Чтение онлайн

Один из сложнейших вопросов современности — подготовка и одностороннее провозглашение независимости части территории суверенного государства, деятельность международных организаций и лидеров разных стран в условиях противостояния ведущих держав по этому вопросу. В Сербии стремление к независимости давно обнаружил Автономный край Косово и Метохия. Его активно поддерживали США, распространившие своё влияние и на ряд международных организаций, лидеров некоторых европейских государств. Отношения между Приштиной и Белградом проходили разные фазы обострения, включая военные. После 1999 г., казалось, наступил период мира и появилась возможность договориться о новых формах взаимоотношений.

Новый этап в развитии кризиса связан с переговорным процессом между Белградом и албанцами Косова и Метохии под руководством международного посредника Мартти Ахтисаари. Попытка урегулировать албанско-сербские отношения отодвинули на несколько лет провозглашение Приштиной независимости.

Всесторонне рассмотреть вопрос позволяют имеющиеся документы: доклады Генерального секретаря Организации Объединённых Наций о Миссии ООН по делам временной администрации в Косове, ежемесячные доклады Генерального секретаря Организации североатлантического договора об операциях Сил для Косова, обращения Генерального секретаря ООН на имя Председателя Совета Безопасности, отчёты о заседаниях Совета Безопасности ООН, платформа государственной переговорной группы по будущему статусу Косова и Метохии — доклады Международной кризисной группы по выработке окончательного статуса Косова и Метохии, документы по переговорному процессу между албанской и сербской делегациями, выступления руководителей Республики Сербии и Косова в Совете Безопасности ООН, в Народной скупщине, на переговорах о статусе Косова, документы Ассамблеи Косова. Значительное количество документов показывает активную позицию России по вопросу косовского урегулирования: выступления министра иностранных дел России С. В. Лаврова, специального представителя министра иностранных дел России по Балканам А. А. Боцан-Харченко, заявления МИДа России по косовскому урегулированию, выступления постоянного представителя Российской Федерации при ООН В. И. Чуркина на заседании Совета Безопасности ООН. Большинство этих материалов опубликовано в четвёртом томе документов «Албанский фактор кризиса на территории бывшей Югославии» [765] .

Конфликт между Белградом и Приштиной, стремившейся провозгласить независимость в ближайшее время, вызвались урегулировать международные организации. В 2005 г. Генеральный секретарь принял решение оценить положение в Косове и начать обсуждение статуса этой территории. Он назначил господина Кая Эйде (Норвегия) Специальным посланником Генерального секретаря по проведению всеобъемлющего обзора положения в Косове (Сербия и Черногория) в мае 2005 г. Перед посланником была поставлена задача проанализировать ситуацию в Косове и Метохии, чтобы выяснить, имеются ли там условия для перехода к политическому процессу, призванному определить его будущий статус в соответствии с резолюцией 1244 (1999) Совета Безопасности. Он изучал ситуацию в крае, чтобы понять, имеются ли там условия для перехода к политическому процессу, призванному определить его будущий статус в соответствии с резолюцией 1244 (1999) Совета Безопасности и соответствующими заявлениями Председателя. Этот обзор задумывался также для того, чтобы добиться прогресса на местах и содействовать созданию условий, способствующих подвижкам в политическом процессе. Результатом деятельности посланника стал специально подготовленный доклад, который был представлен СБ в июне 2005 г. [766] Конечно, о выполнении стандартов никто не говорил, но форма была соблюдена. В сопроводительном письме Генерального секретаря на имя Председателя Совета Безопасности от 7 октября 2005 г. Кофи Аннан писал: «Как указывается в докладе, господин Эйде пришёл к выводу, что, несмотря на то, что осуществление соответствующих стандартов в Косове является неравномерным, пришло время переходить к следующему этапу политического процесса. С учётом оценки, представленной в докладе, и проведённых мною дальнейших консультаций, в частности с моим Специальным представителем господином Сёреном Ессен-Петерсеном, я согласился с выводом, который сделал господин Эйде. В связи с этим я намерен начать подготовку к возможному назначению, с учётом результатов предстоящих обсуждений в Совете, Специального посланника для руководства процессом определения будущего статуса Косова. При выполнении этих деликатных функций Специальный посланник будет учитывать интересы и опасения данного субрегиона. Я хотел бы подчеркнуть, что осуществление стандартов должно продолжаться, но с большей приверженностью этому делу и с большей результативностью. Прогресс в этой области является непреложным условием успеха и устойчивости любого процесса, связанного с определением будущего статуса» [767] .

Эти события положили начало процессу, в рамках которого нужно было бы определить будущий статус Косова и Метохии, или, другими словами, процессу признания независимости Косова и Метохии, которое и подразумевалось под словами «определить статус». Когда Контактная группа озвучила основные принципы для переговоров между Белградом и Приштиной, а Генеральный секретарь ООН высказал свои рекомендации по ведению переговоров, встал вопрос о руководителе переговорного процесса. 31 октября Генеральный секретарь Кофи Аннан доложил Совету Безопасности о том, что «намерен назначить бывшего президента Финляндии Мартти Ахтисаари своим Специальным посланником, который будет руководить процессом определения будущего статуса Косова» [768] . Именно М. Ахтисаари, слывший знатоком Балкан, возглавил переговорный процесс между делегациями Приштины и Белграда в 2006–2007 гг., а также стал автором предложения о предоставлении Косову независимости.

Стороны стали готовиться к переговорам. Народная скупщина Сербии приняла Резолюцию о мандате политических переговоров, после чего быстро была сформирована специальная Переговорная группа. На основании Резолюции скупщины Переговорная группа приняла общую платформу и сформировала делегацию для первого круга переговоров, который был посвящён децентрализации Сербии. Переговоры со стороны Приштины проводились так называемой Группой единства, которую возглавлял президент Сейдиу.

Сербия в письмах М. Ахтисаари изложила своё видение переговорного процесса и представила конкретные предложения. Белград верил в целесообразность переговоров и в то, что они будут серьёзными, открытыми, хорошо подготовленными и беспристрастными и приведут к всеобъемлющему и долгосрочному решению этого трудного вопроса.

Мартти Ахтисаари считал своей задачей выработать окончательный статус Косова, у которого были бы наибольшие шансы на долгосрочную стабильность и развитие, подготовить и по возможности навязать сторонам принятие пакета соглашений о независимости Косова. Члены сербской делегации вспоминают о том, что Мартти Ахтисаари был пристрастен, благоволил албанской стороне, пытался в частных беседах с сербами уговорить их пойти на уступки [769] .

Тогда, перед началом переговоров в 2006 г., все были уверены, что определение статуса будет во многом зависеть от выполнения стандартов, которые были ранее предложены руководству албанцев в крае. В Белграде полагали, что если стандарты не будут осуществлены, то гарантии индивидуальных прав и свобод, экономическое восстановление и европейская перспектива для населения Косова и Метохии будут невозможны. Однако опубликованный в январе доклад Генерального секретаря ясно давал понять, что произошло заметное замедление темпов осуществления стандартов для Косова. А если быть объективными, то процесс предоставления прав сербам и другим не албанцам вообще и не начинался. Поэтому постепенно международные организации переходили от политики «стандарты до статуса» к политике «стандарты и статус», а затем к политике «статус без выполнения и минимальных стандартов», вероятно, из-за убеждения, что албанское сообщество не в состоянии улучшить стандарты проживания неалбанского населения в Косове и Метохии, а стремление к независимости поддержать надо.

Европейский союз поддержал усилия ООН, предлагая сторонам европейскую перспективу без границ. Европейская комиссия 27 января приняла коммюнике «Западные Балканы на пути в ЕС: закрепление стабильности и рост процветания». Совет министров ЕС посчитал это коммюнике хорошей основой для встречи министров иностранных дел ЕС и западнобалканских стран, которая должна была состояться в марте 2006 г. в Зальцбурге. Европейский союз видел в этом помощь западнобалканским странам практическими мерами, направленными на то, чтобы сделать их планы европейской интеграции более реальными.

20 и 21 февраля, 17 марта, 3 апреля, 4 и 5 мая 2006 г. в Вене состоялись четыре раунда прямых переговоров между Белградом и Приштиной, посвящённые децентрализации функций управления в Косове. 23 мая между сторонами состоялись переговоры по вопросу культурного наследия и культовых объектов, а 31 мая — встреча по экономическим вопросам. Дальнейшие раунды прямых переговоров между представителями Белграда и Приштины о децентрализации, культурном и религиозном наследии, правах общин под руководством Мартти Ахтисаари прошли 7 и 8 сентября.

Сербия разработала платформу переговорного процесса. В частности, она предлагала албанской стороне рассмотреть вопрос предоставления Косову и Метохии существенной автономии, которая бы гарантировалась Общим договором и Конституцией Сербии. Край самостоятельно выполнял бы действия и задачи, необходимые для его внутреннего экономического, социального и культурного развития таким образом, чтобы Косово смогло взять на себя большую часть ответственности за своё экономическое развитие и благосостояние граждан. В рамках самостоятельных прав край располагал бы финансовой автономией, что подразумевает налоговую политику, политику общественных доходов, расходов и вложений. Сербии, в соответствии с этой концепцией разделения полномочий, будут принадлежать функции внешней политики и контроля границ. Сербия сохранила бы определённый набор защитных функций — как в области основных прав, защиты своего религиозного и культурного наследия в крае, так и в области отдельных таможенно-инспекционных функций [770] .

Рабочие группы, созданные для ведения между Приштиной и Белградом прямого диалога по техническим вопросам, не смогли достичь существенного прогресса. Правительство Республики Сербии в конце 2006 г. выступило с инициативой, направленной на продолжение переговоров по вопросу степени и формы будущей автономии для Косова и Метохии в составе Республики Сербии. Представители Косова на автономию, даже существенную, не соглашались. Член переговорной группы, адвокат Александр Симич вспоминал, что Контактная группа сформулировала один странный принцип, который весьма усложнял переговорный процесс. А именно: статус Косова и Метохии не может быть возвращён к положению до агрессии НАТО против Югославии, т. е. до 24 марта 1999 г. Расспросы членов КГ, представителей США, Великобритании, Германии, Франции и Италии, просьба разъяснить его содержание успехом не увенчались. «Никогда мы не получили подтверждение, что тот принцип означает, что КиМ не может находиться в конституционно-правовом поле Республики Сербии» [771] .

Международные организации были обеспокоены «малой вероятностью достижения согласованного решения по вопросу о статусе ввиду позиций обеих договаривающихся сторон: нет никаких признаков того, что, с одной стороны, Сербия готова отказаться от требования сохранения Косова в составе Сербии на условиях автономии, а с другой — что косовские албанцы готовы уступить, сняв требование о предоставлении Косово полной независимости» [772] .

Ноябрьский доклад 2006 г. Генерального секретаря внешне выглядел очень оптимистично, хотя переговоры не привели к каким-либо результатам. Поэтому, чтобы как-то актуализировать вопрос выполнения стандартов, пришлось разработать «Тринадцать приоритетных задач по осуществлению стандартов». Именно они убедительно показывали, что от выполнения стандартов албанцы совсем отказались [773] .