Чтение онлайн

– Значит, немцы, двадцать два вымпела, несколько линкоров, — констатировал Соренсен.

– Да уж, силища. Видать, за своих поквитаться хотят. На берегу говаривали, что русские хорошенько всыпали им тут недавно.

1915 год. Июль. Киль

Служба Шварцера получила задание срочно отправиться на рейд, где встали вновь прибывшие корабли из флота Открытого моря для проверки минно-торпедного вооружения.

На следующий день Шварцер отправил телеграмму в Берлин, а еще через день лично передал донесение Барле о составе немецкой эскадры. Однако целей похода узнать не удалось.

1915 год. Июль. Штабное судно «Кречет»

Активный радиообмен немцев также не прошел незамеченным для морской радиоразведки.

Одна неосторожно брошенная фраза в эфире раскрыла направление удара.

«Что же, до парижанок нам пока не добраться, начнем с рижанок, а потом приставим спереди „па“», — так неожиданно заканчивалась одна из десятков радиограмм, посланная радистом германского эсминца своему коллеге и, видимо, хорошему приятелю. Были и другие огрехи при радиообмене. Очень часто стал упоминаться небольшой прибрежный городок Пернов.

Сложив очередной пасьянс, руководство службы Особого делопроизводства и Службы связи не поверило своим глазам. Немцы сосредоточили для прорыва очень серьезную группировку.

Совещание командования морскими силами Балтийского моря не заставило себя ждать.

– Господа офицеры, противник явно готовится к прорыву в Рижский залив. Нам надо определиться с возможными целями, которые ставятся данным прорывом, оценить силы прорыва и выработать контрмеры, — начал совещание командующий вице-адмирал Канин.

Слово взял Непенин:

– По данным радиоперехвата и сведениям от агентурной разведки, немцы усилили группировку Генриха Прусского кораблями из флота Открытого моря, включая новейшие линейные крейсеры. По нашей оценке, в операции будут участвовать, по крайней мере, четырнадцать линкоров и дредноутов, порядка восьми крейсеров и более двадцати эсминцев.

– Что же, они решили захватить Ригу с моря? — спросил Канин.

– Десант? Может быть, но десант если и возьмет город, что само по себе маловероятно, то точно его долго не удержит. Необходима войсковая операция. Вот поддержать ее — это вполне посильная задача. Однако армейская разведка утверждает, что немцы не ведут никаких приготовительных действий, — вступил начальник службы Особого делопроизводства Дунин-Барковский. — Это подтверждается и воздушной разведкой флота. Никакого накопления сил противника не наблюдается.

– Какова же тогда цель столь масштабной морской операции? — задался вопросом Канин, пристально оглядывая офицеров из-под своих круглых очков.

– Немцы неоднократно упоминали Пернов в своих радиограммах, — сказал Непенин.

– А что у нас в Пернове, Петр Львович? — обратился Канин к командующему морскими силами Рижского залива Трухачеву.

– Да, собственно, ничего, — ответил тот. — Батарея полевых орудий, сотня казаков и ополченцы, правда, в Пернов иногда заходят наши подводные лодки, особенно старые, много поломок зачастую, и эти поломки не позволяют дойти им до Ревеля. В Пернове удобно, есть небольшая ремонтная база. В последнее время таких случаев стало гораздо больше.

– То есть вы хотите сказать, Петр Львович, немцы решили, что в Пернове находится база подводных лодок? — спросил Непенин.

– Я только предполагаю, однако такая база вполне может стать одной из целей прорыва, особенно если учесть, что подводные лодки изрядно потрепали немцам нервы и являются одной из ключевых частей нашей обороны.

– Предлагаю не разубеждать немцев в ошибочности их суждений. Более того, необходимо активизировать заходы лодок в Пернов. Если немцы прорвутся, то пусть громят несуществующую базу, — живо предложил Непенин.

– А если мы, напротив, убедим немцев в обратном, не отменят ли они в таком случае операцию вообще? — спросил осторожный Канин.

– Во-первых, мы не можем быть абсолютно уверены, что это и есть цель прорыва. Во-вторых, мне кажется, немцы станут атаковать в любом случае, пусть даже в Рижском заливе вообще не будет ни одного корабля. Им нужно продемонстрировать флаг. Пока что германский флот на Балтике выглядит весьма бледно. Кроме того, их коммерческие перевозки постоянно находятся под угрозой, и основная угроза как раз исходит от подлодок, — сказал Непенин.

– Удастся ли удержать Ирбенскую позицию? — озабоченно произнес Канин.

– Без усиления тяжелыми кораблями и английскими лодками это становится проблематичным. Нужно будет выбивать тральщики, а чем? Тактика немцев известна. Они поставят несколько линкоров прикрытия и станут лупить по нашим миноносцам главным калибром, не подпуская их на убойную дистанцию, — сказал Трухачев.

– МГШ не станет ослаблять силы в Финском заливе. Однако требовать усиления просто необходимо, — констатировал Канин. — Итак, господа, ставлю перед силами Рижского залива следующие задачи. Первая: воспрепятствовать проникновению противника через Ирбенский пролив. Вторая: препятствовать высадке противника в районе Пернов — Рига. Третья: не допустить проникновения противника в Моонзунд. Ответственный за исполнение задачи — капитан первого ранга Трухачев. На этом все. Прошу всех приступить к своим обязанностям.

По итогам совещания был направлен рапорт в МГШ.

1915 год. Июль. Рижский залив

Реакция Трухачева не заставила себя ждать. Было принято решение о немедленном выходе на боевые позиции всех имеющихся в наличии надводных сил Рижского залива, а также подводных лодок, в том числе и английских союзников. Кроме того, на возможных направлениях прорыва устанавливались небольшие дополнительные минные банки нерегулярной формы, чтобы затруднить траление.

Обычно осторожный и мягкий Канин с неожиданной решительностью отстаивал у высшего командования идею немедленного перевода линкора «Слава» в Рижский залив. И эта идея была поддержана, несмотря на то что в срочном порядке необходимо было углубить один из фарватеров. Работы велись скрытно, даже командир «Славы» до последнего не знал пути следования.

Однако у немцев тоже были глаза и уши на суше и на море. Германская разведка активно вербовала агентов среди капитанов гражданских судов, оснащала собственные шпионские корабли, которые под видом рыбаков следили за передвижениями в заливах.

Одно из таких судов было специально сконструировано и построено как разведывательно-диверсионное, и ходили на нем сотрудники немецкой разведки. Внешне это судно ничем не отличалось от типичного рыболовного траулера, только было несколько больше в размерах. В недрах же скрывались хитроумно спрятанная радиостанция, телескопически выдвигающиеся антенны, мощнейшие оптические приборы и даже минные скаты. Кроме того, машина позволяла обеспечить ход до 22 узлов. В ведомстве Николаи судно проходило под кодовым названием «Шварц 2», ввиду того что было практически черным, однако в целях конспирации на своем борту никакого имени не несло. Именно с этого судна изначально были замечены неоднократные заходы в Пернов подводных лодок.