Чтение онлайн

Так, изо дня в день, она шла всё дальше. Иногда её подвозили, все сочувствовали ей, кто-то предлагал поесть с ними, кто-то давал с собой брынзу, хлеб, вяленое мясо. Иногда, завидев реку, Адария отходила от дороги, чтобы привести себя и сына в порядок, помыться, постирать одежду. Она берегла кусок самодельного мыла, поэтому расходовала его очень экономно. Лето было жаркое, и вода в реках почти горячая. Там и ночевали, разведя костёр. Потом снова возвращалась к дороге. Месяцы сменяли друг друга, впереди замаячила осень. За прошедшее время Полат вытянулся, штанишки стали ему коротки, а обувка мала. Дни ещё были тёплые, но ночи с каждым разом становились всё холоднее. Она достала заячьи шкурки, проделала, где нужно, дырочки и вдела в них верёвочки, таким образом смастерив сыну обувь. Главное, чтобы не мёрзли ножки. Полат всё больше старался идти пешком, не позволяя маме брать его на руки.

– Я большой! – коверкая слова, заявил он.

Долгое время на дороге не было путников. Однажды Адария заметила вдали селение с виноградными полями и садами. На окраине стояло одинокое глинобитное строение. Она только стала подходить к дому, как вышла женщина и натравила на Адарию собак. За ней вышли остальные домочадцы.

– Уходи, блудница! Даже не смей приближаться! – закричала она.

Адария прикрыла сына собой. Оскалив зубы, псы долго лаяли, но так и не осмелились напасть на неё, потом нехотя вернулись к своим хозяевам. Адария пошла прочь от этого дома. Нет, она не осуждала их – мало ли что произошло в их жизни. Ту ночь они провели в стогу сена. Ночь была холодной. Адария спала плохо, всё боялась, что сын замёрзнет, поэтому старалась согреть его своим теплом. Вдруг она услышала движение – вокруг стога кто-то ходил. Она испугалась, что собранные стога принадлежат тем людям, и стала осторожно разгребать сено, чтобы оглядеться. Вдруг Адария увидела перед собой волчью морду. Глаза смотрели прямо на неё. Сначала она подумала, что это большая собака, но волк отошёл в сторону, постоял и вдруг завыл. Вокруг раздалось ответное завывание. Потом всё прекратилось. До рассвета Адария не сомкнула глаз. Ранним утром, ещё до восхода солнца, она разбудила сына, и они тронулись в путь. С этой ночи в течение всего пути они часто слышали вой волков. Дошло до того, что, если на одном из привалов они не слышали его, Полат оглядывался и спрашивал, куда подевались волки. Иногда Адарии казалось, что стая преследует именно их и когда-нибудь настигнет свою добычу.

Тогда она снова вернулась на дорогу. Познавая мир, Полат стал задавать много вопросов. Адария всегда рассказывала ему много сказок, но сейчас решила, что пора сыну узнать о героях прошлого и разных царствах. Теперь она много рассказывала сыну о своём отце, не открывая своё родство с ним. Малыш с интересом слушал, что-то переспрашивал. За время проживания в доме стариков она хорошо изучила местный язык и разговаривала с сыном на обоих – и на своём родном, и на языке алтайцев. Поэтому мальчик без проблем освоил оба. Обычно, когда приближались всадники, она заблаговременно уходила с дороги и пережидала в кустарнике. Но в этот раз она не заметила их приближения, разговаривая с сыном и думая о своём. Они не были похожи на алтайцев ни одеждой, ни шлемами. Взяв в руку игрушечный кинжал, в воинственной позе рядом с Адарией стоял её маленький защитник. Всадники остановились.

– Откуда такой славный воин? – рассмеялся один. – Куда держите путь?

– В Нуджикет.

– Нам не совсем туда, но немного подвезём. Всё не пешком идти.

Ехали довольно долго, останавливались, отдыхали, принимали пищу. Конечно, приглашали к еде Адарию с сыном. Каждый старался дать лучший кусок мальчику. На одном из перекрёстков они свернули в сторону. Напоследок распрощались с Полатом, с которым возились всю дорогу и который покорил их сердца своей непосредственностью. Затем обратились к Адарии:

– Иди прямо по дороге. До Нуджикета уже не так далеко. Но если не встретишь попутную повозку, до холодов не доберёшься. Лучше где-то перезимовать. На пути должно быть большое селение. Если придёшь туда, значит, идёшь верно. От него до Нуджикета несколько дней пешком.

Адария была благодарна им за совет. Она даже не предполагала, что уже прошла большую часть пути. Долго ещё смотрела всадникам вслед. Бабушка Фатиха была права, не надо бояться людей – много плохих людей на свете, но хороших больше. Кому, как не ей, это знать. Даже среди разбойников массагетов нашёлся тот, кто не оставил её в беде.

За месяцы скитаний она сильно похудела, лицо загорело, кожа обветрилась. Платье, что сшила ей бабушка Фатиха, давно полиняло под солнцем и болталось на ней, как балахон. Она смело шла по дороге – беспокоиться было не о чем. Уже давно никто не воспринимал её как женщину. Когда еды оставалось совсем мало, она отдавала всё сыну. От осознания, что сын накормлен, она успокаивалась, и её собственный голод притуплялся. Даже Полат заметил эти изменения в маме. В очередной раз, когда она отдала ему последний кусок вяленого мяса, он разделил его и протянул половину ей.

– Мамочка, ты такая худенькая, кушай, мне хватит, – сказал он.

Тогда Адария поняла, что её сын рано повзрослел и уже стал маленьким мужчиной.

Возможно, она добралась бы в Нуджикет до наступления холодов, но помешали осенние дожди. В предгорной равнине, увидев кочевье, она свернула с дороги и направилась к нему. Собаки её не пугали. Во что бы то ни стало она должна найти укрытие от непогоды для сына. Постучала в дверцу юрты. Вышла уже не молодая женщина, явно ожидающая ребёнка.

– Пожалуйста, позвольте моему сыну посидеть у вас, пока не закончится дождь, если можно, покормите его, я всё отработаю, – сказала Адария.

Женщина с интересом оглядела её с ног до головы.

– «Спрячьте от дождя сына, покормите сына», – улыбнувшись, передразнила она Адарию. – А сама что, воздухом питаешься и под дождём не мокнешь? Заходи!

В доме играли дети. Два мальчика и девочка. Она была постарше, поэтому присматривала за младшими. Женщина протянула Адарии во что переодеться.

– Если ты не против, я это выброшу, – сказала она, показывая на её одежду. – Для зимы оно не годится, а до весны что-нибудь придумаем. И для сына твоего кое-что подберём. Куда тебе идти с маленьким ребёнком на зиму глядя. Оставайся, мне тяжело сейчас справляться с хозяйством, поможешь, а как потеплеет, пойдёшь дальше. Скоро муж пригонит скот и поставит вторую юрту. Там и остановишься.

Адария согласилась.

После очередной поездки, не давшей никаких результатов, Ак-Бору вернулся домой. Когда он направлялся к себе, прямо перед ним в покои матери проскользнула молоденькая девушка. У самого входа она приостановилась и, прежде чем скрыться за дверью, бросила на него любопытный, игривый взгляд. Он постоял и тоже направился к матери. Девушка крутилась возле бывшей Хатун.

– Тётушка, я так соскучилась по вас, можно я побуду здесь ещё? – обнимая хозяйку, ласково произнесла она.

– Конечно, можешь, – ответила женщина, – и мне будет не так тоскливо, и в доме станет веселее.

– Матушка, кто это? Что здесь происходит?! – раздался гневный голос Ак-Бору.

Женщина вздрогнула.

– Это племянница, Гуанте. Она решила меня проведать. Разве это запрещено?

– Пусть немедленно убирается прочь из моего дома! – закричал Ак-Бору. – Никто не переступит порог этой резиденции, кроме моей Адарии! Тем более из семейства хана Майсура!

– Прошло уже три года. Пора принять, что Адария умерла, тебе нужно взять жену и успокоиться, – произнесла женщина и сразу пожалела об этом.

Ак-Бору пришёл в ярость.

– Если вы, матушка, решили, что имеете право вмешиваться в мою жизнь и указывать, на ком мне жениться, то лучше для вас было умереть вместе с отцом! Вы знаете закон! Если эта девчонка сейчас же не покинет мой дом, я отправлю вас к вашему брату вместе с ней! И после этого никто не посмеет меня осудить – я должен был это сделать сразу, после смерти отца!