Чтение онлайн

– Я не могу...
– пролепетал я.
– У меня не получится...

– Получится, да еще как!
– уверенно заявил он.
– Не трусь, гипнотизер! Хочешь, сделаю маленькую поблажку? Поедем туда на одной машине. Возьмем только твою бабу и Серого, нельзя же совсем без охраны...

– Я не могу...
– Меня словно заклинило.

– Хватит дурака валять! Думаешь, я тебя на невинную овечку натравляю? Да это подлец, каких поискать!
– Он снова глянул на часы.
– Осталось тридцать две минуты, а ехать нам четверть часа, да еще запас нужен. Некогда рассусоливать! В путь! И попробуй только сдрейфить! До ужина не доживешь!
– Он высунулся в окошко и заорал: - Нечитайло!

Тотчас подбежал водитель в кожанке.

– Тащи сюда бабу и Серого! Едем! Через минуту весь экипаж был в сборе.

– К Центральному рынку!
– скомандовал Китель.

"Волга" с ревом сорвалась с места.

Вот так и бывает: когда нужно принять важное решение, времени на раздумья нет.

Что мне делать?

Выполнить приказ мафиози - значит навсегда остаться в его власти. Отказ равносилен лишению головы.

Я готов был выбрать второе. Лучше мгновенная смерть, чем пожизненное рабство.

Стоп!

У меня все же есть шанс. Крохотный, призрачный, но есть.

По дороге к рынку мы будем проезжать неподалеку от дома-башни, и если Мамалыгин уже вернулся... Я смогу продержать Кителя десять минут в зоне действия своего биополя. Что будет дальше - не хотелось думать.

Ну! Сейчас или никогда!

Я нашел руку Алины и крепко сжал ее. Она ответила мне чутким пожатием.

Пора!

Я сконцентрировал волю.

Тотчас Китель повернулся к водителю:

– Давай направо!

– Чего?
– обомлел тот.

– Направо!

– Вы же сказали - Центральный рынок...
– с обиженной гримасой напомнил Нечитайло.

– Я сказал - проспект Космонавтов!
– рявкнул зав-базой.

– Выходит, я не расслышал, - пробурчал водитель.
– Не то поехал бы другой дорогой. Тут же одностороннее движение, сами видите. А теперь придется делать крюк.

– Да хоть петлю! Хватит болтать!
– рассвирепел Китель.
– Делай, что тебе сказано!

– Всегда я у вас виноват...
– не сдавался настырный Нечитайло.

– Заткнись!

Я ни на миг не ослаблял контроля над сознанием Кителя.

Вот наконец и дом-башня.

– Тормози у подъезда!
– приказал Китель. "Волга" замерла у обочины.

– Мы зайдем ненадолго к одному хмырю, - лениво бросил Китель.
– Ждите здесь.

Подъезд, лифт, двенадцатый этаж, площадка.

Мое биополе работало уже более пяти минут.

Я позвонил.

Ну, судьба!

За дверью стояла тишина. Текли томительные секунды. Я не убирал пальца с кнопки, понимая, что проиграл. Удача против меня. Еще три-четыре минуты -вот все, что мне оставалось. В какой это сказке персонаж чувствовал, что его голова отделяется от туловища?

И тут дверь бесшумно распахнулась.

За порогом стоял Мамалыгин - в банном махровом халате и резиновых шлепанцах, с мокрыми прядками волос. Глаза за толстыми линзами очков выражали высшую степень удивления.

Я покачнулся. Силы оставляли меня, но боковым зрением я все же успел заметить, как безучастный доселе Китель опрометью бросился к лестнице. Должно быть, мое биополе снова исчезло.

Хуже всего, что Мамалыгин не видел Кителя.

По стеночке я медленно сполз на пол, шепча:

– Верните его... Иначе я погиб...

Очнувшись, я обнаружил, что лежу на кожаном диване в кабинете Мамалыгина, напротив - в кресле - с осоловелым видом сидит Китель, а хозяин озабоченно расхаживает вокруг письменного стола.

– Что случилось, Вадим?

– Обруч...
– Я быстро распутал шейный платок, обнажив ненавистный ошейник.
– Это бомба... может взорваться в любую секунду... Я погиб!

– Спокойно!
– Мамалыгин достал откуда-то серебристый предмет, напоминающий утолщенный карандаш, и провел им по обручу. Тот сразу же обуглился, хотя никакого жара не было и в помине. Мамалыгин переломил его легко, как сухарь, и бросил обломки на стол.

– Как он оказался на тебе?

Сбивчиво, перескакивая с пятого на десятое, я поведал о случившемся. Разумеется, без постыдных для меня подробностей. Дескать, на меня напали в темноте, оглушили, а затем, надев этот обруч, принялись шантажировать.

Мамалыгин слушал внимательно, но наводящих вопросов не задавал.

– Понятно...
– Выдвинув ящик стола, он достал обыкновенный электрический фонарик и, отрегулировав какой-то рычажок на корпусе, направил невидимый луч на лоб дремлющего Кителя.

– Ты знаешь этого человека?
– поинтересовался он.

– Это главарь шайки похитителей, - обтекаемо ответил я.

– Это некто Когтев Константин Петрович, по прозвищу Китель, - тихо поправил Мамалыгин, впрочем, безо всякого стремления уличить меня во лжи.
– Один из четырех крупных подпольных воротил города. На будущее старайся избегать с ним конфликтов.
– Он продолжал обводить голову того фонариком.

– Что вы делаете?
– спросил я.

– Блокирую память. Когда он очнется, то забудет все, связанное с тобой. Кстати, вы пришли сюда вдвоем?

– Нет, у подъезда стоит машина, в ней еще трое.

– Они участвуют в этой истории?

– Да.

– Ну-ка, пошли...
– Мамалыгин двинулся к балкону.

Я поплелся следом, подумав внезапно о том, что сейчас навсегда исчезну из памяти Алины. Я вспомнил ее ласки, горячее тело, восторженный взгляд... На миг захотелось упросить Мамалыгина не вмешиваться в память Алины. Но малодушие взяло верх. Зачем мне женщина, видевшая мой позор? И многого ли стоят ее слова о любви? Должно быть, она говорит их каждому либо через одного. А ко мне она приклеилась с единственной целью: поживиться. Все это фальшь. Город битком набит подобными Алинами. У нас с ней было две хорошие ночи, и довольно. Прощай, Алина! Извини, но ты - не мой идеал.

Мамалыгин перегнулся через перила, подзывая меня к себе:

– Эта?

– Она самая. Молочная "Волга".

Хмыкнув, он навел на машину луч фонарика.

Через минуту мы вернулись в комнату.

Китель по-прежнему сидел в кресле в позе истукана.

Мамалыгин распростер перед его лицом ладони, совершая плавные, как бы охватывающие движения, и резко опустил руки.

Китель тотчас встрепенулся и уставился на нас как баран на новые ворота. Моя персона не вызвала у него никакого интереса.