Чтение онлайн

с Арсладом.

— Для этого нужно только одно. Признай меня своей кровью. Как я признал тебя и войди в мою семью, как и Арслад.

Я смотрел на ректора и не знал, что ответить. Темный вампир, фанд, ректор академии и советник темного Владыки звал меня в свою семью.

Ректор был довольно крупным мужчиной, если сравнивать с вампирами, но не такой мощный, как черные демоны. В его движениях ощущалась неуловимая кошачья грация, которой обладают только тренированные бойцы. Черный пиджак из мягкого твида совсем ему не мешал. Напротив, его глаза из темно-карих казались совсем черными.

— Я могу подумать немного? — спросил, опасаясь его гнева. Найро кивнул.

Почему-то всегда от темных я ждал вспышки ярости, казалось они сразу способны броситься в бой и убить. Но почему-то именно темные хотят привлечь меня на свою сторону. Причину этого я понять не мог.

Я сопротивлялся, но Найро я чувствовал иначе. Как и Арслада.

Сначала я думал, что это из-за сильной сущности, которую выделяешь даже в толпе. Или из-за спокойного, уверенного и властного взгляда и осанки, выдающей не только аристократа, но и лидера, фактически того, чьим приказам я смогу подчиниться. Если посчитаю их разумными. С дисциплиной у меня не очень хорошо и такого, чтобы я послушался, удостаивались очень немногие. Всегда слушал отца и мать, в чем-то частных преподавателей и пожалуй, все.

Мало кто может быть для меня авторитетом. А вот сейчас я прислушиваюсь к себе, прислушиваюсь к Найро. Мне важно его мнение и сейчас я мог получить такую возможность…

Но это не мое — искать выгоду. Именно выгода меня всегда отталкивает.

Я слишком гордый.

А Лир предательски молчал. Тоже испытывает меня? Досадно.

— Не могу ответить на ваш вопрос, не посоветовавшись с отцом, — посмотрел в его глаза серьезным и колючим взглядом.

Правильно, кто он, и кто я. Всего лишь захудалый полукровка, которого не признает эльфийский род. Я даже никогда не был у эльфов. Как возможно не смогу посетить владения отца. У меня есть только Арслад и что бы ни говорил Найро, предать Арслада я не могу. Ему не удастся меня купить, даже при высоких ставках.

— Арс не будет против, мы братья несмотря на обстоятельства. Брата я никому не позволю тронуть, впрочем Арс прекрасно за себя постоит. Но это только твое решение. Здесь никто не может ничего посоветовать.

Я угрюмо молчал. Найро усмехнулся и подошел к шкафу, перебирал склянки отвернувшись от меня.

Фактически подставил спину. Глупо, но на столе лежал нож. Я могу двигаться очень быстро. Он проверяет меня? Нельзя поворачиваться спиной к врагу. К темному или светлому. Я чувствовал себя как несмышленый щенок, которого воспитавший волк учит нападать на волков на своем примере. Ну или просто учит бою. Да только этот волк авторитет для щенка. И щенок уже давно доверил ему жизнь и простит покусы. Пусть я глуп, даже если это последний шанс от него сбежать, я не воспользуюсь. Здесь я в его власти, а он может отнестись ко мне как к простому светлому или просто убить меня.

Но его широкая спина, мощная фигура внушали надежду на защиту несмотря на то, что я о нем думал. Он действительно как зверь. Как очень сильный волк, а я всего лишь беспомощный щенок. Мне стало стыдно за свое поведение и за то, что сомневался в нем. За свои мысли. Вообще вся эта ситуация с ножом крайне неловкая. Да, он может развернуться за долю секунды, но я не хочу иметь такую славу. Бить в спину не мое. Так поступают трусы. Мне неловко, если я вызвал такие подозрения.

Он все сказал, но что ответить мне?

Я встал и подошел к нему, не зная как все объяснить. Он для меня важен и не совсем чужой, просто другой. На первом месте все равно Арслад. Он замер, но так и не повернулся ко мне.

Голос его внезапно стал глухим. Знаменитый своей выдержкой фанд волновался.

— Я тебе помогу. Представь, что каким то чудом победили светлые, например ваш светлый принц, а меня казнят посреди площади. Избитого, в антимагических браслетах привязали к столбу и хотят сжечь. Что ты почувствуешь и сделаешь в ответ мне знать не обязательно. Просто скажи да или нет.

Мои чувства описать невозможно. Они вспыхнули как пламя и обострились до предела. Я почувствовал такую боль, будто все, что он сказал уже случилось. Будто я снова терял отца.

Боль. Страх за него. Ярость. Неверие, что такое могло случиться с ним, но словно случается на глазах. И точно знаю, что я с этим не смирюсь. Буду бороться за него с целым миром. Он МОЙ!

Я стоял очень близко, но казалось, что вот — вот потеряю. Судорожно вцепился в него, обнял со спины за грудную клетку и… обнял крыльями.

Чтобы не сбежал. Чтобы не отобрали. Чтобы защитить и заслонить его собой.

Меня била крупная дрожь и я уже не соображал, что делаю. Не понимал, что обернулся высшим вампиром. Даже наличие крыльев воспринималось как должное. Одна цель — защитить его.

Он мой волк. Пусть дикий, пусть темный, но мой.

Нет, конечно я не оборотень и это лишь сравнение, но я не знал как это называется у вампиров. Просто он моя стая.

— Лари… — ошарашенно пробормотал Найро.

Я не мог ответить, не мог успокоиться. Будто разучился говорить и думать. Зато стал намного сильнее и понял главное — мы семья.

Найро:

Я и не предполагал, что будет так трудно. Темные понимали с полуслова. А он светлый. Он ничего не знает о вампирах и вообще эльфы ненавидят нас больше всего.

Удивительно, но эти лицемеры ненавидят нас даже больше, чем демонов.

А ведь вампиры никогда не предадут семью. Во многом даже более благородны, чем эльфы. Взять к примеру Лари. Если бы убили только герцога, я бы заподозрил дальних родственников. Без отца он не смог бы попасть в родовые поместья, а эльфы те еще интриганы и добились бы законного лишения его наследства. Но нет, я подозревал самого короля. У Альгелерия был сын, наследник. Лари мог составить ему конкуренцию. Да и его отец имел все права на трон. Остаться единственным и неповторимым вполне в духе эльфов. Им мешал именно Лари. Эльфы подозрительны и если с их принцем случится несчастье, альтернативы нет. Многоходовая комбинация, чтобы убрать всех наследников начиналась бы с их принца. Однако и его они отправили в академию. Я еще не понял почему. И все же Альгелерий действительно родной дядя Лари. Он вызывал больше всего подозрений. Убить родного брата и организовать покушение на племянника вполне ему по силам.

Не скажу, что такого не было у демонов, но у темных все равно все не так. У нас бушуют чувства, к тому же у демонов по большей части в заговорах участвовали женщины, а они слишком импульсивны. Там же холодный расчет. И пусть я любил выверенные решения, убить невиновного мальчишку слишком цинично, как впрочем и его отца. Керален мог жениться на магичке только по любви и знал на что шел, теряя право на корону.

Когда первый раз увидел Лари, почувствовал злость. Слабак! Не он первый, не он последний тщедушный светлый. Что же меня так задело? Сейчас я знаю ответ — родная кровь. Она кипит рядом с Арсладом и Лариэлем. Потому что мы не можем договориться о мире. У меня есть дочь, мать, отец, клан фандов. Есть мои рабыни. Но вампирская кровь требует именно свою родню. Прайд. У дочери своя семья, мать принадлежит отцу и мы видимся редко.

Арслад и Лари единственные могут войти в мой прайд и моя сущность тянется к ним.

А они светлые. Насмешка судьбы. С этим я ничего не смогу сделать. Родная вампирская кровь ощущается очень остро. Я нашел их и они мои. У нас могут быть общие цели, доверие, сила. Даже не так, нам просто хорошо вместе, они те, кого может послушать моя сущность и не убить в гневе. Они те, за кого я буду сражаться при любом раскладе. Именно поэтому даже Владыки Темной империи стараются не трогать светлых вампиров.