Чтение онлайн

Возросшее сопротивление войск Красной Армии заставило гитлеровское командование по-новому оценить обстановку и внести некоторые изменения в свои первоначальные планы. Руководство фашистской Германии убедилось, что, несмотря на значительные первоначальные успехи, разгромить войска Красной Армии так и не удалось, молниеносной войны против СССР не получилось. В условиях сильного противодействия войск Западного и Центрального фронтов все соединения группы армий «Центр» были вынуждены в конце июля перейти к обороне и приступить к пополнению и снабжению своих войск, проведению их необходимой перегруппировки.

Верховное командование Сухопутных сил Германии 28 июля направило в войска вермахта документ, в котором излагалась оценка сложившейся на советско-германском фронте обстановки и давались указания на ближайшие цели и задачи: «ОКХ рассчитывает на то, что достижением первой цели операции, указанной в директиве по сосредоточению и развертыванию, основные силы сухопутных войск противника, способные вести боевые действия, разгромлены.

Крупные резервы живой силы и беспощадное использование недостаточно подготовленных новобранцев и в будущем позволят противнику оказывать упорное сопротивление нашему продвижению на важных направлениях (Украина, Москва, Ленинград). Необходимо иметь в виду возможность многочисленных попыток противника наносить контрудары по открытым флангам. Стремление противника создать сплошной фронт обороны между Балтийским и Черным морями и попытка остановить наступление немецкой армии в позиционной войне являются, по-видимому, целью русских в этом году. ОКХ полагает, однако, что военные возможности русских вряд ли окажутся достаточными для выполнения такой задачи. Намерением ОКХ является использовать любой удобный случай для расчленения войск противника и уничтожения их по частям, чтобы не допустить образования сплошного фронта и обеспечить своим войскам свободу маневра для проведения дальнейших операций. Это должно создать предпосылку для овладения важнейшими промышленными районами с тем, чтобы лишить противника возможности материального перевооружения. От операций крупного масштаба следует пока воздержаться» [519] .

К 29 июля во всей Белоруссии неоккупированными остались только Гомельская, Полесская и небольшая часть Бобруйской областей, которые прикрывали войска Центрального фронта. Соединения 13-й армии генерал-майора К. Д. Голубева [520] вели бои на рубежах от Мстиславля до Пропойска. Некоторые ее части еще пробивались из окружения, понеся большие потери в боях на Днепровском рубеже. Войска были измотаны непрерывными боями и бомбежкой с воздуха. Плотность соединений в обороне низкая, укомплектованность дивизий составляла только около 30 %, в войсках имелось 99 орудий, 53 миномета, 290 ручных и 84 станковых пулеметов [521] .

От Пропойска до Днепра развернулись дивизии 25-го механизированного и 67-го стрелкового корпусов 21-й армии. Уже с середины июля им пришлось сдерживать натиск врага в районе Бахань, Веть, Новый Быхов, пытавшегося создать угрозу тылам наступающих войск армии. В этих боях советские части понесли большие потери. Так, к исходу 28 июля 25-й механизированный корпус насчитывал 3461 человека, имел 20 танков Т-34 и 11 Т-26, 36 орудий, 17 минометов, 52 станковых пулемета [522] .

К тому же мехкорпус продолжали раздергивать на части. 29 июля командующий 21-й армией приказал 55-й танковой дивизии к рассвету 31 июля сосредоточиться в районе Тереховки и быть в готовности к наступлению. Но что можно было ожидать от этого невооруженного соединения? К этому времени в его частях имелось только 800 винтовок и один артиллерийский дивизион 152-мм гаубиц. Но дыры в обороне надо было затыкать, поэтому в бой бросалось все, что было под рукой у начальников. С 30 июля 25-й мехкорпус получил задачу занять оборону на 30-км рубеже между Сожем и Пацеей.

На 70-км рубеже Днепровского плацдарма от Рогачева до Стрешина вели бои части 63-го стрелкового корпуса комкора Петровского. Противник при поддержке самоходных орудий и артиллерии предпринял 28 и 29 июля сильные контратаки его частей на всех участках обороны, но воины корпуса отбили все атаки. К этому времени части корпуса местами вклинились в оборону противника до 30 км. Гитлеровцы спешно начали подтягивать в этот район подкрепления и укреплять рубеж Тихиничи, Бронное, Осинники. Учитывая, что части 63-го стрелкового корпуса выдвинулись вперед по отношению к соседям, командующий 21-й армией генерал Ефремов приказал командованию соединения перейти к обороне [523] .

Части 232-й стрелковой дивизии в конце июля занимали рубеж от Здудич до Паричей, 75-я стрелковая дивизия вела бои на мозырском направлении. Для прикрытия открытого (около 30 км) правого фланга 3-й армии на рубеж Проскурня, Горваль был направлен сводный отряд под командованием генерал-майора В. И. Неретина в составе стрелкового и кавалерийского полков. Их поддерживали корабли березинского отряда Пинской военной флотилии.

Выполняя решение Ставки Верховного Командования — оттянуть как можно больше войск группы армий «Центр» со смоленского направления, части 67-го стрелкового корпуса и левого крыла 13-й армии перешли в наступление на Быхов и Бахань. Основной удар наносила 117-я стрелковая дивизия, которой был придан 387-й гаубичный артполк. Перейдя в наступление с рубежа Довск, Зимница, ее части с боями двинулись в направлении Бахань. Рядом продвигались части 187-й и 151-й стрелковых дивизий.

Не ожидавший этого удара противник местами отошел на 45 км. В районе Драгунск, Малая Зимница, Затишье контратакующие части уже встретили сильное сопротивление противника и под артиллерийско-минометным огнем были вынуждены перейти к обороне. Но вскоре, под ударами подошедших к месту боя резервных частей XII армейского корпуса, 187-я и 151-я стрелковые дивизии начали поспешный отход, поставив в тяжелое положение вырвавшуюся вперед 117-ю стрелковую дивизию (командир — полковник И. Л. Хижняк).

Части противника с двух сторон охватили ее фланги, угрожая полностью отрезать дивизию от главных сил. В сложившейся обстановке полковник Хижняк принял решение выделить группу прикрытия и начать отход на юго-восток. С непрерывными тяжелыми боями, неся большие потери в личном составе и технике, не имея связи с армией, остатки дивизии отходили по маршруту Пропойск, Добруш, форсировали реку И путь и двигались далее на землю Брянщины…

Наносили ощутимые удары по противнику и правофланговые части 13-й армии. Генерал Гальдер отмечал в своем дневнике: «Вследствие непрерывных и упорных атак противника танковые соединения не удалось отвести с фронта. 4-ю танковую дивизию пришлось снова ввести в бой в районе Кричева, а полк „Великая Германия“ — в районе Рославля» [524] .

И хотя контрудары соединений армий Центрального фронта не достигли полностью своих целей, пять армейских корпусов (13, 12, 53, 43 и 35-й), некоторые части 2-й танковой группы были скованы активными боевыми действиями наших войск. Однако обстановка в полосе всего Центрального фронта уже не благоприятствовала проведению наступательных операций. Разведывательные данные штабов армий и фронта свидетельствовали о продолжавшемся сосредоточении крупных вражеских сил на флангах и в центре обороны наших войск: у Кричева, Рогачева, Жлобина, на гомельском направлении [525] .

Но верхушка гитлеровской Германии все еще решала: в каком направлении после пополнения и отдыха бросить армады своих танков и авиации? 30 июлякомандованию групп армий была направлена директива № 34, в которой отмечалось: «Ход событий за последние дни, появление крупных неприятельских сил перед фронтом и на флангах центральной группы армий, продовольственное положение и то обстоятельство, что для пополнения 2-й и 3-й танковых групп потребуется примерно 10 дней, вынудили временно отсрочить осуществление задач и целей, поставленных в директиве № 33 от 19.7 и в дополнении к ней от 23.7».