если вы выполните одну мою просьбу.
– Говори, пока я добрый.
– Нельзя ли убрать подальше Макса? Он раздражает и меня, и Алину, а это отнимает часть энергии.
– Макса? Пожалуйста! Считай, его уже здесь нет.
– В голосе Кителя проскользнуло пренебрежение, из чего я заключил, что хозяин невысокого мнения о своем холуе.
С души свалилась огромная булыга.
– Захотите пообедать или чего другого, нажмите вот эту кнопку. Человек все принесет. Но помни, гипнотизер, тебе ни в коем разе переступать порог нельзя. Иначе...
– Он провел рукой по горлу.
Едва за Кителем защелкнулся замок, как Алина прильнула ко мне.
– Миленький, а как же Мамалыгин?
– Забудь о нем.
Да, я решил отказаться от помощи Мамалыгина. Зачем она, если биополе восстановилось? Выкручусь сам. Окажу Кителю еще пару услуг, подобных сегодняшней, он воспылает ко мне доверием, станет уступчивее и снимет с меня ненавистный обруч. А уж тогда я что-нибудь придумаю. Макса рядом нет, остальные менее опасны. Я вернусь к прежней жизни и сохраню свое реноме перед инопланетянами, ибо они так и не узнают об этом постыдном инциденте. Даже здорово, что Алина не застала старика! Сама судьба позаботилась об этом.