Чтение онлайн

Зря я сомневалась. Друг Роберта, Анс, был прав, как никогда! Всё взаимосвязано и взаимообусловлено!

Варвар опрокинул ещё пару кубков, пока я делала вид, что цежу свой напиток, закончил, наконец, разговор с соседом, так что можно было продолжить допрос. То есть диалог, конечно! Диалог.

– А почему вы считали, что дети Мариссы не выжили?
– уточнила я, доверчиво заглядывая в суровое лицо с чуть поплывшими чертами. Алкоголь делал своё дело.

– Да потому что вас прокляли древней клятвой крови. И не смотри так, мы сами в недоумении, почему Фиорди друг друга не перерезали в первый же год. Что-то пошло не так, - признал повелитель варваров, хмыкнув и обдав меня перегаром. Однако я и не думала отстраняться!

– А как звучали её слова? Может, дар Мариссы принял часть проклятья на себя?
– задала я вопрос так нейтрально, что любой не крепко выпивший человек понял бы, до чего я заинтересована в ответе. Ох, Кори, держи себя в руках.

– Слова обычные. Проклятие привязано к вашей земле, дому и крови Фиорди.

– Вы провели ритуал в месте инициации, - дополнила я, поскольку в этом давно не было сомнений.

– Именно, - подтвердил варвар и вновь опрокинул в себя кубок настойки.
– Всё сделали как полагается — принесли жертву, пролив свежую кровь, завязали на её смерть.

– Чью? Тётушки?
– Я выпучила глаза.

– Какой-то... твоей родственницы, да. Ты что, собираешься зареветь?
– подозрительно прищурился варвар, хватая меня за голову и притягивая к себе, словно по-другому не мог рассмотреть.

Сильно выпившие варвары заулюлюкали, засмеялись. Да и вообще чинное светское мероприятие превратилось в какую-то попойку, как только они начали праздновать переход павших в мир бога войны. И я опасалась её окончания. Однако уйти не могла, да и не хотела — слишком болтлив стал варвар. Подобный шанс нельзя упускать. А я, на крайний случай, воспользуюсь личным даром и сбегу до момента, когда они протрезвеют, хоть и не хотелось бы так выдавать его в самом начале знакомства.

– Нет, я не рыдаю, - ответила спокойно и ровно.
– Это ужасная смерть, но уверена, тётя приняла её с достоинством, как положено Фиорди.

Кто бы знал, чего мне стоило произнести эту фразу, не дрогнув.

– Не сомневайся, - фыркнул варвар прямо в мои губы и я закашлялась, чтобы скрыть, до чего отвратительна подобная близость. Извинилась, отстраняясь и сделала глоток настойки, смывая привкус мужского перегара, сажей осевшей в глотке.
– В ней не было ни грана магии Крадора, но по силе духа она не уступала самой Мариссе и подозреваю, твоя тётка приняла проклятье на себя, потому вы и живы. Ты можешь гордиться женщинами своего рода. У нас бы её причислили к героям рода и чествовали каждый праздник наравне с живыми.

– Благодарю. Это именно то, что я хотела услышать, - солгала я, ещё сильнее выпрямив спину.
– Выходит, проклятие должно было превратить нашу семью в кровных врагов и быстро уничтожить?

– Да. Ваша кровь, ваша земля, ваши дома должны были призывать вас к ненависти. Но вы выжили. Необъяснимо, но факт. И пока мы бесились, поняли, как можно это использовать с наибольшей для себя выгодой. Только вы, Фиорди, даже не зная наших планов, не пошли на уступки. Несколько столетий ни одной девчонки!

Варвар громогласно расхохотался, я же крутила в голове его слова и пыталась решить уравнение проклятья.

Почему оно работает не так, как нужно? Может, действительно дело в его словах о том, с каким достоинством тётушка приняла на себя муки смерти, ведь для активации проклятья они держали её в сознании до самого конца. Выходит, она что-то придумала. Но что? И разгадала ли Марисса эту загадку или в то время и знать не знала о сути проклятья?

С другой стороны, в роду Осторнов рождались девушки и ненависть вспыхивала только между парами. Тётушка не была замужем за Осторном, но ведь могла быть влюблена в красивого соседа и друга детства. Быть может, сейчас, конечно, не проверить, но вдруг она носила под сердцем не дитя мужа, а плод любви... И её дом, её сердце были рядом с любимым мужчиной, не являющимся её мужем. Вот и вышло, что проклятье пало не на род Фиорди, а на любовную связь Фиорди с Осторнов. А то, что наши с Осторнами земли были пропитаны кровью двух родов из-за обмена территориями, усугубило ситуацию.

История проклятия оказалась вполне заурядной, но вопрос, можно ли его снять и как это сделать, учитывая все обстоятельства, оставался открытым.

У меня было ещё немало вопросов к варвару, но он продолжал выпивать и начал бросать в мою сторону столь жаркие взгляды, что я сослалась на плохое самочувствие и попросила вызвать служанок, чтобы те провели меня в гостевые апартаменты.

– Не привечаешь, значит, - прошипел варвар, враз лишившись любого благодушия.

– Я воспитана в строгости и не привечаю никаких мужчин до того, как будет получено благословение отца и озвучены брачные клятвы, - ответила почтительно, но сдержанно и твёрдо.
– Вы обещали мне несколько дней для подготовки торжества. За это время мы сможем лучше узнать друг друга и не раз побеседовать.

– Три дня. Даю тебе ровно три дня. Благословение получим от богов, этого достаточно.

– Мало. Я бы хотела выйти замуж в семейных драгоценностях и в платье по последней моде, - произнесла, прямо глядя в холодные глаза.
– И не думайте меня переубедить. Вы берёте в жёны будущую королеву.

Я закончила речь с улыбкой, чтобы сгладить смысл слов, но взгляда не отводила и даже не моргала.

Варвар кашлянул, готовясь отразить мои требования, и я быстро положила руку на его предплечье.

– Я выхожу замуж без присутствия семьи и друзей, без благословения. Прошу вас позволить мне эту маленькую слабость, ведь свадьба — самый главный день в жизни любой девушки. Я безумно хочу сыграть её так, как мечтала. И желательно с цветами.

Мне не хватало женственности, чтобы говорить это нежно и ласково, я всегда была пацанкой и требовательной барышней, поэтому попробовала представить, как бы моя подруга Бриджит просила что-то у мужчины, уж та знала о них всё и умела манипулировать напропалую. Но как назло перед внутренним взором вставала картинка, как Бри топает ножкой и яростно требует свою иномирную шубу. Но такой метод однозначно не сработает с королём варваров. Проверено.

– Нет.

Мой Огонь рванул изнутри желудка вверх по пищеводу. Обжигая стенки. Заставляя гасить пламя крепко сжатыми зубами. Казалось, открой я рот и оттуда вырвется испепеляющая всё на своём пути стихия.

– Ни платья, ни цветов...
– В голове неумолимо крутилась какая-то мысль и я вдруг её уловила.
– Кстати, а почему именно я смогла взять цветок аятоса?
– переключилась резко, озабоченная пришедшей идеей.

– Только маги механических миров способны находиться в мире Древа необходимое время и тем более взаимодействовать с ним. Отчего-то мир любит только юных девушек, им дарит цветы. Но далеко не всем. Мы отправляли туда всех выживших магов Крадора

– ни один не вернулся. Ты первая и пока единственная.

Так, похоже, они не знают, что мы открыли ещё один мир с магическими механизмами, где сейчас живёт Дэйнор. И стоит об этом помалкивать!

– Но ведь Древо не любит механизмы, - нашла я несоответствие в словах варвара.

– Именно так, - подтвердил он.
– Но именно маги механических миров не могут существенно навредить миру Древа: им не подчиняется смерть, сила стихий в них слишком слаба, но главное — они по натуре творцы, а не разрушители, - совершенно трезвым голосом произнёс правитель. Я и не заметила, как он воспользовался соответствующим заклинанием.
– У тебя случайно нет дара проводить допросы? Посмотри, как меня раскрутила, - совершенно не зло пошутил он.