Чтение онлайн

— Я думаю, победители очевидны! Мисс Флейм, мистер Рид — эта награда за самый эффектный танец, определенно, ваша! Поздравляем вас! Поздравим же все победителей этого танцевального вечера!..

"Чего??" — читалось на лицах окружающих нас связных.

"ЧЕГО?!" — читалось на наших с Уолтером лицах.

Мы с ним застыли в дурацкой позе с вытаращенными глазами и сильно потрепанном виде. У Уолтера не хватало пуговиц на рубашке, и галстук-бабочка нелепо скособочился, теперь он был где-то под ухом. У меня на голове было воронье гнездо, а одна лямка платья упорно сползала с плеча.

Эмн... Вообще-то, наш танец меньше всего походил на эффектный. Все наши телодвижения больше напоминали попытку как-нибудь угробить своего партнера. Но эффектно угробить — это да, бесспорно.

Пока мы стояли с ошалелыми лицами, ничего не понимая, к нам подскочил тот самый низкорослый блондин, чью беседу со связной мы подслушали в саду. Он с торжественным видом нацепил на нас с Уолтером серебряные цепочки с блестящим кулонами и алыми камушками.

— Носите их с удовольствием, вы заслужили! — пафосно заявил мужчина. — А теперь предлагаю всем...

Но дальше я его не слушала, потому что разглядела, как именно выглядят кулоны, и меня накрыло истерикой. Уолтер тоже разглядел, и его тоже накрыло.

Так мы и стояли и ржали посреди зала в свете магических светящихся шаров, ловя на себя недоуменные взгляды, но не обращая ни на кого внимания. И разве что не рыдая от смеха на плече друг у друга.

Потому что кулончики были парными — в форме двух половинок сердца. Именно то, что мы с Уолтером будем носить с удовольствием, ага.

Сомнений быть не могло. Это метка. Теперь даже Рид не спорил, лишь рассматривал свою часть кулона так подозрительно, словно намеревался попробовать на зуб. Он так и не надел его на себя, хотя я свою цепочку напялила и даже белозубо оскалилась, благодаря всех и вся за чудесный подарок.

Красота, мать его, неземная. Разделенное сердечко с камешком.

Что за безвкусица?

С другой стороны, я понимала, что те адепты, кто пришел сюда добровольно и притащил партнера, мечтали бы увековечить свои чувства в этом кулоне.

Мы быстро и скомкано попрощались. Клянусь, другие студенты, присутствующие на балу, рассматривали нас с плохо скрытым раздражением.

— Ну и что делать дальше? — Уолтер сжал кулон в кулаке, когда мы вышли во внутренний двор, чтобы переместиться обратно в академию. — Я не буду этим красоваться среди друзей.

Так сказал, будто слизняка ткнул. С глубочайшим омерзением.

— Слушай, никто не заставляет тебя гордо носить кулон поверх галстука, — я потерла ноющие виски; ругаться надоело, и хотелось поскорее стянуть каблуки и умыть лицо. — Засунь в карман, и всё. Я завтра же подойду к отцу, расскажу ему про этих странных связных и про то, как они всучили нам непонятный кулон. Потерпи один день.

— Этот день покажется мне вечностью, — пробурчал недовольно, но было видно, что внутренне Рид сдался.

Мы вернулись в академию и без лишних прощаний разошлись по спальням.

Ника не спала. Она листала очередную книжку, лежа в шелковой пижаме, которая больше подошла бы невесте в первую брачную ночь. Короткие шорты, топик, которым прикрывает только самое ценное.

Странно, но в последнее время она одевалась исключительно таким образом, хотя раньше любила фланелевые костюмы.

Меня, что ли, пытается соблазнить?

— Ну, как прошел бал? — елейным голоском спросила Ника, будто мы всё ещё дружили и делились вечерами сплетнями. — Тебе понравилось?

— С каких пор тебя интересуют праздники связных? — с нарочитым удивлением вопросила я, скрываясь в ванной комнате.

Соседка ничего не ответила, а когда я вернулась, она изображала спящую. Изображала очень уж нелепо, потому что затаилась без единого звука. Проблема в том, что обычно Ника во сне сопела как носорог, и периодически я отрабатывала заклинание тишины на ней самой.

Ну, мне же лучше.

Меньше разговоров — меньше поводов поцапаться.

Следующим утром я проснулась в хорошем настроении. Во-первых, вчера мне удалось немножечко осадить Уолтера Рида, притащив его таки на бал связных (до сих пор не могу поверить, что он согласился!). Во-вторых, после завтрака схожу к отцу и расскажу ему про метку.

Неужели я стану тем человеком, который раскрыл заговорщиков? Уверена, они как-то связаны с помутнением рассудка у драконов. Очень уж неоднозначно звучали их речи. Да ещё и метка, которую они щедро вручили Уолтеру...

Я погладила половинку сердца пальцем. Назло не буду её снимать.

Это ж знак нашей "вечной любви".

Пусть Рид смотрит и мучается.

Короче говоря, я предвкушала скорый триумф и, насвистывая, вошла в столовую. О, а вот и Майкл. Сидит за моим любимым столиком у окна.

— Привет! — я плюхнула поднос с кашей и тостами на стол и помахала другу.

Тот посмотрел на меня как-то очень уж недобро. Знаете, так смотрят на курицу перед тем, как свернуть ей шею.

— Ты чего такой недовольный? Поздно вернулся с бала?

— Я вообще не ходил на бал, — отчеканил Майкл.

— Почему? — я непонимающе прищурилась. — Только не говори, что ты не нашел себе пару…

— О, ты считаешь, что я настолько неудачник, что никого не смог пригласить? — Мой друг сцепил пальцы в замок. — Нет, Одри, к твоему сожалению, девушки сами звали меня. Только вот проблема. Я не хотел никого из них видеть. Кстати, красивый кулон, — проскрежетал он.

Ладно, я не тупая. Понимаю, что случилось нечто неприятное, и это нечто довело Майкла до чертиков. А ещё смутно догадываюсь, что всему виной ваша покорная слуга, которая ещё сделать ничего не успела, а уже где-то накосячила.

— Что с тобой? — Я схватила друга за запястье, но тот выдернул его с шипением, будто тронул раскаленный металл.

— Я всё думал, почему ты отказывалась быть моей партнершей, — пробормотал Майкл, отвернувшись к окну. — Ведь мы дружим, да и среди связных у тебя не так много знакомых. А потом оказалось, что тебе и знакомые не нужны. Ты просто взяла и затащила на бал своего реального парня.

— Эй! Он мне не…

— Не парень? Ха-ха. Да по академии ходят слухи, что вы с ним… как вы… как он…