Чтение онлайн

Жизнь никогда не была ещё так несправедлива. Мне написали выговор. Но виновата не я. За пару недель я готовила свой коварный план мести. Дело принципа — доказать, что я здесь не при чём. Что это было тщательно спланированная подстава.

Но как заставить человека признаться в том, что он не хочет? Собрать компромат на эту юную жертву любителей жизни не составило проблем. Как и припереть её к стенке.

Именно тогда, кладя на стол заявление на увольнение пол аккомпанемент плача этой актрисы погорелого театра, я поняла, в чём же я хороша на самом деле.

Ищейка! Стоило сменить с десяток работ, где меня неизменно спасала наблюдательность и смекалка, чтобы понять… Дом с двумя этажами в центре улицы был выбран не случайно. Конечно, кроме того, что это был единственный доступный мне вариант, было в моём убежище ещё кое-что. Не знаю, почему мой загадочный продавец нашпиговал стены таким количеством защитной магии, но я готова петь ему оды дни напролёт.

Кажется, вчера он спас мне жизнь. Если я правильно поняла, вспышка света — это выброс огромного количества энергии. Этакий портал, уносящий свою жертву куда подальше. И если это так, то любого из нас, будь то Демьяна или же меня, могла постигнуть участь того мужика. Он вряд ли был кем-то ценным, но то, что он не просто так пришёл к нам в дом, очевидно.

Почему я решила, что нам ещё повезло отделаться горелым пятном в полу? С утра мы облазили места похищения вдоль и поперёк. Что сказать — огромный кратер выжженной земли метров пять в диаметре и примерно полметра в глубину. Это нечто нереальное. Как возможность появления феникса. Это ведь наша сила!

На обратном пути домой я заметила странную записку с зелёными вензелями. Она была небрежно приколота скрепкой к внешней стороне окна. И стоило ей оказаться у меня в руках, как она просто вспыхнула.

Демьян громко выругался.

— И что это было?

— Ты правда не поняла или притворяешься? — я непонимающе пожала плечами, — такая метка означает только одно. Нас вызывает к себе предсказательница.

Сопротивлялась я до последнего. На небе собирались тяжёлые свинцовые тучи, пугая своими размерами. Я то и дело куталась в своё пальто, сетуя, что у меня нет шарфа. Зато Демьян не страдал от такой ерунды.

Встреча прошла… Странно. Взбередила старые раны старуха-предсказательница. Буквально заглянула в душу. И оставила после своего посещения пустоту.

«Кто-то должен сгореть», — говорила она.

Неужели и правда? Нет, не хочу об этом думать. Я сделаю всё возможное, чтобы избежать такой участи, а в остальном…

Возвращались мы весело и креативно. Стоило произнести заветное «да мы вмиг доберёмся, нас точно никто не будет ждать», как нам посчастливилось собрать все пробки. И уже на въезде на нашу улицу произошло следующее.

Из-за дождя дорогу размыло, и потому и без того долгий транспорт окончательно застопорился. Отчаянный гудок — слева вылетел автобус, надеясь обогнать пробку по «мирной» улице. И застыл прямо перед нашим носом в недокрученном состоянии.

«Ну ни туда, ни сюда», — заворчал Демьян, выкручивая руль, чтобы проехать боком. По встречке пролетела светящаяся машина полицейских. Защитной магией нас отнесло в сторону, отчего вновь загудели сбоку: мы впечатлить в бок нашей «любимой» газельки.

Ору было.

Удивительно, каким красочным и витиеватым может быть мужской сленг, стоит любимой «ласточке» получить царапинку. И как сложно конкретно сказать, что его гложет. К агентству мы пришли злые и очень уставшие. Не знаю лично, как Демьян, а я лично чувствовала себя словно выжатый лимон.

И совсем не ожидала встретить у дома знакомого гостя. Из-под зонта блеснул золотой зуб — старший следователь расплылся в приветственной улыбке.

— Господа следопыты, я только вас и ждал, — и совершенно наглым образом пригласил меня открыть ЕМУ дверь, — дамы вперёд.

Всё ещё ничего не понимая, я услышала то, что поставило меня в тупик.

— Зачем пожаловали? Сейчас у нас технический перерыв. Погода, знаете ли, — проворчал Демьян.

— Ну что вы, что вы. Я не займу у вас много времени. Поверьте, и мы, и вы будете крайне заинтересованы моим предложением, — следователь выразительно посмотрел на меня. Словно узнал мою сущность. Меня пробрала дрожь от этого пристального взгляда. — Да, да, Марьяна Грецен, я знаю ваш маленький секрет. И мне ли не знать, что стоит за вчерашним происшествием? Молчите. А у нас есть деловое предложение. Мы хотим, чтобы вы помогли нам в расследовании. Вас же это не затруднит?

Он по глазам прочитал мой ответ.

Я бессмысленно пялилась в пустоту, пока мне на плечо не опустилась тяжёлая ладонь. Демьян осторожно, стараясь не повредить больное плечо, привлёк меня к себе. Я не нашла в себе сил сопротивляться и откинулась назад. Впитывая горько-пряный запах, который исходил от моего напарника.

Это сложно. Самая неприятная часть работы — это работа с детьми. Наверное, дело в том, что я сама когда-то хотела детей, но о мечте пришлось довольно рано забыть. Я вспоминала, как тяжело было со мной маме, как до последнего она тянула из себя жилы, чтобы защитить меня от всего. Даже от самой себя…

Сгорела она рано, оставив меня одну в этом большом незнакомом мире. Естественно, меня тут же определили в детский дом. Наделили кровом и правом на возможную выплату огромной суммы денег, если я смогу выжить. И это было самое сложное.

Я была просто маленьким ребёнком. Несчастным и беззащитным. Меня почти не били и не калечили, боясь влияния моего отца, Виктора Грецена. Того, кто отказался забрать меня себе. Но неизменно следил за мной.

А этот малыш страдал. Ему было больно, страшно и одиноко. Хоть бы он был жив… потому что на поляне было слишком много крови. Через три дня после прихода следователя нас вновь вызвали участок. Двое молчаливых охранников скрутили решившего оказать сопротивление Демьяна и выбили ему плечо, прежде чем нас затолкали в машину.

И вот мы здесь. Шапочка выцветшего красного цвета с чёрной каймой — она впитала в себя все последние эмоции ребёнка. Ни одна простая ищейка не смогла почувствовать эмоции малыша. Только фениксы так умеют. Что ж, пригласить нас было неплохой идеей.

Кроме того, я смогла указать следы похитителя, чем заслужила уважительный взгляд со стороны полиции. Отделалась головной болью.

И острым нежеланием продолжать вести это дело. Моей минутной слабостью воспользовался Демьян — я просто не смогла устоять. Слишком хорошо было в его объятиях, слишком правильно ощущались его руки у меня на плечах.

Такими нас и застал следователь. К слову, узнали, как его зовут, мы далеко не сразу. Злобин Максим не стал с нами церемониться:

— Голубки! — гаркнул он, переходя на повышенные тона, — будем стоять или делом заниматься? — и уже персонально ко мне. — Направление точное выяснила?

Я лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова. И, не дожидаясь от нас более развёрнутых ответов, следователь направился к своей машине.

— Нам ничего не оставалось, как последовать за ним.

«Ходу, ходу, ходу!» — звенел в ушах голос Злобина.