Чтение онлайн

Я смотрю на нее, опуская теневой клинок, пока он не растворяется в моей ладони.

— Оба?

Она кивает.

Я откладываю эту информацию, чтобы переварить позже.

— Кроме того, — добавляет она. — Еще кое-что, что вам следует знать. Ходят слухи... разведывательные отряды отправляются на поверхность еще до основного вторжения.

Моя кровь стынет.

— Кто?

— Не уверена насчет всех, но как министема Брейнор, Роудс Мераксис и племянница с дочерью полковника Рогона, Ариэлла Рогон и Раэль Рогон.

— Эта сука, — бормочу я.

Взгляд Ниссы встречается с моим, словно она хочет, чтобы я поняла безмолвное послание.

— Рогоны, — говорит она. — Их дом — чисто военный, но их честь легендарна. Их отец — хороший человек, Эсме. Он верно служил королю Беммару веками. Он никогда не поддержит короля, который захватил трон с помощью лжи и убийства.

Недоговоренная часть висит в воздухе: если бы он знал правду.

По лицу Ниссы пробегает искушение.

— Мне нужно попытаться рассказать ему, — тихо говорит она.

В горле у меня встает ком. Кажется, мы с Ниссой так долго были по разные стороны баррикад, но в этот момент дистанция между нами сокращается. Она собирается поговорить с полковником. Попытаться посеять семя сомнения. Это риск, который легко может стоить ей жизни.

— Нисса... — начинаю я, но она прерывает меня, качнув головой.

— Я знаю о рисках. Но я должна попытаться, — говорит она. — Это мой дом. Мой народ готовится к войне, которую не до конца понимает, и кто-то должен быть здесь, чтобы... делать то, что можно сделать.

Я напряженно киваю. Стратегически это имеет смысл. Но от этого не легче проглотить. Ты растрогалась из-за дракона, Эсме. Никогда не думала, что доживу до такого дня.

— Мы еще увидимся, — обещает Нисса, ее голос сдавлен эмоцией, которую она редко показывает. — Жаль, что это произойдет не в лучших обстоятельствах.

— Помни, что это государственная измена, — шепчу я. — Помощь сопротивлению.

На ее губах появляется слабая, мрачная улыбка.

— Только если новый король об этом не узнает.

Я выдыхаю, надеясь на все высшие силы, что она будет осторожна.

— Береги себя... ладно?

Слова повисают в воздухе между нами, тонкие и неуместные. Нисса отвечает более сдержанной улыбкой, которая не достигает глаз.

— И ты, Эсме.

И тут во мне что-то обрывается. Давно забытая плотина, сдерживающая годы дисциплины, тренировок, заставляющих не чувствовать, не слишком привязываться. Она возвращается в самое сердце заговора, вооруженная лишь отчаянной надеждой, что один честный дракон ее выслушает. Она идет на верную смерть.

Не успев подумать, остановить себя, я двумя быстрыми шагами сокращаю расстояние между нами. Мои руки поднимаются, неуклюжие и неуверенные, и обвивают ее плечи. Я притягиваю ее к себе в объятия, уткнувшись лицом в теплую ткань ее униформы. Это неловко и жестко, совсем не мягко, но это по-настоящему. Мои руки сжимаются в кулаки на ее одежде, цепляясь, словно она — последняя твердая вещь в мире, который рассыпается на огонь и ложь.

На секунду она совершенно неподвижна, статуя ошеломленной неподвижности. Затем, медленно, ее руки обвивают меня и тоже сжимаются.

— Пламя Дрейтиса горит в праведных, — шепчет она мне на ухо, ее голос — маленькая, полная надежды вещь. — Не забывай об этом.

Я хочу кивнуть в ответ, чтобы ее успокоить. Но проблема в том, что я не уверена, кто вообще может считаться праведным во всем этом. Все мы несем груз содеянного.

Когда мы расходимся, ее глаза блестят от непролитых слез, и я подозреваю, что мои выглядят так же.

Но теперь мы сказали все, что могли.

Между нами проходит безмолвный договор — обещание бороться, выжить, увидеть другую сторону этого безумия, независимо от того, чью униформу мы носим.

Она кивает мне в последний раз, резко, возвращаясь к солдату, которым ее учили быть. Затем поворачивается и, не оглядываясь, растворяется в тенях тропы, ведущей к городу.

2

БРИНН

Эсме отворачивается от тропы, ее лицо вновь становится маской мрачной решимости. Этот краткий миг уязвимости — уже второй раз за несколько часов, когда я вижу, как она сближается с драконом. Этот был поприятнее, чем с драконом-мужчиной, но не уверена, что выдержу третий.

Что-то определенно изменилось в моей сестре.

— Пошли, — говорит она отрывисто, заточив эмоции за слоями салемской дисциплины. — Выбираемся из этой дыры.

— Похоже, у тебя тут полно друзей, — бормочу я, недостаточно громко, чтобы она услышала.

Мы достигаем места, где Чад и я впервые попали в этот город, обсидиановую посадочную площадку. Она все еще слабо гудит остаточной магией. Руны мерцают вокруг входа в туннель, но они бездействуют, бледные призраки золотого света, что привел нас сюда.

Эсме опускается на колени, проводя пальцами по символам.

— Думаешь, это тот же узор, что и на Соляных равнинах?

Я киваю.

— Думаю, нам нужно обратить поток энергии. — Но мне бы не помешала помощь моей призрачной троицы. Я не совсем уверена, как это сделать.

Эсме прижимает ладонь к центральной руне, закрывая глаза. Теневая энергия, черная как пустота, сочится из ее кончиков пальцев, пытаясь пробудить драконью магию к жизни. Я наблюдаю с любопытством, задаваясь вопросом, может быть, просто может быть, это сработает. Она теперь практически наполовину дракон.

Ничего не происходит. Руны упрямо остаются тусклыми.

— Ты что-нибудь чувствуешь? — бормочу я, приседая рядом с ней.

— Она не отвечает, — отвечает она, нажимая сильнее. На лбу у нее выступает пот.

Я выдыхаю.

— Ладно, что ж, по крайней мере, у меня есть запасной план. — Я закрываю глаза и пытаюсь призвать свою команду — но еще до того, как завершаю процесс, воздух мерцает. Две фигуры, полупрозрачные и мерцающие, как неисправные проекции, материализуются перед нами.