Чтение онлайн

Драконы — невероятно сильная, могущественная раса, живущая в среднем около тысячи лет. Долгое время они оставались полусказочными существами, так как веками предпочитали жить уединенно, и дальше непроходимых гор, названных в их честь, не выбирались. Но год назад, неожиданно для всех, ввязались в военный конфликт. Как оказалось, не просто так: они заключили взаимовыгодный договор с нынешним нашим князем — поддержка драконов в войне против Стааба, а взамен помощь в решении, пожалуй, единственной их проблемы.

Драконы — практически идеальные существа. Живут долго, стареют лишь в последнюю сотню лет, регенерация вызывает зависть у всех остальных рас, разве что кроме вампиров. Но, несмотря на это, величественная древняя раса постепенно вымирает. Драконицы редко беременеют, и даже после этого шанс выносить ребенка крайне низок. Сейчас, по словам вождя драконов, их осталось чуть больше двух тысяч, хотя пятьсот лет назад их было около пяти тысяч. Сами драконы не смогли ничего сделать, им пришлось обратиться за помощью.

Проводить крупное научное исследование вполне логично решили в научном и культурном центре бывших Свободных земель, а ныне королевства Дагомея. Вандея — город, в котором сосредоточено с десяток университетов и академий разной направленности, где же еще решать такую серьезную проблему?

Базой для исследования сделали Темную Академию. Выбор абсолютно субъективный — полгода назад я помогла главе исследования Архелии Марибо, что и повлияло на решение. Светлые, конечно возмущались, но сделать ничего не смогли. Особенно долго упорствовал новоиспеченный ректор Светлой Академии Себастьян Эрриан. Он-то меня и беспокоил, к сожалению, придется с ним работать, несмотря на заочную неприязнь: изучать проблему драконов будут на базе Темной академии, но делать это будут лучшие ученые современности, в числе которых, увы, и светлые. Драконов и Архелию Марибо не интересовали наши со светлыми склоки, они целиком были сосредоточены на результате. Логично, это я могла признать, но при мысли о работе с ректором Светлой академии в груди поднималась буря протеста. Причин было много — как сугубо профессиональных, так и личных. О последних, впрочем, я ни говорить, ни думать не хотела. Но не получалось.

Направляясь в аудиторию, подготовленную для встречи, я кричала, плакала, избивала Себастьяна Эрриана. Все это мысленно, разумеется. Снаружи я сохраняла маску невозмутимости, делала это легко, играючи: за несколько лет работы ректором Темной Академии и еще раньше, работая преподавателем в Салеме, этот навык выработался до автоматизма. Даже самые близкие друзья не могли бы выявить на моем лице волнения.

А между тем я захлебывалась в яростной обиде на Себастьяна Эрриана. Старая, давно заросшая рана вдруг открылась — через столько лет. Я тщательно похоронила свое прошлое, больше десяти лет не возвращалась в место, где родилась, и не видела кровных родственников. Правда, с последними вовсе не горела желанием увидеться вновь, так что сильно не переживала.

Эрриан разрушил мою жизнь, сделал меня черствой, озлобленной и холодной, словно льдина. Когда став моим наваждением, моей любовью — первой, горячей и, как оказалось, единственной, он пробрался в самое сердце, заставил довериться себе… чтобы пройтись по мне разрушительным огнем — жарче, чем огонь драконов. И сейчас мне предстояло встретиться с ним спустя четырнадцать лет.

Так что меня интересовал вопрос — помнит ли он меня так, как помню его я?

Может быть, у него были еще такие влюбленные дурочки, которых он использовал, и я одна в целой череде его любовниц. Вполне вероятно, ведь в прошлом он был очень красив, статен, богат и обаятелен. А что еще нужно для того, чтобы влюбиться юной девушке?..

С трудом погасив рвущуюся наружу магию, я открыла дверь в аудиторию и вошла, равнодушным взглядом мазнув по собравшимся. Для удобства столы сдвинули в форме буквы «П», чтобы каждый мог видеть друг друга и спокойно обсуждать проблему.

Кучкой сидели мои подчиненные, преподаватели Темной Академии. Они недовольно зыркали на светлых, но молчали, вовремя уловив угрожающий взгляд Архелии Марибо. Из темных, пожалуй, дружелюбный вид имел Том, мой незаменимый помощник. Именно он в последнее время вел дела со светлыми. Началось это примерно тогда, когда в противостоящей нам академии сменился ректор.

Ученые и преподаватели из Светлой Академии расположились на противоположной стороне. Было их чуть больше, все-таки там больше как штата, так и студентов. Нынче темная магия не в моде, студенты рвутся к свету.

— Рада приветствовать всех вас в стенах Темной Академии! — громко поздоровалась я, глядя куда-то между светлыми. Ощущение чужого взгляда пронзило так остро, что сердце на пару секунд замерло, чтобы забиться чаще.

Узнал или нет? Я ведь не только внешне изменилась, но и приобрела другое имя — впрочем, он может задуматься и над этим именем.

— Благодарим за оказанное гостеприимство, ректор Маринер, — один из светлых (конечно же, я понимала, кто это) встал и склонил голову. — Надеемся, мы не слишком потревожим вас.

Давай, ректор Темной Академии Рейвен Маринер, подними глаза и посмотри на него! На своего коллегу и одновременно руководителя противостоящего учебного заведения, и только! Забудь, что он твой бывший любовник! Соберись, тряпка!

Сжав зубы, я натянула на лицо вежливую улыбку и посмотрела в глаза Себастьяна Эрриана.

Весь мир взорвался вокруг, но лишь на мгновение, а потом тут же собрался.

Безумие, чистое безумие — видеть его, смотреть в глаза, когда-то самые любимые, и понимать, что этот человек изменил всю мою жизнь.

По моим прикидкам, Эрриану сейчас около тридцати пяти лет. За четырнадцать лет он сделался шире, раздался в плечах, сохранив стройность. Курчавые волосы были острижены, хотя раньше он завязывал их в хвост. Я любила играть с ними, сжимать в порыве страсти… хоть это и длилось всего одну восхитительную ночь. Его сильно изменила бородка, придавая вид какой-то суровый, непривычный. Вряд ли я узнала бы его, встретив на улице. Конечно же, если бы не посмотрела в глаза — ярко-голубые, контрастирующие с черным разлетом густых бровей и темно-каштановых волос.

И, неожиданно даже для меня, темно-серый камзол, привычный скорее для нас, чем для светлых.

— Счастлив наконец познакомиться с вами лично, ректор Маринер, — улыбнулся он.

Не узнал.

Тяжело сглотнув, я улыбнулась в ответ и как можно спокойнее ответила:

— Безусловно, это взаимно.

Ненавижу.

Предательский румянец окрасил щеки в красный цвет — а может, мне просто так казалось. В любом случае, сохранить невозмутимый вид удалось с большим трудом.

— Итак, все в сборе, — кивнула Архелия, задержав взгляд на мне. — Давайте начинать.

Я присела вместе со своими подчиненными, как раз напротив Эрриана. Но в его сторону не смотрела, целиком сосредоточилась на Архелии и двух драконах, сидевших за главным столом.

— Сегодня здесь собрались, — начала Архелия, поудобнее усевшись в центре, — самые умные люди современности, будь то светлые, темные маги и вампиры. В нашей помощи нуждается раса драконов, которая медленно, но верно умирает. Они живут тысячелетие, и поэтому природа позаботилась, чтобы земли не были перенаселены одними драконами — их женщины способны рожать лишь раз в несколько столетий.