Чтение онлайн

– Мне не доставляет удовольствие сравнение с парнокопытным, но раз вам это нравится, пожалуй, продолжу: плоха та лошадь, что не сбросит наездника.

Шокированный поворотом дел священнослужитель потряс головой, прекратил обниматься с алтарным камнем и вернулся на своё место, откуда и воззвал нас к здравомыслию, однако на него никто и не думал обращать внимание. Ледяной варвар схватил меня за руку и потащил к месту силы, пропитанном чужой кровью.

– То есть браслет у вас надевают на левую руку, - сделала я вывод демонстративно холодно и спокойно, хотя не испытывала ни одну из перечисленных эмоций.

– Потрясающая выдержка, - похвалил варвар, разрезая моё запястье.

Сжала зубы, не позволяя вырваться звуку, приготовилась заживлять магией рану, только...

– Что такое?
– удивлённо спросил повелитель, не веря собственным глазам.

Моей руки вновь коснулось ледяное острие кинжала - ни разреза, ни крови.

Я тоже удивлённо похлопала ресницами и даже пожала плечами, хотя делать это было неудобно — мою руку так и держали стальным хватом. И лишь в следующее мгновение расхохоталась.

А вот и защита аэнири!

Вызрела, моя хорошая! Очень вовремя. Наверное, ей тоже нужна была моя инициация, чтобы активироваться, всё же аэнири более сильная раса.

Но забавно. Духи обещали невиданную защиту. Вот её и не видно. И не слышно.

Во всём храме слышен лишь мой оглушительный хохот. Он отдаётся звоном от стен и заставляет всех морщиться. Но только не повелителя. Возможно впервые в жизни сильный, уверенный в себе, грозный деспот и тиран... растерян. И эта его реакция, такая понятная и человеческая, неожиданно смешит ещё сильнее.

«Сложный день, да?» - едва не выдала я сквозь слёзы, на счастье вовремя сообразив, что подобное поведение не то, что недостойно, оно безобразно! Мне и смеяться не стоило. Но как тут сдержаться? Я не железная столько нервничать! Напряжение нашло выход и радостно выплёскивалось волнами звука. Даже слёзы потекли от смеха.

Замешательство варвара длилось недолго. В следующее мгновение меня придвинули к себе ещё ближе, и в правую ладонь ткнулась украшенная резьбой рукоять кинжала, которую я машинально сжала.

Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на обескураживающе наглого варвара. Это что же такое? Выходит, он хочет...

– Режь!
– скомандовал мужчина, а я почувствовала лёгкое ментальное вмешательство. И лишний раз поблагодарила герцога де Луара за то, что он обожал копаться в мозгах у подчинённых без предварительных ласк вроде договорённостей и предупреждений.

Моментально вычислила вмешательство в сознание и не исполнила требуемое, вызвав удивлённый вздох присутствующих. Едва не прокомментировала ехидно подобное единодушие, да только сама ахнула не меньше, когда услышала прямо над ухом знакомый голос.

– С удовольствием!

Он произносит эти слова Роберт, направляя мою руку с кинжалом точно в сердце варвара и надавливая со всей силы, словно приподнимая противника.

В следующее мгновение вижу, как сотканный из миллиарда летающих вокруг снежинок нож рассекает повелителю яремную вену и тёмная, почти чёрная кровь, горячей тяжестью падает на моё платье.

После всех моих выступлений перед почтенной варварской публикой я наверняка выгляжу совершенно по-дурацки, потому что совершенно не в состоянии закрыть округлившийся от удивления рот, из которого, к счастью, не вырвалось ни звука.

Только Роберту не до подобных мелочей — нужно обеспечить наш отход. И он бесстрашно тянет силу из алтаря варваров, чтобы в следующий миг запустить в ошеломлённых, но уже вскакивающих и встающих в боевые стойки зрителей, странную ледяную волну, обращающую всех в синеватые, покрытые изморозью статуи.

– Ты... заморозил их кровь?
– спрашиваю едва слышно. От волнения напрочь сел голос.

Вместо ответа мне в руки летит знакомый артефакт телепорта. Роберт сканирует пространство, а затем оборачивается ко мне.

– Слёзы?
– выдыхает он.
– Слёзы?!
– его голос отражается от высоких каменных сводов и разлетается эхом.
– Они умрут! Клянусь жизнью!

Его глаза наливаются кровью, на лбу вздуваются вены, губы превращаются в единую тонкую нить.

Не сразу догадываюсь переключиться на магическое зрение. Нервно вздрагиваю от увиденного.

Он в боевом трансе. И это значит, опасен для всех окружающих, включая меня. В теории.

Помню, как они с Дэйнором начитались книг из других миров, много медитировали, обсуждали саму суть явления, учились переходить в это состояние, но до сегодняшнего дня была уверена, что боевой транс или боевое безумие — это страшные сказочки для впечатлительных детишек. И будучи постарше, искала информацию для подтверждения своей теории.

Мама, как и я, не верила россказням, отец загадочно хмыкнул и сообщил таинственным шёпотом, будто самые сильные и отважные варвары в горячке боя становятся словно неуязвимыми и продолжают сражаться даже будучи сильно раненными. На что Серена, не только моя хорошая подруга, но и лекарь, объяснила, что воины не чувствуют боли во время сражения из-за выделяющегося в кровь адреналина, а на мой вопрос о боевом трансе лишь пожала плечами и сказала, что не исключает такую возможность, но никогда не видела и не слышала.

А у меня такой опыт теперь был!

Уверена, я бы без него прожила. Потому что это страшно. Безумно страшно смотреть на мага, перемещающегося с нечеловеческой скоростью, с безумным взглядом, плавными, словно смазанными движениями.

Только что он стоял слева от меня, но уже вижу, как тело жреца летит в сторону почивших гостей, падает на них, разрушая ледяные фигуры. Следом разлетается утварь и мебель, прежде находившаяся близ алтаря. Машинально отмечаю причудливо скрещённые пальцы священнослужителя. Он хотел убить Роберта. А казался таким простофилей!

Не следует забывать, с кем имею дело!

Варвары — жестокие убийцы, насильник, воры, рабовладельцы. Их земля пропитана кровью человеческих магов. Их наследие до сих пор проявляется во многих семьях и приносит много горя. Хотя... водным магам повезло. В частности Роберту. Он рано принял свою стихию и маниакально изучал все сведения о варварах. Одно время я даже думала, он планирует сместить их повелителя и стать им.

Встряхнула головой. Воспоминания не к месту. Я нахожусь на вражеской территории и должна быть здесь вся — и мыслями, и телом, и чувствами.