Чтение онлайн

Он дёргается в сторону, освободившись от моей хватки и собирается что-то произнести в ответ, но я снова вскрикиваю. На этот раз от того, что замечаю на своём плечо нечто…пучеглазое и склизкое!

— Убери! Убери! Убери!

Я кручусь, как волчок, дергаясь из стороны в сторону. И тут же останавливаюсь, когда Вэйсс орет мне на ухо: «Как я должен это сделать, если ты ведёшь себя, как припадочная!»

Замерев на месте, едва выдыхаю, пытаясь держать себя в руках. А заметив это «нечто» у себя на голове, сглатываю, чувствуя, как мое сердце пропускает удар.

Какого…лешего?!

Вэйсс усмехается, взглянув на меня, как на экспонат в музее мадам Дибуфо, главной чертой которого является — нелепость и комизм фигур. А затем тянет руки вверх. Секунда — и передо мной то самое существо, что ещё несколькими секундами назад восседало на моей голове.

— Знакомься, это миркин.

Я склоняю голову набок, внимательно разглядывая то, что меня так напугало. И знаете что? Этот бессовестный мерзавец, делает тоже самое, водя мордочкой из стороны в сторону.

— Что он такое? — заинтересованно произношу я, глядя на малявку, которая не похожа на обычных речных обитателей.

Внешне он похож на помесь дракона с ящерицей.

Маленький, размером с яблоко, может быть чуть побольше. С огромными, выпуклыми глазами, которые к моему ужасу могут растопить любое, даже самое чёрствое сердце. Они словно два маленьких переливающихся сапфира, меняющих оттенки, в зависимости от освещения. Круглая, местами ромбовидной форы, мордочка, на которой красуются два маленьких отверстия, смахивающих на ноздри. Длинный язычок, ярко-синего цвета, который он высовывает, когда Айен проводит пальцем по его спине. Мелкие, сияющие чешуйки бирюзового цвета похожие на воду в аквамариновом заливе в разгар полного штиля. Длинный, проворный хвост (кажется с ними у меня складывается особая история), кончик которого расходится, словно рыбий плавник. И крылья, которые где-то между «летучей мышью» и «русалочьим хвостом».

Вот так чудо!

— Не кто иной, как водяной дракон. Они обожают воду. Поэтому чаще всего именно в ней и обитают. Поговаривают, что они также очень тонко чувствуют грань живых и мертвых.

Я подхожу ближе, чтобы разглядеть получше данный экземплярчик, но этот миркин неожиданно прыгает мне на голову.

Опять!

Именно в этот момент я вдруг в полной мере осознаю, что замёрзла. Буквально продрогла до костей! Поэтому, спешно отцепив от себя это существо и аккуратно положив его на воду, я направляюсь в сторону берега, крепко обхватив себя двумя руками.

Хватит с меня на сегодня упырей!

Стоит оказаться на берегу — и я снимаю с себя куртку, подрагивая на ветру, словно листик, что держится из последних сил. Затем выжимаю волосы, избавляя их от лишней воды. Вэйсс тем временем подходит ко мне со спины, заставляя напряжённо замереть на месте. Кто знает, что он ещё может выкинуть. Но прежде чем я успеваю обернуться, его куртка неожиданно ложится на мои плечи.

Я тут же оборачиваюсь и произношу, попутно снимая чужую вещь:

— Это ни к чему…

Он незамедлительно останавливает меня, перехватив мои руки и сказав:

— Не упрямься. Бери пока дают.

Угрюмо поджав губы, скрывая за этим жестом неловкость, витающую в воздухе, а также некое замешательство, спешно натягиваю на себя одолженный предмет гардероба и тут же застегиваюсь, утонув в рукавах.

Вэйсс усмехается, глядя на меня. Его волосы торчат из стороны в сторону, став похожими на колючего ёжика. Из-за воды ресницы кажутся темнее, отливая обсидианом. Одежда облепила крепкое, натренированное тело. И в этот момент он выглядит так мило, что мое сердце сжимается, замирая на мгновение и впитывая в себя всю прелесть этого момента. О чем я, конечно, никогда не признаюсь. А ещё лучше сделаю вид, что не думала об этом буквально только что.

Мотнув головой, я собираюсь ответить. Однако не успеваю этого сделать, поскольку мою ногу обивает что-то холодное и колючее. Но прежде чем я успеваю закричать (в моменты неожиданности на иное мозг просто не способен), а затем предпринять какие-либо меры, взгляд улавливает знакомый силуэт.

Да что за напасть?..

— У меня галлюцинации или это маленькое исчадие ада снова на мне?..

Упырь переводит взгляд с меня, медленно следуя за моим указательным пальцем, на то, что не даёт мне толком пошевелить ногой. А затем удивлённо приподнимает брови, едва усмехнувшись.

— И впрямь — снова он.

Фыркнув себе под нос о надоедливых прилипалах (думая в том числе и об упыре, с которым нас Боги почему-то то и дело сводят), я приседаю на корточки. После чего аккуратно отлепляю от себя маленькие когтистые лапки и смотрю в глаза этому недо-дракону — недо-ящеру.

— Перестань ко мне липнуть. Будь добр.

Я разжимаю пальцы и отпускаю его, посадив на землю. Правда не успеваю толком шагнуть вперёд, этот миркин снова цепляется за мою штанину.

— Да что за наказание?! — Взглянув на тучное небо, где солнце снова скрылось за плотными тенями, говорю я, испытывая раздражение. А ещё злость.

Ведь упырь скинул меня в воду и даже не удосужился извиниться! И не важно, что я пыталась утопить его. Потому что это было после того, как он решил превратить меня в ледяную статую!

Стоп.

Или это была месть за нашу первую встречу?..

Однако толком подумать об этом я так и не успеваю. Потому что взгляд улавливает маленького негодника, который ловко взбирается по моей ноге вверх, а затем искусно перебирается ко мне на плечо.

— Кажется, ты ему понравилась. Просто немыслимо, — произносит Вэйсс, а затем уже тише, словно эта мысль невольно слетает с его уст, как то, что уже очень давно беспокоит его, добавляет: — И, что он только в тебе нашёл?..

Оставив этого умника без ответа, я снова перевожу взгляд на миркина.

Проникновенный взгляд сапфировых глаз в обрамлении маленьких, пушистых ресничек — и тяжёлый вздох срывается с моих губ.

— Вот и, что мне с тобой делать, а?..

Стоит этим словам сорваться с моих уст, и он исчезает. В прямом смысле слова исчезает!

Раз — и его нет!

— Куда он делся?

Я начинаю крутиться вокруг своей оси. Оглядываю себя с ног до головы, пока Вэйсс не произносит:

— Миркины очень чувствительные. И при малейшей угрозе, недовольстве чем-либо или же обиде — они меняют окрас и становятся прозрачными, сливаясь с атмосферой вокруг.

Выражение моего лица прямо-таки кричит: «Почему я не обладаю подобными талантами? А вместо этого не только вижу мертвецов, но ещё и слышу их?!»

Где справедливость вообще? Кажется, я обладаю топографическим кретинизмом, ведь это же очевидно, что моя персона прошла мимо неё!

Тяжело вздыхаю. Суплюсь. Снова тяжело вздыхаю. Смотрю на Вэйсса, который, кажется, молча потешается. Затем перевожу взгляд на предполагаемое место, где сидит это чудо и говорю:

— Эй, мистер… миркин, я не хотела тебя обидеть. Прекращай прятаться.