Чтение онлайн

Норт издал гортанный рык. Он снова заключил меня в объятия, прижав к сильной груди. Его широкие руки прижали меня сильнее.

– Перестань. Детка, ты мне можешь хоть раз довериться? Пожалуйста?

Мне не хватало воздуха, чтобы ответить. Я прижалась лицом к его груди.

Его руки так сильно прижимали меня к нему, что сильнее было некуда.

– Мы не знаем, кто всё украл, но это не ты. Раздеремся с этим позже. И я не дам ему прикоснуться к тебе. Не снова. Я сам убью его, если потребуется.

У меня отвисла челюсть.

– Я серьезно. – Он уткнулся носом в мою голову. Его дыхание коснулось моих волос. – Я видел это. Я видел, что он сделал с тобой.

– Как?

– Мы записывали.

– В женской душевой камеры?

– Там везде камеры. Особенно в почти безлюдных местах. Твоя мать так делала. – Он вздохнул. – Твоя мать показала нам, что не стоит забывать о маленьких помещениях.

От новой информации Я замерла.

– Ты слышал, что он говорил? Его тоже прослушивают?

Он остановился.

– Что-то вроде того.

Его колебание привело к заключению, о котором я задумывалась долгое время.

– Меня прослушивают?

Он буркнул.

– Да.

Я отстранилась от него. Он продолжать держать меня в объятиях, поэтому я не могла отстраниться от него. Я толкнула его и отклонилась, смотря на него.

– Ты серьезно? Где? Когда…

Он слегка нахмурился в темноте.

– С первой драки. С самой первой.

Так долго? Я попыталась вспомнить, и не могла. Слишком много событий в настоящем.

– Почему мне никто не сказал?

– Они не хотели тебя отпугнуть. Ты была новенькой. Мы не хотели причинить тебе вред. И мы не понимали, что происходит дома.

– Так вы не собирались спрашивать меня? – Я прижалась к его груди. – Вы не доверяли мне?

– Ты не доверяешь нам, Сэнг, – ответил он, продвинувшись. – Ты всегда увиливаешь. Ты никогда не говоришь нам, когда тебе больно, или ты напугана или зла. Черт побери, Детка, ты сомневаешься. Я смотрел на тебя. Я видел запись позже. Она начала записывать, когда он приближлся и общался с другими девочками. Даже когда ты стояла в душевой одна сегодня, ты ждала, прежде чем отправить нам сообщение. Даже когда ты это сделала, это был белый флаг. Неудобно. Это всё брехня.

– Я не думала, что в беде. Они пытались выяснить, кто украл вещи, а я не делала этого…

– Ты должна была нам рассказать с самого начала, – сказал он, поднял свои ладони, прижав к моим щекам. – Я подумываю сказать Виктору, чтобы он изменил наши приложения на твоём телефоне только зелёными и красными кнопками. Мне плевать экстренно это или нет. Я хочу знать, где ты и что происходит.

Моё сердце колотилось.

– Извини. Я не хотела, чтобы так произошло. Я не хотела беспокоить вас, парни, если все в порядке.

– Детка, послушай себя.

Большим пальцем он провёл по щеке. Его яростный взгляд умолял.

– Когда мы были в схватке пару недель назад, ты сомневалась, прежде чем прыгнула?

Я покачала головой.

– Нет.

– Ты прекратила драться, даже когда я тебе сказал не лезть?

– Нет.

– Когда это перешло все границы, когда ты чувствовала, что наша безопасность под угрозой, ты первая бросилась в атаку. А когда ты одна, и для нас нет никакой угрозы, ты уходишь в себя и боишься побеспокоить нас? Это саморазрушительно.

– Я не это имела ввиду, когда так поступала, – сказала я.

– О чём я тебе и говорю? Не жди. Звони мне по любому поводу. Любому из нас. Почему ты не слушаешь?

Я отстранилась. Было слишком тяжело слушать его мольбы. Разве я не отправляла сообщение, когда мне стало некомфортно? Как я могла понять, что за углом мистер Маккой? Если бы я знала, то бы нажала красную кнопку, будьте уверены.

Из-за этого ли я колебалась? Я помнила, как Мика жаловался, что кавалерия Академии приходит спасать. В моём телефоне был микрофон, способный всё записывать. Они не сказали мне, что он там. Камеры в моём доме были включены, и у них был к ним доступ. Однако я не имела доступа к камерам в их домах.

Они не доверяли мне. Они не доверяли в принятии правильных решений. Я, действительно, не была одной из них. Я была вещью, которую они пытались защитить, и если я не была в поле их зрения, они не доверяли мне. Я уже звала на помощь, когда сама могла справиться, и в следующий раз они могут разозлиться.

Я проглотила свою уязвленную гордость. Он не поймёт.

– Извини, – сказала я снова. – В следующий раз позвоню.

Норт нахмурился.

– Почему ты не скажешь мне?

Мой рот открылся.

– Что?

– Ты злишься и ты не кричишь. Почему ты не кричишь на меня?

– Я не зла, – ответила я, не понимая, что он имеет ввиду. Мне было грустно и я чувствовала себя неууверенно, но была ли это злость? Он хотел, чтобы я злилась на него?

Он застонал, и провел руками по волосам.

– Я не понимаю. Тебе совсем наплевать на меня?

– Что? Конечно, нет. Но зачем кричать…

– Я не могу прочитать твои мысли. Просто скажи мне, что ты хочешь.

В темноте я нашла его тело снова, проведя от руки до плечей. Я хотела остановить этот разговор. Мой разум не был готов к раздумьям о мистера Маккое и о случившемся, и у меня не было сил выяснять в этот момент, что Норт реально от меня хочет. Я хотела спать. Я хотела, чтобы он не злился на меня больше.

Я хотела, чтобы мы вернулись к тому, что было до, когда он залез на крышу, чтобы прийти ко мне ночью и раскрасил звёзды на чердаке, чтобы мне было удобно, когда его не будет рядом, и когда целовал мои пальцы в шкафу.

Он, может быть, и не мог прочитать мои мысли, но, казалось, что он понимал меня. Он снова меня обнял, опустившись на кровать. Он притянул так, что моя голова прижалась к его груди. Он подцепил мою ногу своей. Его губы прошлись по макушке головы.

В тишине, пока я отдыхала рядом с ним, сдерживалала слезы расстройства, чтобы не напугать его.

Дружба была сложной.

30. ВСЕГДА В ДВИЖЕНИИ

Единственная причина, почему я появилась в школе в пятницу – это подталкивание Коты. Я была рассеянной все занятия и походила на зомби весь ден. На этой неделе футбольная игра проходила в городе на приличном расстоянии от Чарльстона, поэтому Норт и Сайлас уехали в полдень на автобусе в школу соперников.

Никакого мистера Маккоя. Я не знала, что с ним произошло, и парни ничего не говорили. Даже мистер Блэкборн сказал мне не беспокоиться об этом.