Академия Изгоев. Наследие
Шрифт:
– Штеф! – взвизгнула Амали и кинулась к люку, но Джеймс схватил её за пояс.
– Нет! Амали!
– Отпусти! – Элль вырывалась, кусалась и царапалась, но Лерой вцепился в её талию мёртвой хваткой.
Штефан, тем временем, отступил на шаг, словно разминаясь, поднял руки к лицу и сделал глубокий вдох.
– Штеф? – жалобно позвала Амали, и брат вернулся к люку, присев на корточки.
– Эй, Мэл, всё нормально, вылезай, - весело сказал он и протянул руку. От неожиданности Элль даже перестала вырываться и неуверенно спросила:
– Штефан? Это ты?
– Я, конечно, - парень рассмеялся, и Амали снова дёрнулась, пытаясь вывернуться.
– Джеймс, пусти, ты же слышишь, это Штеф!
– Ты спятила?! – прорычал Лерой, - он говорит на каком-то непонятном языке!
– Чего?! – Элль резко двинула ему локтем в бок, и, воспользовавшись тем, что железная хватка на мгновение ослабла, подпрыгнула, сумев уцепиться за протянутые руки Штефана. Без каких-либо усилий тот одним рывком поднял её и поставил рядом с собой.
– Что это вообще было, Штеф? – Амали поймала себя на том, что судорожно ощупывает брата в поисках ран, - что за свет и вся остальная хрень?!
– Идём, я объясню, Мэл, - улыбаясь, Штефан взял её за руку и дёрнул в сторону единственного оставшегося сосуда; второй треснул и покрылся какой-то сероватой плесенью.
Однако прежде, чем они успели пройти хоть полпути, сзади Элль резко дёрнули, и Джеймс снова схватил её, не давая приблизиться к брату.
– Амали, не будь дурой! – воскликнул оборотень, ощутимо встряхнув её за плечи, - ты не понимаешь, что это не твой брат?! Кто-то уже вселился в его тело! Посмотри на его губы!
Элль невольно подчинилась и перевела взгляд на Штефа.
– Идём со мной, Мэл. Это я, - сказал парень, но Амали с ужасом поняла, что слова, которые она слышала, и движения губ – совершенно не совпадали.
– Твою мать, - потерянно пробормотала Элль, отшатнувшись. Поняв, что до неё дошло, Джеймс убрал руки.
– Быстро валим обратно в подземный ход, - едва слышно шепнул Лерой, но Амали даже не поняла смысла его слов. В голове никак не укладывалось, что перед ней не брат.
Тогда Джеймс наклонился и схватил её на руки. Элль судорожно вцепилась ему в плечо, но тут нечто, занявшее тело Штефана, о ком Амали так и не перестала думать как о брате, низко зарычало и одним небрежным движением руки отшвырнуло оборотня почти в другой конец зала. Элль упала на колени и испуганно уставилась на Штефана. Тот приблизился и требовательно протянул руку, ничего больше не говоря.
Амали хотела отдёрнуться так же сильно, как хотела и обнять его, прижавшись к знакомому до боли грязно-синему свитеру и вдохнув родной запах.
– Штеф? – жалобно позвала Элль, поднявшись на ноги, и положила ладони ему на грудь.
Знакомое зеленоватое свечение распространилось по пальцами и перешло на брата. Тот недоумённо нахмурился и перевёл взгляд вниз. Амали замерла, боясь сделать неверное движение и спугнуть зелёный свет. Что происходит, она плохо понимала, но раньше изумрудное сияние приносило только пользу.
Впрочем спустя некоторое время Элль поняла, что руки непроизвольно опускаются; закружилась голова, пальцы дрожали сильнее с каждым мгновением, а ситуация не менялась. Штефан стоял, словно слегка подрагивая. Порой он поднимал ногу, чтобы отступить, но вскоре медленно возвращался в исходное положение.
В какой-то момент Амали поняла, что руки соскальзывают, и морально уже приготовилась к поражению, как вдруг сзади кто-то сжал её кисти, удерживая в прежнем положении.
– Не сдавайся, - произнёс негромкий голос, - он борется, и ты борись. Сосредоточься, не опускай руки. Думай о брате.
Элль сделала глубокий вдох и почувствовала, как из носа закапала кровь. Это неожиданным образом придало сил, и Амали, сжав зубы, прошипела:
– Верни мне… моего… брата.
С последним словом запястья вспыхнули зелёным так ярко, что она зажмурилась.
– Мэл? – где-то вдалеке неуверенно шепнул Штефан, но снова открыть глаза Амали уже не смогла.
***
Виктор едва успел подхватить падающую девушку и осторожно прижать к себе. Валерия сзади испуганно выдохнула и бросилась было вперёд, но Синклер резко крикнул:
– Нет! Не пересекай круг!
Вал застыла в шаге от светящейся границы, встревоженно глядя на него.
– Знаешь, что? Осмотрись тут пока, – Виктор аккуратно опустил Амали на пол и повернулся, окидывая взглядом зал. Человек пятьдесят, а то и больше. Будь они в сознании, пришлось бы нелегко.
Оставив Валерию разбираться с пешками, Синклер обернулся к худощавому пареньку, смерив его оценивающим взглядом. Поняв, что на него смотрят, Штефан оторвал глаза от собственных подрагивающих ладоней и тут только увидел Амали, лежавшую на полу.
– Мэл! – крикнул парень и сделал было шаг к сестре, но Виктор одним быстрым жестом отшвырнул его на добрый десяток метров.
– Не приближайся, - спокойно приказал некромант и присел на корточки рядом с Амали, - рыжая катастрофа не пострадала. Просто силы не рассчитала.
– Я… для неё… опасен? – тихо спросил Штефан. Видимо, он тоже чувствовал в себе древнюю мощь, пусть и не мог ей распоряжаться. Чувствовал и боялся.
– Ты опасен для всех, - сухо бросил Виктор, - внутри у тебя – дух древнего колдуна. Не знаю, что с ним хотели сделать эти ведьмы, но лучше убирайся отсюда, пока они не пришли в себя.
– Они все живы? – с неопределённой интонацией уточнил Штефан, оглядывая зал. Валерия деловито обходила круг, переступая через фигуры в плащах, иногда откидывая капюшоны.
– Конечно, живы. Они не настолько ненормальные фанатики, чтобы совершить коллективное самоубийство. С ними примерно то же, что и с Амали. В какой-то момент духовная сила начинает подпитываться физической. Ничего страшного. Проспит пару дней, хоть тогда не вляпается в очередную переделку.
Штефан невольно улыбнулся и снова сделал шаг к сестре.
– Я себя контролирую, правда! – воскликнул он, увидев, что Виктор снова поднял руку.
– Себя – да. А его контролируешь? То, что сделала Амали – редчайший вид некромантии. Называется Пробуждение. Взывает к внутренней сущности и позволяет избавиться от дурных мыслей, одержимости и влияния разного рода заклятий. Таких ещё иногда называют Экзорцистами. Но Амали – некромант только наполовину. Так что советую держаться подальше.
– От неё? – упавшим голосом спросил Штефан, запустив руку в лохматые рыжие волосы.