Чтение онлайн

Воспоминание об общем прошлом отрезвило и помогло немного сосредоточиться.

Когда-нибудь я расскажу ему. Напомню. Обязательно. Но чем позже это случится, тем спокойнее мне дышалось.

— Очень мило, что ты надел черное, — заметила я.

— Хотел показать свое доброжелательное отношение ко всем темным. А особенно к их прекрасной предводительнице, — коротко рассмеялся Себастьян. — Если бы не наш договор, подумал бы, что ты тоже так показываешь свое расположение.

— А вот и нет! Ни один из вариантов неправильный. — Я быстро показала ему язык так, чтобы успел заметить только он. — Платье было куплено давно, еще до последних условий.

Себастьян вскинул брови и медленно протянул:

— Что же могло убедить очень строго настроенного ректора Академии Темных Чар на бал к светлым нарядиться именно так?

Я неожиданно смутилась, но отступать не стала.

— Наше свидание у тебя дома. Когда мы вдвоем готовили ужин, помнишь?

— Как не помнить… Тот спонтанный и такой страстный поцелуй я никогда не забуду, — низко проговорил Себастьян, вызвав кучу мурашек, которые мог заметить любой из-за того, что платье не предусматривало рукавов.

— В тот день ты с таким мечтательным выражением лица сказал, что хотел бы увидеть меня в чем-то светлом, что я не удержалась. Пошла к модистке на той же неделе.

Себастьян ничего не сказал, но по лицу было видно, что он тронут.

— Ты исполнила одно из главных моих желаний, — проговорил он.

Сердце скакнуло, и я не удержалась от игривого вопроса:

— А что еще ты желаешь?

Рука на талии властно прижала ближе, чем требовал этикет, но мне это нравилось.

— Сейчас все мои желания крутятся вокруг тебя, Рейвен, — пробормотал Себастьян, не отрывая взгляда от моих губ. — Например, хочу подхватить тебя на руки и утащить в какое-нибудь укромное местечко, чтобы не только увидеть, но и почувствовать ртом быстро бьющуюся жилку на твоей шее.

Как поэтично… Мне таких слов еще не говорили. Грегори скорее делал, чем говорил, но ведь Себастьян очень хороший оратор.

А еще тепло внутри, внизу живота, вспыхнуло целым пожаром. Я поняла, что хочу того же, чего и Себастьян.

— Если мы пойдем в твой кабинет, нас никто не побеспокоит? — негромко спросила я, решаясь на отчаянный шаг.

Музыка затихла, и я неохотно отодвинулась от Себастьяна. Мы остались стоять, хотя уже заиграла новая мелодия, и вокруг нас закружились пары.

Некоторое время Себастьян испытующе смотрел на меня, а потом тихо произнес:

— А как же бал?

— Многие видели меня здесь, наблюдали, как я танцую с тобой и мирно общаюсь со светлыми. Этого достаточно. — По крайней мере, я в это верила.

Недолго думая, Себастьян кивнул:

— Через пятнадцать минут жду тебя в моем кабинете.

И, поклонившись, затерялся в толпе.

Я тяжело дышала. Сердце рвалось из груди, а душа пела. Я понимала, что хочу остаться с ним наедине, хочу почувствовать его горячие поцелуи, ласковые касания и негромкий восхищенный голос.

Чтобы занять время, взяла еще один бокал вина и опустошила его, а потом вышла прочь из бальной залы. Сначала поплутала немного, потом наткнулась на знакомый коридор, и дальше шла уже уверенней.

Едва зашла в кабинет, как оказалась в кольце надежных рук. Тьма в кабинете не позволяла увидеть, кто рядом со мной, но голос Себастьяна я узнала бы из сотни.

— Я уже боялся, что ты передумала, — прошептал он, всем телом прижимая меня к двери и ласково касаясь губами до щеки, осторожными поцелуями приближаясь ко рту. — Смелый шаг для такой маленькой трусишки.

Я открыла рот, чтобы возразить, но Себастьян очень ловко этим воспользовался и заглушил возмущения своими губами. Впрочем, я тут же забыла, что хотела сказать, отдавшись в его власть.

Поцелуй сразу же стал глубоким, его язык уверенно покорял новые территории, пока руки ласкали обнаженную кожу плеч, шеи, даже ненадолго переходили на грудь, ставшую чувствительной под платьем. Я отвечала взаимностью, жадно водя ладонями по широким плечам, стаскивая камзол и залезая пальцами под рубашку.

— Себ… — простонала я, когда он ненадолго оторвался от моего рта, обхватил за талию и, подняв над полом, перенес на стол. Я уселась на столешницу и позволила Себастьяну развести мне ноги, чтобы стать еще ближе. Платье и его штаны оставались преградой между нами, но наверняка ненадолго.

— Мне нравится, как ты произносишь мое имя, — хрипло рассмеялся Себастьян, склоняясь надо мной и жадно целуя шею, прикусывая кожу почти до боли — на той самой грани, которая сводила с ума. — Скажи еще раз.

— Себастьян…

— Нет, не так.

Я вцепилась пальцами в его плечи, чувствуя, как его губы скользят от ключицы ниже, почти достигая выреза.

— Себ…

Он еще раз, чуть более сильно, прикусил кожу, заставив меня содрогнуться от наслаждения.

— Боги, как же долго я ждал, чтобы сделать это… Целые годы… Любовь моя, моя Ровена…

Сквозь алую дымку страсти до меня не сразу дошло, что он сказал, но когда это произошло, я мигом остыла. Вожделение сошло на нет, я замерла каменным изваянием. Себастьян это почувствовал и тоже замер.

— Что ты сейчас сказал? — испуганно проговорила я. Нет-нет-нет, мне показалось, он ведь не мог сказать такое…

Эрриан глубоко вздохнул, выравнивая дыхание. Его серьезный голос окончательно разрушил настрой.

— Что ж, если тебе так больше нравится, то я вновь могу называть тебя Рейвен. Но все-таки Ровена мне привычнее.

12.

Приложив усилия, я наполнила магический светильник энергией, осветив кабинет. Из-за волнения вышло гораздо ярче, чем я хотела, и поэтому отлично было видно каждую черточку на лице Эрриана: чуть нахмуренные брови, сурово поджатые губы, недовольный прищур и сеточку морщин в уголках глаз.

— Боги… О, боги… — В защитном жесте я накрыла горло ладонью. — Ты знал.

Он выпрямился, поправил камзол и кивнул.

— Как давно? — Во рту внезапно пересохло.

— С самого начала. — Голос его был сух, но глаза продолжали гореть неостывшим желанием. — Ты думала, я не узнаю свою первую любовь? Даже спустя годы, Ровена.

— Не называй меня так! — воскликнула я, сползая со стола и спешно поправляя платье. В теле догорали остатки желания, теперь я была полностью сосредоточена на своем страхе.