Чтение онлайн

И все же двадцать минут, три проваленных попытки, одна перестроенная на ходу формула заклинания, одна испорченная гроздь – и ценой сумасшедших усилий у меня это получилось. Я держала в ладони больше десятка «якорей».

– Идем, – я подхватила сумку.

– Здорово. Вот эт’ ты молодец! – восхитилась Джен. – Надеюсь, собрание еще не закончилось.

Беспокоились мы зря – оно еще и не начиналось. Об этом сообщила Летта, которая первой прошла внутрь, пока мы изображали, будто просто прогуливаемся мимо. Студенты только подтягивались после занятий, да и сам виновник торжества, как выяснилось, всего минут пятнадцать назад приехал из города, куда мотался за выпивкой.

По словам Летты, ягоды рябины она накидала во все углы, в какие могла. Хотела бы я сказать, что после этого мое дело оставалось за малым, да только интуиция подсказывала, что проникнуть внутрь и наложить оставшуюся часть заклинания будет не так уж просто. Но не отступать же, когда выполнена почти половина задачи!

Поэтому меня снова обвешали заклинаниями незаметности, и я пересекла порог пятого корпуса.

Насчет того, что девушка в стенах мужского общежития привлечет слишком много внимания, я ошиблась. Праздник в честь помолки не походил на мальчишник – кроме парней Глен пригласил и одногруппниц, а его друзья позвали своих пассий, поэтому на очередную студентку, входящую в здание, никто не посмотрел. Только комендант вяло спросил: «К Глену?» – и, получив положительный ответ, снова уткнулся в книжку.

Как и снаружи, внутри пятый корпус был почти идеальной копией шестого, но более потертой, так как ремонт в нем делали раньше. Такие же деревянные полы, такие же стены, только пошарпанные, такое же расположение лестниц и комнат. Я легко сориентировалась и направилась на второй этаж, где проводили вечеринку.

По дороге пришлось пройти мимо комнаты Марта. Я задержалась рядом с ней, спрятав лицо от спускавшихся по лестнице четверокурсников.

Изнутри слышалось легкое постукивание. Потом – смех Марта, перешучивание с незнакомым обладателем бархатистого баска. Наверное, с соседом.

Наложенное Джен заклинание работало на ура. Один из четверокурсников задел меня локтем, но едва оглянулся. Как только они прошли, я заторопилась дальше. Что-то в груди екнуло при звуках голоса Марта, однако сейчас был не тот момент, когда стоило отвлекаться от основного дела.

Второй раз сердце екнуло, когда я поднялась по лестнице, но уже по иной причине. В коридоре напротив распахнутых дверей общей комнаты, где Глен устраивал свой праздник, к стене прислонился Эрон.

Вид у него был скучающий. В руке он покачивал бокал с вином и невпопад кивал Викки – мой однокурснице, которая крутилась вокруг в мини-юбке и что-то щебетала. Похоже, она и правда решила, что окрутить самого популярного парня академии – хорошая идея, будто такая мысль могла прийти в голову ей одной. Ну, это ее выбор…

Замечать, что она Эрону глубоко неинтересна, Викки не желала. Когда он, даже не дослушав, вернулся в комнату, она тут же запорхала следом. Зато у меня наконец-то появилась возможность пройти дальше и поискать место, где можно было спокойно дочитать заклинание.

В просторной комнате, рассчитанной на трех обитателей, собралось человек десять. Пришедших поздравить Глена было значительно больше, поэтому один из столов вытащили прямо в коридор и выставили дополнительные стулья. Вечеринка распространилась и на соседние комнаты – кажется, на втором этаже не осталось ни одного жилого помещения с закрытыми дверьми. Все ходили, болтали, наливали себе выпивку и брали закуски, которые Глен – веселый веснушчатый парень – время от времени добавлял на стол.

Я проскользнула к окну в другом конце коридора, где было чуть посвободнее, поскольку все веселье происходило в первых комнатах возле лестницы. Совсем незаметно это сделать не получилось – какой-то старшекурсник остановил меня по дороге, со смехом удивился, почему это гостья не пьет, вручил бумажный стаканчик с вином и отправился развлекать других студентов. К счастью, меня не узнали, и, когда парень отцепился, я юркнула в тень.

У окна пока никого не было. Одну из створок открыли пошире, чтобы впустить свежий воздух, и оттуда шел осенний холод, распугивающий гостей. А мне только того и надо было. Притаившись за распахнутой дверью комнаты, я принялась плести сеть прослушки.

В этот раз колдовство пошло быстрее, хотя концентрацию удалось сохранить исключительно чудом. Студенты отчаянно шумели и запевали песни, пару раз меня чуть не пришибли дверью, несколько раз кто-то заговаривал друг с другом прямо над моим ухом, заставляя сердце подпрыгивать. Слава богу, хотя бы Эрон больше не появлялся в коридоре – собрание уже началось.

«Ну же, ну же», – мысленно подгоняла я себя, заканчивая заклинание. Еще чуть-чуть – и можно будет спуститься на улицу, чтобы слушать уже оттуда и не подпрыгивать, когда чьи-нибудь шаги в коридоре становятся ближе. Буквально последнее слово заклятия…

По ушам резко ударило какофонией. Ощущение было таким, будто меня стукнули по голове музыкальной колонкой. Я пригнулась, на несколько секунд прижав ладони к голове.

Каждая ягодка-«якорь» передавала звуки одновременно из разных комнат, накладываясь друг на друга и сливаясь в общий неразборчивый гул. С этим еще можно было разобраться, постараться аккуратно отсечь лишние нити и сосредоточиться на кураторах посвящения, но что-то определенно пошло не так.

Откуда такие звуки, будто меня по ушам хлещет порывами ветра? И почему так громогласно чирикают воробьи? Их же нет в общежитии!

Спустя пару мгновений до меня дошло.

Чертова шалящая магия. Каким-то образом умноженное заклинание легло не только на ягоды одной грозди, но и на всю проклятую рябину, чтоб ей провалиться. Вот откуда ветер и ощущение, будто птицы свили гнездо прямо у меня в ушах!

Раздраженным жестом я обрезала нити прослушки. В таком ядреном шуме сама себя не услышишь, не то что злобные планы организаторов на счет несчастных первокурсников. Все насмарку. Вот тебе и зубрила, которая всегда находит выход.

Пора было убираться, пока чары Джен не развеялись и кто-нибудь не доложил Эрону, что «подружка Марта» здесь. На меня и так уже достаточно косились. Старательно отворачиваясь от всех, кто мог бы меня узнать, я заспешила к выходу, но не вытерпела и все же немного задержалась у той комнаты, где собрались организаторы посвящения.

Всего их было семь человек. Я ожидала большего числа, почему-то решив, что к каждому студенту на время посвящения прилагался личный куратор. Забыв об алкоголе в стаканчиках, ребята оживленно обсуждали разные мелочи – какое купить угощение, изготовить ли шуточные свидетельства о прохождении вступительных «экзаменов», как оформить зал.

Только Эрон раскинулся в углу чужой кровати, изредка делая глотки вина. Он и здесь не забывал о том, чтобы производить сногсшибательное впечатление, будучи единственным, кто пил не из стаканчиков, а из стеклянного бокала. Однако предмет беседы его, похоже, не интересовал. Сокурсники то и дело оборачивались к нему, ища поддержки или одобрения, и он рассеянно кивал в ответ, но участия в беседе почти не принимал.

Подозрительно. Уж он-то мог отбиться от роли организатора и скинуть ее на любого другого. Если ему плевать на посвящение, зачем он тогда набился в кураторы? Исключительно ради меня? Делать ему, что ли, больше нечего?