Чтение онлайн

— Я давно выявил её незаконные действия, ещё в Халазаре, — произносит Глафстоун, будто сам не приказывал мне чертить. — Не знаю, как она раздобыла материалы. Я конфисковал карты, которые она сделала в тюрьме. Их сходство с картами, что она представила на Испытаниях Трёх Мечей, очевидно.

— Лжец… — вырывается у меня шёпот. В Академии моё письмо изменилось… разве нет? Этого хватит? Или всё бесполезно? Нет… они используют любые «доказательства», какие захотят.

— Тихо, — шипит Каэлис.

Глафстоун продолжает:

— Простите, я думал, что смогу её исправить. — Театральный вздох. — Но, возможно, стоит радоваться её методам. Иначе как бы мы узнали правду?

— Это, действительно, неопровержимое доказательство, — наконец говорит Равин, передавая карты своему отцу, который остановился рядом. Но вид его — раздражённый. Знает ли он? Сердце грохочет так, что меня мутит.

— Я хочу увидеть эти карты сам, — Каэлис наконец двигается, уходя от меня и направляясь к своей семье. — Я тот, кто курирует арканистов Орикалиса. Я должен судить о сходстве.

— Брат, разве ты не будешь предвзят? — усмехается Равин.

— Схватить её, — приказывает Глафстоун, воспользовавшись тем, что мой защитник больше не преграждает путь.

Стражники бросаются ко мне во главе с Саваном. В его глазах сверкает жестокое торжество: наконец-то я тебя достал. Равин одновременно смещается, загораживая Каэлису дорогу ко мне.

Я отступаю. Их руки тянутся ко мне, а перед глазами — сотни рук из камеры, перепачканной грязью, которую я до сих пор не смыла с кожи, с души.

— Клара… — моё имя, полное предупреждения. Только голос Каэлиса прорывает нарастающую панику. Но уже поздно.

— Пора домой, тварь, — оскаливается Саван. Ликование Глафстоуна не знает границ.

Я резко разворачиваюсь и бегу. Почти достигаю двери, через которую вошла. Но стража быстрее. Они хватают меня, и крик вырывается из моей груди.

Из моей колоды вспыхивает Десятка Жезлов. Я даже не помню, чтобы призывала её, но десять языков пламени обрушиваются на мужчин и женщин, что держали меня. Они валятся назад. Ткань рвётся под их руками, когда они пытаются удержать меня. Моя кожа покрыта созвездиями синяков и царапин.

— Это была Десятка Жезлов?

— Не может быть.

— Разве она всего лишь первогодка?

Шёпот жалит, как пчёлы. Никогда я не была так обнажена. Все видят меня. Знают, кто я — что я. Если останусь, они узнают всё.

Я рвусь к двери, будто она открывается в другой мир, где я в безопасности. Но это лишь задний коридор, где, скорее всего, уже дюжина Стеллис.

В поле зрения выходит Равин, карта в руке. Серебро сверкает. Это Старший Аркан, но какой — я не успеваю понять.

— Довольно.

— Нет. — Я едва успеваю ответить. Моё тело и магия действуют сами. Из моей колоды поднимается серебряная карта. Ржание далёкой лошади эхом проносится по залу, перекрывая шёпот и вздохи толпы.

Наши карты взрываются фонтаном искр и светящейся пыли. Лицо Равина искажается, его рот открывается — но что бы он ни собирался сказать или сделать, я уже не слышу. Свет окутывает меня, и Колесница уносит прочь.

Глава 56

Я падаю на утрамбованную землю двора Дома Звёздной Судьбы с такой же грацией, будто рухнула прямо с неба. Из груди вырывается воздух. Голова кружится. У Сайласа использование его карты выглядело безупречным, но теперь я знаю — к этому нужно привыкнуть. Я сгибаюсь пополам и меня рвёт. Я не уверена, виновато ли телепортирование или же ощущение рук стражников, пытавшихся вернуть меня в Халазар.

Я умру, прежде чем вернусь туда, — думаю я, вытирая губы тыльной стороной ладони. Сердце всё ещё бешено колотится, но губы сжаты в решительную линию.

— Все. В гостиную. Сейчас же! — я распахиваю заднюю дверь и кричу, молясь, чтобы они уже вернулись. Чтобы с ними не случилось ничего дурного.

По лестнице грохочут ноги. Пол надо мной дрожит. Я меряю шагами пространство перед потухшим камином, когда они входят.

— Клара? — Юра ахает, разглядывая мой измученный вид. Я облегчённо выдыхаю, и на миг мой жёсткий фасад трескается, пока я смотрю на них — ещё в гриме и с остатками пудры после нашего бала-маскарада.

— Как ты… — начинает Грегор.

— Что? — в то же время говорит Рен.

— Что случилось? — Бристар разрубает их слова, как её острый взгляд пронзает ночь. В нём тревога и страх. Но и столько сочувствия, что я едва не осыпаюсь, как ребёнок, мечтая о материнских объятиях, которых давно нет. Чтобы кто-то прижал меня и сказал: всё будет хорошо. Но времени на утешение нет. Не тогда, когда часы тикают для всех нас.

— Они знают. — В этих двух словах заключено всё: знают, что я Старший Аркан. Знают, что я та беглянка из Халазара. Знают, что я больше не их марионетка. Судя по ужасу, что проступает на лице Бристар, разглаживая морщины и убирая жёсткие линии у рта, она всё понимает.

— Уходим через горы этой ночью, — объявляет она. — Берите всё, что сможете.

Все бросаются в движение. Никто не задаёт вопросов. Кроме Юры:

— Чистая одежда?

— Пожалуйста. — Мои ноги уже сами ведут меня вперёд, а мысли остаются за многие мили отсюда, в тёмных коридорах Академии Аркан.

Каэлис… Он сказал мне не бежать. Я знала, что он прав. Но что ещё я могла сделать? Теперь всё кончено, не так ли? Наша фиктивная помолвка. Моё время в академии. Наверное, и наше сотрудничество — всё, что у нас было… кем бы мы ни были друг для друга. Каэлис и моё безумное влечение должны быть последним, о чём я думаю, но именно к этому возвращаются мысли на каждом шаге. Я прижимаю ладонь к корсету, чувствуя карту Смерти, всё ещё надёжно спрятанную у моих рёбер. Он не узнает о моём предательстве, пока я не исчезну. Тогда мы станем по-настоящему врагами.

Я замираю на середине лестницы.

В тех тёмных коридорах академии остался ещё кто-то. Тот, о ком Равин теперь знает, что он помогал мне.

— Сайлас, — шепчу я. Юра оборачивается. Я смотрю через плечо, к Бристар. — Я сбежала благодаря ему; Равин и Каэлис оба знают это. Я не знаю, что сделает с ним Равин, но хорошего ждать не стоит.

— Клара…

— Я не могу его оставить, — перебиваю я, заранее слыша в её тоне смесь предостережения и упрёка. — Не после всего, что он сделал, чтобы помочь нам. Я обещала, что не дам ему пострадать.

— Ты не можешь вернуться туда, — Бристар поднимается на ещё одну ступень, и теперь мы смотрим друг другу прямо в глаза. — Если вернёшься, тебя больше никогда не отпустят.

— Для начала им придётся найти меня и поймать, — отрезаю я. — А я за этот год изучила все потайные ходы крепости. Мне нужно лишь добраться до Сайласа. Он выведет нас.

Бристар открывает рот, но я вижу, как решимость тает на её лице, сменяясь раздражением.

— Ты уже всё решила, верно?

— Безоговорочно.