Чтение онлайн

— Тогда иди. Беги так быстро, как сможешь. На споры нет времени.

— В штанах ты двинешься быстрее, — останавливает меня Юра, прежде чем я сорвусь вниз. И я вынуждена согласиться.

Я не трачу время на то, чтобы полностью снять платье. Слишком много шнуровки, да и я не хочу рисковать картой Смерти. Я натягиваю узкие чёрные брюки, затем беру нож и разрезаю юбку прямо под линией, где она вшита в корсет, рву ткань и сбрасываю её. Остатки кружевных рукавов я тоже сдираю, прежде чем Юра протягивает мне свободную рубаху и накидывает на плечи плащ с капюшоном. Она застёгивает его у горла, а я просовываю руки в прорези, чтобы держать его во время того, что я знаю — будет бегом в никуда.

— Мы уже теряли тебя, Клара. — Её взгляд цепляется за мой. — Не дай нам потерять тебя снова.

— Не дам, — клянусь я.

Её пальцы дрожат. Я ловлю их, прежде чем они соскользнут, и рывком притягиваю Юру к себе. Наши руки сжимаются в безмолвных объятиях.

— Лавандовые сконы, — шепчу я ей на ухо. — Вот чего я хочу, когда мы окажемся в следующем убежище.

— Только будь там, чтобы их съесть.

— Буду. А до тех пор — не плачь над пустым гробом.

Она произносит последние слова в унисон со мной, когда я отпускаю её. Я не трачу ни секунды. Сбегаю вниз и почти вырываюсь за дверь, когда Бристар останавливает меня, назвав по имени.

Она стоит у стены под лестницей — и рядом открытая потайная дверь. Я даже не заметила шва в деревянной панели.

— У тебя есть час, не больше. Потом это место будет уничтожено. — В её глазах вспыхивает искра, обещающая превратиться в пламя, что скоро поглотит весь дом. На миг в голову закрадывается дикая мысль: а вдруг именно она сожгла клуб? Но я отбрасываю её. Тогда у Бристар не было причины. По крайней мере, я не могу её назвать… — Мы не можем позволить, чтобы нас нашли, не тогда, когда этот проход ведёт прямо в туннели под городом и наружу.

Я уже видела это. Женщина у потайной двери под лестницей. Видение едва не сбивает меня с ног. Но это не Бристар, а Мать. Арина ещё младенец на её руках. Мы должны идти, — шепчет она, — твой отец скоро придёт. Мы не можем позволить ему найти нас. Я была маленькой, едва выше её пояса. Будь сильной ради меня, Клара. Всё это всего лишь дурной сон.

— Это был мой старый дом? — шепчу я.

Глаза Бристар расширяются.

Те бумаги, что были в карманах юбки, которые я только что срезала — я доверила их Юре. Верховная Леди Клана Башни была той, кто приказал убить мою мать. Символ Клана Башни в комнате, что Твино превратил в мастерскую. Ты же не знаешь больше никаких домов, оставленных кланами, чтобы мы могли взять их под себя? — сказала Юра про это место.

Нет… нет, этого не может быть. Но в голове уже складывается картина. История из времени до моих воспоминаний. Деньги исчезли. Мать оставила удобства. Отец «бросил» нас. Но… а если было наоборот? Что если он не ушёл потому, что ему было всё равно, а из-за тех, кто окружал его?

— Моё имя. То, которое Мать велела нам никогда не произносить. Шеваль…

— Никогда, никогда не называй своё настоящее имя, — рычит Бристар, обрывая меня с той же силой, с какой когда-то Мать внушала нам важность хранить его в секрете. Теперь этот секрет обретает новый смысл. Появляется причина, почему она так яростно его защищала.

— Я что, бастард Клана Башни? — ужасный вопрос вырывается прежде, чем я успеваю подумать.

Бристар сокращает дистанцию, хватает меня за руку.

— Не задавай вопросов, на которые не хочешь знать ответ.

Но я хочу. Хочу всё знать. Мать никогда не говорила об Отце… вот почему? Бристар утверждала, что не была близка с Матерью, но, может, она знала моего отца, и именно так получила этот дом? Может, из-за него — из-за её связи с ним, из-за того, что Арина и я вообще появились на свет — Мать убили? У меня сотни вопросов, но они застревают в горле, отказываясь высвободиться. Потому что…

— У меня, нет времени на это, — я вырываю руку из её хватки, сверля её злым взглядом. Может, мой гнев направлен не туда. Я не знаю. Но он переполняет меня. — Когда я вернусь… когда мы все будем в безопасности, ты расскажешь мне всё. Хранители Миров. Моя мать. Моя кровь. Всё, что знаешь. Больше никаких секретов.

— Больше никаких секретов, — подтверждает Бристар. И я вижу, что она говорит серьёзно.

Со злым шумом я поворачиваюсь к парадной двери.

— Час, Клара.

— Мне и половины не понадобится. — Я захлопываю за собой дверь, поправляю капюшон и бегу по городу.

Я бегу, будто за мной гонятся все стражники Халазара. Будто вся свора волков напала на мой след. Я мчусь по улицам, которые знаю с детства. Слишком знакомым. И теперь болезненно знакомым.

Был ли это мой дом?

Какой бы была моя жизнь, если бы не козни Клана Башни и короны, которой он служит? Мои ногти врезаются в ладони, оставляя полумесяцы, и я бегу быстрее, превращаясь в тень. Я бегу по стопам Арины, по стопам Матери… по стопам бесчисленных людей до меня. Людей, которые тоже хотели закричать от всей этой жестокости. От того, что весь мир — словно пороховая мельница, а мы — её ингредиенты, которых невидимая рука снова и снова перемалывает в пыль.

Я бегу, пока не достигаю разрушенного входа в проход у конца моста. Одной рукой держусь за бок, другой упираюсь в обломок камня, сгибаюсь, едва не снова вырывая. Я горю изнутри. Всё во мне кричит. Но я молчу, кроме рваного дыхания. Взгляд впивается в академию на горизонте, в её почерневший силуэт на фоне тьмы. Под ладонью остаётся карта Смерти. Как обещание. И как угроза.

Через ворота я спускаюсь снова, в тёмные туннели этого проклятого места. Перехожу мост и оказываюсь в логове того, кто возвёл меня в благородство… не зная, что кровь дворян, возможно, и так течёт в моих жилах. Увижу ли я Каэлиса снова? Хочу ли я этого вообще? Часть меня жаждет того, чего могло бы быть, если бы судьба была хоть чуточку добрее. Но я не уверена, что эта часть когда-нибудь победит.

Судьба тут же испытывает меня.

Каэлис стоит на моём пути. Я останавливаюсь, моргаю, будто он — призрак, которого я вызвала одной мыслью. Но он не исчезает. Лишь смотрит.

Может, он знал, что я приду сюда. Но даже если так… найти путь, который выберу я, в этом чудовище-лабиринте почти невозможно. И всё же мы здесь. В серебряном свете луны, падающем сквозь паутину окон. Мы на противоположных концах короткого коридора. Его тёмные глаза встречают жар моих.

Мои пальцы дёргаются от магии. Но ни одна карта не поднимается из колоды. Он тоже не двигается. Воздух застыл, и само время затаило дыхание.

Я должна была любоваться им чаще, пока могла. Должна была запомнить каждую деталь алого шитья. Серебряные нити, что удерживают пуговицы его камзола. Волосы, в лунном свете отливающие тёмно-фиолетовым, падающие на глаза. Я должна была без стыда наслаждаться им чаще. Забить на мораль и сомнения, утонуть в пороке и желании, пока знание не разрушило наши шансы.

Он тихо ругается, отворачиваясь. Заклятие рушится. Почти как разрешение.

Я иду прочь. Каэлис двигается одновременно со мной. Я замираю. Он тоже. Беги, — шепчет одна часть меня. Останься, — умоляет другая, предательская.