Чтение онлайн

И в тот раз хватило ума просто проигнорировать ядовитый выпад. Просто грустно выдохнуть, а там пусть думают что хотят. По крайней мере, мне удалось доказать, что я хоть чего-то да стою. Этим я себя и утешала, когда собирала вещи и, сидя в столовой немногим позже, размазывала обед вилкой по тарелке, до тех пор, пока подруги ко мне не присоединились.

– Слышали, ты пресветлому вызов бросила?
– сходу начала Сердолика, чем-то недовольная. Видимо тем, что мне Пренития целых шесть часов созерцать пришлось. Знала бы она, с какой бы радостью я ей уступила такую честь.

– Допустим.

– Ну и кто победил? Любовь или дружба?
– перехватила инициативу как всегда веселая и бодрая Иолита.

Вслед за настроением аппетит тоже исчез. Вилка полетела в тарелку, ножки стула скрипнули по полу.

– С такими подругами врагов не надо.
– Буркнула я, уходя.

Из последних сил я старалась не расплакаться, бредя к тренировочному полю и пиная мелкие камешки, попавшие под ноги. И ведь даже толком не понимала почему. То ли от обиды, то ли от досады, то ли еще от чего. Но в одном можно быть уверенной, причина в Везувиане. Я отчаянно желала его увидеть. И сейчас, и в лаборатории. Никогда в жизни мне так сильно не хотелось, чтобы Везувиан Брагденвиль явил свой прекрасный лик и поддержал, отчитал или даже выпорол за что-нибудь. Может быть, даже в кое то веки порадовался за меня. Если совсем душой не кривить, мне просто хотелось увидеть его улыбку. На худой конец, прекрасные глаза и не важно, что в них будет отражаться. Мысли путались, и в голову даже закралась идея, что все это из-за моего утреннего малодушия. Сначала из дома его сбежала, потом на главное построение не явилась. Сама же решила его избегать, сама получается и виновата, а что-либо исправлять поздно. А даже если и не поздно, то, что я ему скажу? И по закону подлости, сейчас кто-нибудь уже должен был вмешаться, но этого к несчастью не произошло, так что до практических занятий, я продолжала раздумывать над ситуацией. Да и во время тоже. Просто автоматически выполняла все, о чем просил Зверь. Сначала отрабатывалось перемещение мелких предметов, потом тех, что покрупнее, потом заставляли летать мышей и кошек, и только когда дело дошло до так называемого транспорта, коим сегодня были метлы, я опомнилась. И только потому, что метла с первой попытки скользнула мне в руку, а за спиной опять раздался возмущенный ропот, что такого не может быть, и мне точно кто-то помог. А если и не помог, значит тут какая-то хитрость, типа летного порошка или одного из моих таинственных зелий. Зверь с неудовольствием осматривал летный инвентарь, после чего заявил что все чисто, и ничего такого с метлой не произошло.

– Круг над полем.
– Заявил препод, указав на небо.

И все. Больше никаких указаний. Как управлять, как высоко лететь, Хирилл его знает. И разбираться придется самостоятельно. А вот будь я светлым адептом, обязательно бы еще и схему полета выдал. Я обреченно покосилась на двенадцатый курс, что скалил зубы, предвкушая, как я разобьюсь. Если вообще смогу взлететь. Причем скалились все кроме подруг, даже те, кто все еще тренировался на кошках и без особого успеха. Взгляд уперся в инвентарь, зависший параллельно земле, в уме просчитывались варианты, с какой стороны вообще на него садиться, а главное, что делать дальше. С другой стороны, метла не дракон, значит, тут все зависит от меня, а не от дурного настроения транспортного средства. Как направлю, так и будет лететь, но как тогда регулировать скорость? И смогу ли я вообще это делать одной рукой? Хотя, там вроде есть какие-то специальные заклинания, которые почему-то забылись, а если честно, я их вообще не особо и запоминала. Положившись на авось и то, что я опытный и квалифицированный драконий наездник, сделала первый шаг к метле. В конце концов, я Дарквейн, а моя семья основала лучшую летную школу не только в королевстве даирском, а на всем архипелаге. Так что у меня теперь два выхода: свернуть себе шею или выполнить хириллов круг над полем с блеском. И все-таки метла не дракон, даже по ощущениям. Сидеть на узком черенке неудобно, при классической посадке держаться приходится обеими руками. При боковой и подавно. А уж говорить насколько последний вариант травмоопасный вообще не стоит. А улыбки на лицах становились все шире. И это выводило из себя настолько сильно, что я плюнула на все, обняла метлу коленями и одной рукой направила чуть вверх. Совсем чуть-чуть, но в следующий миг земля ушла из-под ног, ветер засвистел в ушах, а я неслась навстречу солнцу. И это ощущение полета, этой легкости, независимости, когда все остальное становится незначительным, несущественным, далеким и ненужным, когда земля становится лишь ориентиром, а не опорой, не променяю ничто другое. Пусть это лишь первое мгновение, но вместе с устремившимся ввысь животным с плеч словно падали все горести, привязанные к земле собственной тяжестью и не способные до меня дотянуться. Только ветер, только синева неба, только я. Абсолютная и безграничная свобода. И метла просто бездушный инструмент, который веду я, и только я решаю с какой скоростью лететь, давлением на черенок, указывая направление! Каламея, как все просто оказалось!

Ощущение полета пьянило, и одного круга мне показалось мало. Со свистом пролетела я мимо сокурсников и вновь набирала высоту. Но самым сложным оказалось приземлиться. Потому что метла была категорически против! Из-за чего мы с ней чуть не рухнули на землю с высоты третьего этажа, а потом я чуть не упустила момент, когда ее следовало выровнять, и черенок почти пропахал землю. Ладно. С такой техникой полета разбираться будем позже, сейчас у меня был повод для радости, что я чуть не расцеловала инвентарь, что подарил такое долгожданное ощущение легкости и свободы.

Улыбок больше не было, только очередные возгласы, что такого не бывает.

– А если так?
– Теперь уже я улыбалась от уха до уха, готовясь скороговоркой выпалить заклинание из числа высших и для большей части двенадцатого курса запрещенных.
– Кьерего-та-рих-арвас-дит-парват-ли-шель-риэтто-несс!

Спину в районе лопаток пронзила резкая боль, а через мгновение там же затрещала ткань от прорывающихся наружу чешуйчато-пернатых крыльев. И вот это синее и вполне материальное великолепие развернулось за спиной, что у меня перехватило дух от восхищения. Столько раз я видела, как мастера-наездники в летной школе делают это, сколько мечтала, когда-нибудь сделать что-нибудь подобное, и вот, наконец, дождалась! Но радость была не долгой, потому что послышался изумленный свист у деревьев на кромке поля. Хирилловы Морион и Райдолин стояли там и наблюдали за процессом. И вот даже интересно, как давно они тут, и почему я их раньше не заметила.

– Выскочка.
– Вмешался в мои раздумья Лурис, что до сих пор не мог заставить лететь мышонка.

– Слабак!
– победно заявила ведьма, поворачиваясь к нему и напрочь позабыв о короле и его ручном маге.

– Дарквейн!
– взревел Зверь так, что стало страшно.
– Крылья сверни!

– Мне можно!
– возмущению моему не было предела.
– У меня плащ наездника!

– И мозги куриные.
– Раздался гораздо ближе, чем от дерева самый ненавистный голос последних дней. У меня даже руки в кулаки сжались, но я героически сдержалась от каких-либо действий, а уж тем более слов. А Райдолин, судя по торопливым шагам все приближался.
– Ведьма, ты хоть знаешь...

– Насколько это опасно?
– вот теперь, я обернулась, да так, что шаркнула крылом по лику пресветлого. И да, на то и был расчет.
– Осведомлена, могу представить подробный отчет.
– Он, было, снова открыл рот, но ведьма нагло перебила, стараясь сдерживать злость. Да только его присутствие приводило в бешенство.
– Воздержитесь от советов, куда и как лететь тоже разберусь!

– Понеслось.
– Выдохнул Зверь.
– Так, лети, Дарквейн, лети!
– препод тоже едва сдерживался.
– Разобьешься, твои проблемы.

– Не переживайте, такого удовольствия не доставлю.
– Фыркнула я.

Все затаили дыхание. На лицах Зверя и магистра светлой магии высшей категории отразилось торжество победы. Видимо, они рассчитывали на шутовское зрелище с маханием руками и прыжками в надежде оторваться от земли. А вот и не угадали. У нас в летной школе я такого не видела ни разу, а со слов мастеров и из книжек по теории полета знаю, что все дело в том, чтобы заставить крылья прийти в движении с помощью мышц. Вот только никто не говорил, что будет так сложно. Но даже спустя пару минут, когда некоторые уже откровенно посмеивались над тем, что крылья даже не дернулись ни разу, я рук не упускала. Так или иначе, я полечу. Просто надо сосредоточиться и собраться с силами. Это так же, как зажечь свечку усилием мысли. Вот только тратить на это целый год не в моих интересах. Эти крылья часть меня, как еще одни руки или ноги, а значит, я могу ими управлять. Как говорил Алансу Роули: "Не надо думать головой, думать надо сердцем. Сила всего лишь инструмент, и либо ты будешь управлять ею, либо она тобой, и в том случае ничего хорошего не выйдет. Надо всего лишь заставить ее подчиняться желаниям твоего сердца". И так, пункт первый не думать. Вообще. Ни головой, ни сердцем, ни о Виане, ни о проклятом Пренитии, стоящим над душой, которого очень хочется приложить идеальным ликом к грязной земле. Не думать, только не думать! Все мое сознание должно быть охвачено желанием. Одним единственным желанием свободы, идущим из самого сердца. То чего я хочу больше всего на свете. Свобода, независимость, оторваться от земли, от проблем, что тянут вниз, и взмыть так высоко, как только возможно. Сбежать из этого хириллова царства хотя бы на минуту. Как в легенде о драконах. Порождения злого ума Злобного Хирилла, созданные чтобы разрушить царство Светлой Каламеи, столетиями держались на привязи в темных подземельях его замка, пока в один прекрасный день не проявили свою силу, и на своих могучих крыльях не вырвались на свободу.

И о! Чудо! Крылья дернулись! И снова был полет! Правда, оказался он недолгим. Через пару минут контроль был утерян, крылья исчезли, а кто-то очень стремительно падал на землю. Но это было не так важно! Главное что у меня получилось. А приземление дело техники. В этом не было ничего страшного. Я и раньше падала. С драконов, с грифонов, со стен стадиона, много откуда. Просто необходимо правильно сгруппироваться, пару раз кувыркнуться после столкновения с землей и ничего себе не сломать. А потом встать, отряхнуться, сделать вид, что вопли Зверя не достигли ушей, и вновь расправить крылья. Две минуты это слишком мало. Во что бы то ни стало, я обязана увеличить время полета.

Попыток было пять. И за них я успела перемазаться в грязи, изваляться в траве, разбить губу, дважды больно приземлиться на спину и один раз на крышу учебного корпуса, вывихнуть лодыжку, но так и не смогла перейти порог в пять минут полета. И вот в пятый раз лежа на земле, я прикрыла глаза ладонью, чтобы никто не увидел слез, навернувшихся от досады, и размышляя, что же делаю не так. И дело не в низком уровне магии, ведь если бы все обстояло именно так, у меня не хватило бы сил вообще развернуть крылья.

– Дарквейн, встать можешь?
– послышался голос преподавателя, все еще маявшегося с теми, кто "не дорос" до метлы.

– Могу!
– отозвалась я, не поднимаясь с травы.

– И в чем проблема?

Да ни в чем! Обидно до жути. Но сказать пришлось совершенно иное.

– Пять минут на восстановление сил!

И от меня отстали. Была бы я светлой, вокруг бы уже все суетились, охали и ахали, оказывали первую помощь. Но нет. На факультете темных ты либо выживаешь своими силами, либо вылетаешь из Академии, либо сворачиваешь себе шею. Тут никто никому не помогает. Потому темных так мало.