Чтение онлайн

Некромант, как я и ожидал, в основном молчал. Он ещё не привык ни к своей высокой должности (в конце концов, никто не ожидал такой ранней для иерарха Культа Смерти кончины, и он не надеялся стать Верховных в ближайшем столетии). К тому же, он ещё не избавился от пиетета к моей персоне и не привык находиться в одном помещении с Его Величеством.

Лич же проявил к задаче, простите за каламбур, более живой интерес.

— Что ж, — проскрипел он, оглядев полу-труп. — Должен признать, то, что вы сделали с телом — впечатляет, магистр Колтри. Казалось бы, несколько простых заклинаний — насколько я разбираюсь в чародействе — но вместе они образовали любопытный эффект. Любопытный — и довольно полезный…

— Идея эффекта принадлежала Его Величеству, — заметил Колтри. — Моё только исполнение.

— Оно значит не меньше, — кивнул скелет. Ему приходилось больше жестикулировать из-за отсутствия лицевых мышц… впрочем, он был не самым общительным существом в городе.

Около часа маги обсуждали проблему на своих, магических, терминах. Мы с Тиллем пытались вслушиваться в их разговор, но на каждом очередном словечке переглядывались и понимали, как мало мы знаем о силе, меняющей мир.

Наконец, они вроде о чём-то договорились. Услышав слова «да, так можно, всё должно получиться», я попросил:

— А теперь можете перевести для непосвящённых?

— Жизнь взаймы, — сообщил Колтри. — Довольно опасная штука. Человек, обработанный подобным заклятием, не может жить за счёт своей жизненной энергии — и потому берёт её у других.

— Случайно… не через кровь? — сощурился я.

— Вы уже слышали об этом заклятии, Ваше Величество? — удивился Колтри.

— Да так… — пробормотал я. — Вспомнил кой-какие старые легенды.

Итак, они предлагали превратить Олди в вампира. Как к такому отнестись?

— Что ж, — определился я. — Именно мне принадлежала идея поднять сэра Олди как нежить. Я знаю, не все здесь были этой идеей довольны — но отступаться я не собираюсь, а альтернатив у нас, похоже, нет.

Все кивнули, каждый по-своему. Тилль явно был не рад моему решению; Колтри относился нейтрально, но, кажется, в нём проснулся дух исследователя, и он хотел провести эксперимент; ну а по Личу вообще сложно было сказать, о чём он думает.

— Делайте всё, что нужно, — закончил я. — Поднимите сэра Олди на ноги — в любом виде. А затем будет видно, к чему это всё нас приведёт.

Конечно, прежде, чем начать непосредственно обращение, мы выяснили кучу деталей и уточнили уйму подробностей.

Да, когда Олди проснётся, это будет именно он, пускай изменённый. Мне, жителю XXI века, доводилось слышать самые разные версии легенд о вампирах, а перспектива впустить в его тело чужеродную сущность, жаждущую крови, совсем не улыбалась.

Нет, он не будет бояться святых символов какой бы то ни было религии. В конце концов, Культ Смерти здесь — не что-то тёмное и запретное (хотя и не пользуется народной любовью), а такая же религия.

Да, он будет бояться солнца — хотя существуют определённые артефакты, которые защитят его от этой слабости. Насчёт чеснока маги ничего не знали, а что до осиновых кольев или серебра — они предположили, что эти вещи убьют его так же, как и любые другие. Хотя, конечно, он всегда сможет залечить даже тяжёлые раны.

Насчёт полётов, превращений в летучих мышей и всего прочего — маги лишь удивлённо поглядели на меня и спросили, где я слышал такую странную легенду. Объективная реальность была такова, что местный вампир мог стать неплохим чародеем — украденная энергия могла быть пущена и на магию — и к тому же имел небольшой гипноз, который помогал ему достать кровь.

В остальном же — никаких чудес. В принципе, он даже особой нежитью не считался.

Итак, весь следующий день прошёл в хлопотах связанных с пробуждением Виаля. Маги чертили на полу лаборатории большую печать, спорили об ингредиентах и их количестве… Я делал приготовления совсем другого рода — распорядился, чтобы его покои в замке были убраны от пыли, накопившейся за время комы, а также позаботился об источнике крови.

С этим, на самом деле, было не так уж и сложно. В подвалах замка сидели преступники и некоторые пленные мятежники. Чем даром кормить их — может, накормить ими другого?

Наступил вечер; солнце ушло за горизонт. Идеальное время для пробуждения вампира. Маги положили тело рыцаря на печать; заклубился дым, зазвучали заклинания…

Я не особо вслушивался в сам ритуал; спустя какое-то время магия перестала казаться мне чудом и стала просто инструментом — и я использовал её. Но вот результат конкретно этого ритуала меня очень даже интересовал.

И сам по себе — я действительно хотел поднять друга на ноги; мне нужны были его таланты, чтобы лучше управлять страной… Но не только.

Как прецедент меня тоже волновало превращение в вампира. Всё-таки… мне нравилось быть королём не только людей, но и других существ. Монстров, нежити… В конце концов! Я правлю фентезийным королевством — с рыцарями и магами! Отчего бы не сделать его ещё более фентезийным?

Наконец, бормотания стихли. Все взволнованно глядели в центр печати…

И тут Виаль открыл глаза.

— Где я?! — он резко сел, тяжело дыша. — Геневис!

Его взгляд упал на меня.

— Геневис, это ты?! — выдохнул он. — Что произошло? Мы победили?

— Победили, — кивнул я. — Успокойся, ты многое пропустил.

— В каком смысле? — не понял он.

— Тебя ранили в той атаке, — пояснил я. — Тебя… мы никак не могли тебя вылечить.

— И меня не было… — до Олди начало доходить.

— Три месяца, Виаль, — из-за моей спины выступил Тилль. — Рад снова видеть тебя. За это время многое произошло и изменилось.

— Тилль? — Виаль удивился ещё больше. — Я думал, вы… давно перестали общаться.

— Потому что так хотел мой отец, — я пожал плечами. — Но теперь я король. Тилль — мой главный советник. Надеюсь, когда ты отправишься от первого шока, ты тоже займёшь долженствующее место у моего трона.

— Но… — Виаль замолчал, помотал головой, затем попытался встать. — Что-то не так. Вы лечили меня магией? Три месяца?..

— Не просто магией сэр Олди, — сказать ему, что мы сотворили, было сложнее, чем сделать.; Колтри помог ему встать. — Это был последний выход не дать вам умереть. Мы соединили умения чародейства и некромантии.

— Некромантии? — в голосе Виаля не было страха или брезгливости — только безграничное удивление. — Так я теперь… Кто? Человек? Или нет?

— Не совсем, — заметил Тилль. — Это было спорное решение. Мы долго его обсуждали, но это был единственный путь.