Чтение онлайн

– Рубина, - маг едва сдерживался.
– Просто признай, что сама виновата. Ты ведь знала, что одна сестра уже отравилась, и все равно заставила пережить это снова.

– Я не Хиберия!
– взвизгнула я, подскакивая.
– Я всего лишь хотела выжить!

– Ты могла попросить о помощи! Не меня, так Везувиана!

– Во-первых, ты мне вообще никто!
– перешла я в наступление, тыча пальцем в широкую грудь.
– Во-вторых, попросила, и ты помог.
– Маг под моим напором стал отступать.
– В-третьих, ты прекрасно видел, что он глух к моим просьбам и мольбам! А ведь я умоляла не трогать Лайнуса. Просила позволить самой разобраться. И каков результат?! Мало того, что я во всем крайняя, так он на меня еще и руку поднял! И этого я не прощу ни за что в жизни.

– Прекрати себя так вести!
– мужчина окончательно рассвирепел.
– Тебя давно уже отпустило!

– Уверены?
– усмехнулась я.

– Абсолютно.

– А в голову не приходило, что я могла, ну даже не знаю, как сказать... Еще чем-то травануться?

– Лжешь!
– выпалил он, и тут же метнулся ко мне, буквально повалив на стол и схватив за подбородок с такой силой, что вырваться возможным не представлялось.

Хлопок, дым, и кому-то тут явно придется оправдываться повторно. Не мне. Меня ведь никто слушать не станет.

– Райдолин!
– резкий окрик Мориона.
– Если ты не желаешь жениться на герцогине немедленно, советую отойти.

Какой дельный совет. Да только последовали ему не сразу. Когда маг отошел, я спокойно села, благодарно кивнув Мориону. А вот на Везувиана посмотреть не смогла. И не только из-за проснувшейся совести. Обида оказалась в разы сильнее.

– Герцогиня уже протрезвела?
– Морион повернулся к светлому.

– Боюсь, что нет.
– Печально выдохнул Райдолин.

Именно это заставило Везувиана перестать стоять столбом, оттолкнуть Райдолина и нависнуть надо мной.

– Руки!
– предупреждающе зашипела я.
– Или клянусь, отравлюсь такой дрянью, что не откачаешь.

Подействовало. По брагденвильским скулам заходили желваки, глазки заметались из стороны в сторону, но Виан меня не тронул. Просто буравил взглядом. И снова звон колокольчика позволил мне смыться от расправы. Да, варить три зелья одновременно для некоторых далеко не предел. Особенно когда рецептуру знаешь наизусть. А вот это вообще уже готово. И пока обезболивающий эликсир разливался по сосудам, три взбешенных мужчины прожигали мою спину взглядами. И это очень раздражало. Увы, запретить я им не могла.

Совсем некстати резко накрыл последний побочный эффект от яда. Левую руку свело болезненной судорогой, из пальцев выскользнул пузырек, расплескав обжигающее содержимое по моей же одежде, и разбился, а с губ сорвался стон. Ко всему прочему я чуть не нырнула в котел. Нет, в мои планы не входило привлекать еще больше внимания, оно как-то само получилось.

– Руби!
– моментально подлетел Виан.

– Который час?
– шипя, ведьма шарахнулась от него в сторону.

– Что?

– Время!
– зажимая ту самую ранку, что сейчас просто пылала на левом запястье, я требовала ответа.

Мужчины непонимающе переглядывались.

– Почти десять.

Кто из них дал ответ, я так и не поняла, сосредоточившись на одном крайне неприятном факте. Привыкание к яду значительно сокращало время его действия. А значит, скоро придется вообще отказаться от его использования. По моим расчетам, накрыть меня должно было только завтра утром, но никак не сейчас. И боль была такой сильной, что просто путала мысли. А раньше такого не было. Кости ломило и выкручивало, кровь будто бы кипела. И поделать с этим вообще ничего нельзя. Пока обезболивающая дрянь, только что приготовленная специально на этот случай, не остынет, ее пить нельзя. От отчаянья и боли выступили слезы.

Кто-то учтиво помог опуститься на подставленный стул. Не Виан. Потому что лорд-директор внял угрозам и не прикасался к злым ведьмам. Только маячил перед лицом, опустившись на корточки.

– На откат не похоже.
– Задумчивая интонация в голосе Райдолина.

– Ру, что происходит?
– отразилось беспокойство на лице Везувиана, пока он безуспешно пытался заглянуть мне в глаза.

– Все нормально, - сквозь зубы отозвалась я, опуская веки и чуть покачиваясь на стуле.

Знаю, что это не поможет, но, по крайней мере, на этом можно сосредоточиться. Да только опустившиеся на мои колени чьи-то ладони сбили весь настрой. Глаза вмиг распахнулись, чтобы узнать, кто такой наглый. А увидели того, кто забыл о моей клятве. Везувиан Брагденвиль, гроза и ректор вся Академии-интерната Благородства, Доблести и Магии упал на колени и сгреб ведьму в свои объятия, прижимая к груди, насколько это было вообще возможно.

– Руби, маленькая моя.
– Голос просто затопило отчаяние.
– Мне нет прощения, но прошу, скажи, что мне сделать?

Чтоб его. Совесть проснулась окончательно и теперь грызла с удвоенной силой. Потому что Везувиан вообще ни в чем не виноват, хоть я и пыталась уверить себя в обратном. Потому что это было следствием нарушенного обещания. Слезы сами хлынули из глаз, было так стыдно. Пришлось признать, что ничего он сделать не сможет. В лазарете у нас нужных противоядий не водится. Сильных обезболивающих тоже. Их обычно сами студенты готовят. А кто не готовит, тот покупает у тех, кто готовит. Деловой подход и все крутятся, как могут. Поэтому мы молча взирали на мою левую руку, где магия стягивала края раны, не оставляя даже малейшего напоминания о произошедшем.

– Прости, Виан, я не хотела...

– Я знаю, малыш. Ты бы никогда так со мной не поступила. Все хорошо, - успокаивающе поглаживал мужчина по спине, касался губами виска, и вообще делал все, чтобы на душе стало еще паршивее, чем было.
– Я больше никогда не сделаю тебе больно.

– Все?
– раздался раздраженный голос короля.
– Семейное воссоединение прошло успешно? Всем все простили?

Брат внимательно смотрел на меня, сам интересуясь данной темой. Но все было вполне очевидно. Человека ближе Везувиана у меня не было, и я всегда знала, что он будет делать все ради моей защиты. Так что легкий кивок был вполне достойным ответом.

Везувиан, не обращая внимания на протесты, перенес меня в свой дом и уложил на кровать. По мнению брата, мне требовался отдых, но позволить мне идти до общежития, когда на дворе комендантский час, да еще и в таком состоянии, он не мог, как и перенести в само общежитие и не привлечь внимания адептов. Спорить не стала. Отдых действительно требовался, и я с радостью погрузилась в сон, как только мужчина покинул собственную спальню. Вот только голоса в гостиной директорского дома мешали. По давней привычке держать ушки на макушке на случай всякого непредвиденного, даже сквозь полудрему я прислушивалась к голосам. Когда беседа хирилловой троицы показалась особенно интересной, веки распахнулись сами.