Академия Изгоев. Наследие
Шрифт:
Музыка снова сменилась каким-то прилипчивым оживлённым мотивчиком, и пары распались.
– Идём, познакомлю тебя с братом, - Виктор последний раз провёл линию по её спине снизу вверх и улыбнулся.
Этого самого брата не узнать было довольно сложно – несмотря на косвенное родство, они с Виктором оказались поразительно похожи внешне. На Вальтере костюм был куда более официальным, видимо, обязанность хозяина вечера.
– Вик, вот и ты, - похоже, Вальтер ему искренне обрадовался, и братья обменялись рукопожатиями, а потом внимание хозяина переместилось на Амали.
– Мы, кажется, незнакомы, прекрасная леди? – с безупречной вежливостью, но слегка пафосно уточнил Вальтер.
– Нет, - сдержанно ответила Элль. Возможно, этикет предписывал ей поклониться или хотя бы представиться, но она промолчала, чувствуя доселе незнакомое чувство неловкости, разбавленное изрядной долей упрямства.
– Это Амали, - представил её Виктор, положив руку на плечо в знак поддержки, - я тебе о ней рассказывал.
– Разумеется, - Элль очень надеялась, что ехидство в голосе Вальтера ей просто показалось, - лорд Вальтер Синклер, миледи, к вашим услугам.
Мужчина наклонился и поцеловал её руку, именно ту, которую охватывала скрытая браслетом метка. Это тоже показалось Амали проявлением скрытого пренебрежения.
– Мы наведаемся в библиотеку, с твоего разрешения, - последняя часть фразы явно была сказана из чистой вежливости, потому что ответа Виктор ждать не стал и потянул Амали за руку в сторону лестницы наверх.
– Он тебе не понравился, - негромко отметил Виктор, когда шум веселящейся толпы слегка поутих.
– Я ему тоже, - в тон ответила Элль.
– Дело не в тебе, просто следующим полновластным хозяином имения станет чистокровный ребёнок, которого у Вальтера нет и не будет.
Амали вздохнула и сняла маску.
– Устала?
– Где здесь туалет? – спросила Элль, чувствуя непреодолимое желание просто плеснуть в лицо холодной водой.
– Прямо по коридору, четвёртая дверь. Я буду в библиотеке, она в левом ответвлении, ты не пропустишь.
Проводив взглядом удаляющуюся фигуру Виктора, Амали добрела до туалета и вошла, с облегчением отметив, что в помещении пусто. К сожалению, взглянув в зеркало над раковиной, Элль вспомнила о тонне макияжа на лице и поняла, что умыться не выйдет. Тогда она просто подошла к окну и распахнула раму, впуская в комнату морозный воздух.
Дверь позади приоткрылась, и Амали подумала было, что это сквозняк, но тут за спиной раздался тихий голос:
– Привет, рыжик.
Элль обернулась и приоткрыла рот от изумления. Сзади стояла Валерия в снежно-белом платье, украшенном кружевами и нитями жемчуга.
– Вал? Ты как здесь?.. Зачем? – Амали попыталась сформулировать вопрос, но прежде, чем смогла это сделать, дверь снова приоткрылась, впуская Александра.
– Здравствуй, Элли.
– Алекс, - потерянно выдавила Элль; в груди что-то напряглось и сжалось, то ли от радости, то ли от страха.
– Ну иди сюда, - Хейден приблизился движением, почти незаметным человеческому глазу, и притянул её к себе.
– Как вы сюда попали? – растерянно пробормотала Амали, чувствуя исходящий от рубашки Алекса знакомый запах. Он тоже был в костюме, кого-то вроде средневекового охотника, в куртке из грубой кожи, шляпе и старинных сапогах.
– Алехандро у нас большая шишка, - с иронией ответила Валерия, - ему прислали приглашение.
– А зачем вы?.. Что вы тут делаете?
– Мы за тобой, - не стала тянуть Вал, - и нам надо побыстрее уходить.
– За мной? – повторила Амали, и в душе вспыхнуло чувство вины оттого, что они пришли спасти её, рискуя жизнью, а спасение ей уже не нужно.
– Пожалуйста, рыжик, мы очень рискуем, - озвучила Валерия её собственные мысли, - нам нужна твоя помощь, это очень важно.
– Вам? Моя… помощь? – Элль просто остолбенела, поняв, что уже не понимает ничего. Однако в следующую секунду она наткнулась взглядом на умоляющие глаза Валерии и усилием воли стряхнула с себя оцепенение.
– Хорошо.
Глава двадцать третья, в которой Амали…
– Какая вам нужна помощь? – спросила Амали, с удивлением наблюдая, как Алекс подтащил ко входной двери огромную тумбу.
– Сперва нужно отсюда уйти, - сосредоточенно отозвался Хейден, а Валерия между тем сунула руку в складки своего белоснежного платья и извлекла оттуда шнурок. Элль с недоумением покосилась на неё, но почти тут же поняла, что это кулон Штефана – тот самый клык, который до этого был у Синклера.
– Виктору он больше ни к чему, он даже не заметил, как я взяла, - пояснила Валерия, - ты должна нас отсюда перенести.
– Чего? – удивилась Амали и бережно приняла из её рук кулон.
– Мы не сможем просто так уйти с тобой через парадный вход. Когда Виктор собирался убить твоего брата, Штефан переместился, так что и ты это можешь. Кулон тебе поможет сосредоточиться на том, чтобы попасть к его хозяину.
– Подожди, что ты сейчас сказала? Про Виктора? – Амали нахмурилась, и Вал неожиданно усмехнулась.
– Надо думать, он описывал это как-то иначе. Неважно, мы оба знаем, что Вик не святой, так что отложим этот разговор. Сама спросишь у Штефана, когда увидитесь.
– Подожди, я не поняла – почему вы хотите, чтобы я… ну или мы… попали именно к Штефу? Вы знаете, где он? – взволнованно сообразила Элль.
– Знаем, - коротко подтвердил Александр и подошёл, взяв её руки в свои, - сконцентрируйся на кулоне. Что ты чувствуешь?
Валерия подошла и положила руку Амали на плечо. Та вздохнула, понимая, что если Синклер их здесь застанет, то мало никому не покажется. Она сделала ещё один вдох и зажмурилась, нащупав пальцами шероховатую поверхность клыка. Ничего не происходило так долго, что Элль начала чувствовать себя глупо. Однако как только она собралась открыть глаза и предложить вылезти в окно или свалить через чёрный ход, клык резко потеплел. От неожиданности Амали выдохнула, но тут же сосредоточилась на мыслях о брате, представляя себе Штефа во всех подробностях и думая только о том, как хочет снова его увидеть. Тепло от клыка распространилось по рукам вверх и затем по всему телу, резко ударив в голову. Неприятное ощущение быстро прошло, но вместо него в сознание вторглись десятки голосов, на разные лады шепчущих какие-то непонятные слова. Всё как тогда, в Академии, когда метка исчезла с руки Валерии. Те же мерзкие голоса, мешающие думать, рассеивающие внимание, жаждущие, чтобы кто-то их услышал. Но подсознательно Элль понимала, что делать этого нельзя, иначе произойдёт нечто непоправимое.
– С ума сойти… - прошептала Валерия, и Амали нахмурилась, подумав было, что она тоже как-то может слышать голоса. Но открыв глаза, Элль поняла, что дело в другом.
Вместо ванной в поместье Синклера, они находились в огромном просторном помещении. Первым приходящим на ум словом было «склад». Какие-то ящики, накрытые брезентом, стояли по стенам. С потолка далеко наверху свисали ряды мигающих лампочек. Но оглядываться вокруг Амали перестала, едва её взгляд наткнулся на ближайший круг света – там, скрестив ноги, сидел…